— Время для выбора: бой или бегство, детка. — Она взглянула туда, откуда доносились мужские голоса за дверью гостиной. — Время стоять рядом со своим мужчиной.

— Серьёзно? — ответила я. — Ты будешь использовать песни на мне?

— Это единственное, что доходит до твоего большого мозга, — она возразила, её голос стал тише. Она посмотрела мне прямо в глаза и сказала: — Будь Моаной и гоняйся за океаном. Или ещё лучше, как Эльза — отпусти этого, чёрт возьми, Джордана, конечно. Не Лаки.

— Ты такая чокнутая, Тиган Мессина, — пробормотала я. — И Дисней?

— Эй, Дисней работает для меня, — она ответила без раздумий. — И я знаю, что ты любишь эти фильмы так же, как и я. Мы смотрели их вместе десятки раз.

Звук закрывшейся двери снова донёсся, и затем дверь гостиной открылась, и перед нами возник Ноа с каменным лицом.

Разочарование закружилось внутри меня.

— Где Кайл? — спросила Тиган, направляясь к Ноа. Она обняла его за талию и поцеловала в грудь. — Его пикап ещё снаружи.

— Отвёз его обратно на Тринадцатую улицу, прежде чем мы вернулись домой, — ответил Ноа, притягивая её к себе. — Сказал, что заберёт позже.

— А Хантер? — выдавила я, ощущая, как мои дыхательные пути сжимаются. — Где он?

— Он получил звонок, — ответил Ноа, его голос был усталым. Кивнув в сторону окна, он добавил: — Ему нужно было уехать.

Мой взгляд переместился к окну, где Хантер открывал дверцу водителя своего пикапа, и вот так, мои ноги начали двигаться; каждый инстинкт в моём теле требовал, чтобы я пошла к нему.

Прорываясь мимо Ноа и Тиган, я бросилась к передней двери, глаза прикованы к чёрному Ford Explorer, который уезжал от дома.

— Хантер! — крикнула я, в панике. — Хантер, подожди меня! Побежав на полной скорости, я сбежала с крыльца и побежала в ливень.

Я видела заднюю часть его машины, когда она уезжала всё дальше от меня.

Раскинув руки, как безумная, я продолжала бежать за его машиной, удивляясь, как быстро могу двигаться, когда гонюсь за тем, чего хочу — за тем, кого я люблю.

— Пожалуйста! — крикнула я, задыхаясь, пока дождевые капли били мне в лицо. — Не уезжай…

Моё сердце колотилось в груди, страх отвержения переполнял меня, но жгучее желание влекло вперёд.

Тот мерцающий огонёк в моём сердце, который вспыхнул, когда он врезался в мой мир несколько месяцев назад, разгорался ярче с каждым шагом.

Как будто моя душа вела моё тело к его половинке.

Я двигалась чисто на инстинктах.

Я двигалась на любви.

Конечно, последнее подобие разума, которое всё ещё было в моей голове, смеялось надо мной за то, что я так глупо не взяла свою машину, но моё сердце быстро заткнуло этот смех.

У меня не было времени на логику.

Я видела, как его пикап поворачивает на одном из узких поворотов в этом длинном, отвратительном, километровом подъезде Тиган и Ноа, и мысленно проклинала их за такую чёртову эгоистичность, но я не остановилась.

Потому что не могла.

Я не могла позволить ему уйти.

Отпустить его — это всё равно что позволить своему телу истечь кровью и не делать ничего, чтобы остановить это.

Мне был нужен он.

Я хотела его.

Я любила его, чёрт возьми.

Я сделала так много ошибок и, делая это, обидела единственного человека, который всегда был рядом, поддерживал меня.

Я выгнала того, кто любил меня в моей уродливости.

Адреналин бурлил в моих венах, пока я бежала под дождём, через темноту, что покрывала небо, промокшая до нитки, и отчаянно влюблённая в мужчину, который уезжал от меня.

Я бежала, пока мышцы в ногах не начали судорожно спазмировать.

Я бежала, пока мои лёгкие не почувствовали, как их заливают бензином и поджигают.

Я не была уверена, почему я всё ещё бежала.

Он уже давно уехал, но я не могла сдаться.

Я не могла остановить свои ноги, гонящиеся за ним.

Отчаяние было в моей груди, эмоция, которую я знала слишком хорошо.

Я бежала.

И бежала.

Я бежала, пока не повернула за угол и не увидела слабые огоньки фар вдали.

Мои волосы прилипли к лицу, одежда прилипла к коже. Я была промокшей до костей, тело становилось усталым, но моё сердце рычало внутри меня, подталкивая меня вперёд, крича, чтобы я двигалась.

Я не чувствовала пальцев ног. На пятках образовывались волдыри, но образ Хантера в моей голове заставлял меня двигаться вперёд.

Я пробежала мимо ворот на въезде в участок Тиган и Ноа и пошла на север, в сторону Холма.

Наконец, когда я уже не могла сделать ни шага, я опёрлась руками на бедра и тяжело дышала, стоя у дороги.

Дождь продолжал меня промачивать, неумолимый, и я приветствовала его боль.

Задыхаясь, я заставила себя выпрямиться, и, несмотря на то что в теле не было ни капли энергии, я продолжала ставить одну ногу перед другой.

Я не была уверена, почему я всё ещё двигалась.

Он уже давно уехал, но я не могла сдаться.

Я не могла остановить свои ноги, гоняющиеся за ним.

Это, наверное, было самой глупой вещью, которую я могла сделать, учитывая, что в моём животе был маленький, размером с боб, вторженец, но что я могла сделать?

Так что я шла.

И шла.

И шла, пока не повернула за угол и не увидела слабые огоньки фар вдалеке, приближающиеся ко мне.

То, что я думала, было машиной, оказалось пикапом.

Чёрным пикапом.

Ford Explorer.

Обняв руками свой живот, я сильно задрожала и наблюдала, как пикап резко останавливается у дороги примерно в пятидесяти ярдах от меня.

Загорелись аварийные огни, и затем дверь с водительской стороны распахнулась.

— Хоуп? Это ты? — Хантер крикнул мне в темноту. — Что, чёрт возьми, ты делаешь?

— Я люблю тебя, — закричала я, ускоряя шаг до полу-бега, полу-падения. — О боже...

— Что? — Я слышала, как он бежит ко мне, звук ударяющихся ног о бетон становился всё громче и громче.

— Я сказала, что люблю тебя! — закричала я на всю глотку, как только он оказался в поле зрения. — Я так тебя люблю! — сказала я, как только его руки окружили моё тело. — Я люблю тебя. Я люблю тебя. О боже, я люблю тебя...

— Ты