Все остальное было изменено.

Каждая возможная эмоция мелькала на лице Хантера, пока, наконец, не закрепилась на чистой, неумолимой ярости.

Было только одно, что я сдерживала, одно откровение, которое я не могла найти в себе сил, чтобы признаться, потому что знала, что как только он узнает, все ставки будут сброшены.

Как-то мне удалось уговорить Хантера остаться здесь со мной и не искать неприятностей, но если я скажу ему, что произошло той ночью, все станет совсем по-другому.

Я видела это прямо сейчас, в его бурных, голубых глазах, что он на секунды от того, чтобы выследить Джордана.

Я не могла позволить этому случиться.

Конечно, я больше не чувствовала тех эмоций в своем сердце, чтобы оставаться и пытаться помочь ему.

Но это не значило, что я хотела его смерти.

Страх угрожал меня поглотить, делая невозможным рассказать ему о беременности.

Я не могла сказать ему о ребенке.

Я была слишком напугана.

Тем, что он сделает.

Тем, что он может уйти от меня.

Я не могла этого сделать.

— Прости меня, — умоляла я, сжимая его рубашку в руке. — Прости меня, — повторила я, голос сорвался, глаза покраснели от слез. — Будь со мной.

— Простить тебя? — Хантер посмотрел на меня, как будто у меня выросло три головы. — Тебе не за что просить прощения.

— Правда? — прошептала я.

Он кивнул.

— Я зол, что ты не пришла ко мне с этим раньше. Но я понимаю, почему ты чувствовала, что не могла. — Вена на его виске забилась, пока он говорил. — Я никогда не причиню тебе боль, — сказал он, его голос был полон отвращения и ярости. — Я никогда не подниму на тебя руку от злости. Ты знаешь это, правда? Черт, Хоуп, я бы скорее отрезал свои руки, чем это сделал.

— Я знаю, — сказала я ему честно. — Я знаю.

— Я хочу полное раскрытие, Хоуп, — добавил он, глядя мне в глаза. — С этого момента больше никаких секретов между нами. Ты поняла?

Я с облегчением вздохнула.

— Поняла.

— Я не шучу, детка, — сказал он голосом, полным эмоций. — Если ты идешь со мной, то нет пути назад.

— Я знаю.

— Я серьезно, Хоуп Картер, — он притянул меня ближе. — Я не буду проходить через это снова. — Одной рукой он зажал меня за волосы, другой схватил мой подбородок, подняв его вверх. — Ты должна это чувствовать. — Он прижался лбом ко мне и тяжело выдохнул. — Я не могу потерять тебя дважды.

— Ты никогда меня не терял, Хантер Казарацци, — ответила я, и это была полная и абсолютная правда. — Даже ни разу.

ГЛАВА 45

Джордан

Я проснулся в стерильной больничной палате, с несколькими проводами, прикрепленными к моему телу, мои запястья перевязали, и мои родители сидели у моей кровати.

Вместе.

Впервые за почти семнадцать лет моя мать и отец сидели бок о бок.

Там не было слов жестокости, никаких обвинений не бросалось.

Они были здесь.

Глядя на меня.

Видя меня.

Для того, что казалось в первый раз в моей жизни, я чувствовал, что увидел.

— Я мертв? — Прохрипел я, повернув голову, чтобы посмотреть на них. — Как вы оба здесь?

— Эй, детка, — прошептала мама, улыбаясь мне с болезненной улыбкой. — Как ты себя чувствуешь?

— Как будто я мертв, — хрипло признался я. — Это так?

— Ты не мертв, Джорди. — Я наблюдал, как она встала и наклонилась над моей кроватью. — Но ты был близок к этому. — Ее маленькая рука сильно дрожала, когда она положила ее на мою щеку. — Детка, зачем тебе это делать с собой?

— Потому что я закончил, — задохнулся я, сжав глаза, закрывая, когда я поглотил ощущение ее прикосновения.

Эта женщина.

У меня было так много эмоций внутри.

Я так много чувствовал за нее.

Было трудно посмотреть в ее глаза.

Было еще хуже помнить.

Избиения, которые она пережила от него.

Насилие, которое она терпела и страдала, пытаясь вытащить меня.

Он насилует ее.

Его друзья насилуют ее.

Повернувшись к ней и трахаясь, когда она умоляла их остановиться, а затем, с годами, просто позволил им делать все, что, черт возьми, они хотели.

Я видел все это.

Я наблюдал, как она медленно сходила с ума.

И я не мог ее спасти.

Пол Смит отбыл тридцать пять лет тюрьмы за преступления, которые он совершил против моей матери и меня, мой дядя Дэнни уверен в этом, но это ничего не изменило.

Посадить его за решетку - это не могло стереть прошлое.

Воспоминания.

А сейчас?

Я сделал то же самое.

Я осудил одного человека в мире, которому я никогда не хотел причинять боль в тех же чертовых пытках, от которых я страдал.

Я не мог принять симпатию моей матери.

Если бы она знала, что я сделал?

Сейчас она не была бы здесь.

Я не заслужил спасения.

ГЛАВА 46

Хоуп

Говорят, что мы все являемся одним решением от измененной жизни.

Одно решение может изменить путь вашего будущего навсегда.

После сегодняшнего дня я знала, что это правда.

Когда я проснулась сегодня утром, я молилась о божественном вмешательстве, чтобы дать мне силы делать то, что нужно было сделать. Чтобы найти мужество в моем сердце, чтобы уйти от того, чего я не хотела, и преследовать то, что я сделала.

Я вернулась в кровать Хантера, с моей одеждой, разбросанной по полу его спальни, и моим сердцем на ладони.

Будет время для разговора позже, но сейчас все, что я хотела сделать, это быть с ним во всех отношениях.

Он скользил языком по моей щели, заставляя меня дико вздрагивать. Мой пульс взлетел до небес, мое дыхание неравномерное, так как я слабо врезалась под его разрушительным натиском.

— Сядь на лицо.

Покрутив головой, я замедлилась и отчаянно пыталась сдержать себя.

— Нет…— я застонала, затаив дыхание, когда пыталась сбалансировать на дрожащих коленях. Это было нелегко сделать, не когда он рисовал на моем клиторе. — Я слишком тяжелая.

— Ты чертовски идеальна, — прошипел он, не пропуская ни секунды, когда он ласкал и сосал мой клитор. — Сядь на лицо, детка.

— Я не