Я промаршировал до стоящего старосты, остановился в двух шагах. приложил руку к виску и произнёс:

- Господин лейтенант, разрешите обратиться!

- А я что должен делать? - староста удивлённо посмотрел на меня.

- Ты тоже приложи правую руку к виску, как это сделал я , и произнеси: "Разрешаю, сержант" или "рядовой", смотря кто к тебе обращается. Если ты сам должен отдать приказ, например, мне, то ты меня вызываешь: "рядовой Самад! явится ко мне в такое - то время". После получения приказа, я подтверждаю:"Приказ понял!", а ты Нако говоришь: "Свободен! Иди выполнять приказ!". Я и ты отдаём друг другу честь - прикладываем руку к виску, я поворачиваюсь через левое плечо и ухожу строевым шагом - так это называется! - Я продемонстрировал всё сказанное.

- Как сложно! - Приуныл Нако.

- Это так кажется! - Влезла Соня. - Просто надо потренироваться.

Ровно в двенадцать часов мы всей группой вошли в столовую. По пути ребята обсуждали всё услышанное. После приёма пищи мы отправились по жилым блокам. Девочки начали делать погоны из плотного картона, который попросили у завхоза, и лепить их к курткам. К шести часам всё было готово, и мы разделились по отделениям и промаршировали, правда, пока не в ногу, к дверям столовой. Другие группы с удивлением смотрели на наш отряд.

- Группа, стой! - Скомандовал староста. - По отделениям в столовую, шагом марш!

Эти приказы и действия ребят мы репетировали два часа. Всё воскресенье мы тренировались, поэтому в понедельник утром наша группа строем промаршировала на построение. Мужчина, руководивший маршировкой, с удивлением смотрел на чётко марширующий отряд с нацепленными на плечи курток зелёными картонками, на краях которых стояло число "34"...

Он удивился ещё больше, когда староста отдал своим одногруппникам команды:

- Взвод, стой! Построиться по отделениям! Сержанты Самад и Торкин, ко мне!

Названные юноши подскочили к старосте, приложили к вискам ладони, вытянулись и гаркнули:

- Есть!

- Построить взвод по отделениям в две шеренги!

- Есть! - Названные незнакомым словом "сержант" парни повернулись через левое плечо и печатая шаг двинулись к ребятам из группы. - Отделение, стать по одному в ряд на длину вытянутой руки, грудь не выпячивать! Расстояние между первым и вторым отделениями - два шага. - "Скомандовал "лейтенант".

Мужчина с открытым ртом наблюдал за быстрым построением группы в две шеренги.

- Стоп! Равнение на меня! - Командует староста, а затем повернувшись к руководителю маршировки и подойдя к нему отрапортовал:

- Группа номер тридцать четыре к маршировке и дальнейшим действиям готова! - Командир отряда, лейтенант Нако Турст! Разрешите начать занятия!

Вышедшие на двор другие учащиеся с интересом наблюдают за происходящим. Опешивший руководитель выдыхает:

- Разрешаю!

- Есть!

Турст возвращается к своей группе, и командует:

- Налево! По периметру двора, шагом марш!

Две шеренги более менее правильно выполнили приказ "лейтенанта" и вытягивая носки двинулись по маршруту, указанному командиром.

- Песню, Самад! - Кричит староста. Самад начинает петь что - то явно боевое, но слов никто не понимает - языка никто не знает. Даже без музыки эта песня куда - то зовёт...

https://www.youtube.com/watch?v=nPh01W6aR6A

Я во всё горло ору немецкую "Эрику", а идущие за мной ребята стараются попасть в такт моим словам. Получается неплохо. Вот, если бы была музыка... Мелодию я то знаю, но ни я, ни Соня не музыканты и записать, а тем более играть этот марш просто не сможем. Немецкий я более менее знаю ещё с Земли - помогал привозить машины из Германии и выучил язык. Конечно, на бытовом уровне, но спеть пару песен могу. "Эрику" я всегда, как и большинство граждан бывшего СССР, считал фашистским маршем. Но когда прочитал перевод, чуть не офонарел - цветочки, пчёлки, бабочки, девушка с именем Эрика...

"Промаршировав" два круга по двору школы - другие дети и руководитель маршировки просто стояли и смотрели на это шоу, "лейтенант" гаркнул:

- Взвод, стой! - Группа остановилась, не потеряв строя. Староста группы печатая шаг подошёл к руководителю:

- Группа тридцать четыре занятия кончила! Разрешите выдвинуться к столовой!

- Идите. - Произносит потрясённый мужчина.

- Взвод, по отделениям к столовой, шагом марш!

Группа марширует к дверям и исчезает внутри здания. Дальше уроки и всё остальное идёт по накатанной колее.

После этого утреннего инцидента в кабинете директора собираются преподаватели. Они смотрят снятое камерами действо и тихо переговариваются.

После просмотра директор спрашивает их мнение.

- Скорее всего эти рипанцы поделились опытом своей подготовки с группой. То, что они показали, я видел во время войны. Такие же отношения между офицерами и солдатами, чёткое выполнение команд. Потом всё это забылось - сказались шестьдесят лет мирной жизни. А рипанцы, как видно, всего этого не утеряли, а развили. - Высказался самый старый преподаватель. - Может стоит понаблюдать за их дальнейшими действиями. Никакой угрозы они не представляют. А как солдаты рипанцы и так были лучше всех у нас в Федерации.

- Ладно. - соглашается директор. - Через месяц межшкольные соревнования, посмотрим, как выступит эта группа.

Учёба продолжалась, а параллельно с ней я и Соня на одной из сходок нашей группы предложили помогать отстающим по каким - либо предметам. Староста подумал и поддержал. Одновременно с этим Соня учила девочек фехтованию, а я тренировал парней по стрельбе.

- А у вас есть просто единоборства, без оружия? - Спросил я как - то Савалора.

- Они ушли в прошлое, остался только паран. - Он встал и продемонстрировал боксёрскую стойку. - Идёт обмен ударами, а потом судьи подсчитывают очки и объявляют победителя.

- Савалор, а ну - ка попробуй свой паран на мне! - Предлагая ничего не подозревающему товарищу. Тот встаёт в стойку и пытается меня достать кулаком. Я захватываю запястье и делаю ему подножку. Савалор падает и недоумением смотрит на меня.

- Что это?

- Самбо - самооборона без оружия. Но могу показать и нечто похожее на ваш паран, только учти, тут и