class="p1">– Я не знаю, как его зовут, но он обучал маму.

– Возвращение Шарика, гав-гав! – усмехнулась тётушка.

– Его зовут Шариэль, а не Шарик, – вздохнула Энора. – Он лучший из лучших, и наша семья перед ним в долгу.

– Это ТЫ перед ним в долгу. Не я, не Пэри и кто-либо другой, – начала закипать тётушка Бет.

Сёстры переглянулись. Они уже приготовились напустить друг на друга заклятие, как вдруг раздалось кваканье жабы – кто-то пришёл. И этот кто-то теперь терпеливо ждал у входа.

Глава 6

Кто там пожаловал?

Дверь открыл Скелет. Все услышали слова злопожалования.

– Плохого дня, Скелет. А вы не изменились, – произнёс гость.

– Да пребудет с вами несчастье, профессор Шариэль, – ответил дворецкий. – Мы ждали вас завтра.

– Отправляясь в очередное путешествие, я не знаю, выдержат ли мои лапы. Поэтому выхожу всегда на пару дней раньше.

Скелет его прекрасно понимал. У него самого были стёрты коленные чашечки.

– Это он, – прошептала тётушка Бет стоящей рядом Пэри. – Я узнаю́ его голос.

Скелет и гость прошли в холл.

– Но это ведь пёс! – недоумевала юная колдунья. – И он в очках…

Энора подошла к наставнику, который когда-то её обучал.

– Хорошо ли прошло ваше путешествие, профессор? – спросила она.

– Отвратительно! Чтобы я ещё хоть раз ступил лапой на улицу! Я сделал крюк и заглянул в сад вашей матушки, но её там нет.

– Да, она провела месяц на паучьем конкурсе, но вернётся уже завтра.

– Всегда найдёт, чем заняться!

– Это точно… Позвольте представить вам мою дочь Пэри, – сказала Энора и повернулась.

Но ни Пэри, ни тётушки Бет за её спиной не оказалось. Одна скрылась за потайной дверью, другая щёлкнула пальцами и растворилась.

– Пэри! – позвала дочь Энора. – ПЭРИ!

Но девочка была уже у себя в комнате. Оперевшись спиной на дверь, она заткнула уши. Неужели уроки будет вести учёный пёс? И чему он её научит? Закапывать кости? Приносить тапки? Её выходка точно не останется незамеченной – ну и пусть!

Она взяла болтанцию.

– Пэри вызывает Мумиштейна. Как слышно? Приём.

В семейном доме Мумиштейна с пирамидальной крышей раздался звонок. Он тут же схватил болтанцию.

– Пэри, я тут. Как дела в замке? Приём.

– Прямо как в сказке[14]! Мама наняла мне гавкучего наставника. И знаешь что? Он уже тут…

– Укуси меня гадюка! Приём, – вскрикнул Мумиштейн.

– Подожди, ты меня не понял! Под «гавкучим» я имела в виду пса… Королевского пуделя. И он будет вести у меня уроки!

От удивления Мумиштейн даже ответить ничего не смог. А Пэри продолжала:

– Он говорит, носит очки… И все – даже Скелет! – зовут его «профессором».

– Ты говорила об этом с бабушкой?

– Нет, она пока не вернулась…

– Обсуди всё с ней как можно скорее. Конец связи.

Пэри и сама собиралась это сделать. Она возлагала на Бабигейл последнюю надежду. Надо пользоваться любым удобным случаем!

Глава 7

Когда Бабигейл и Шанталь в печали

– Кар! Пэри! Бабигейл вернулась!

Вставай, проснись скорей!

Бужу тебя, чтобы проснулась

И побежала к ней смелей.

С такими словами Фэрроу разбудил Пэри нежно поглаживая её клювом по лбу. Пэри, забурчала, перевернулась на другой бок, потянулась и села в кровати.

– Откуда ты всё знаешь?

– Я знаю всё! И не приемлю споры…

А впрочем, это знаю от Эноры.

– Не надо говорить мне о ней с утра пораньше, а то весь день пойдёт насмарку…

Пэри скинула одеяло, сбегала в ванную, умылась и с помощью заклинаний быстро оделась. Только она намеревалась собрать волосы и заколоть их старой волшебной палочкой, как поняла, что в замок вошла Верховная. Скелет поздоровался с ней так громко, что даже в её комнате всё было слышно.

– Верховная, вам стоит знать…

– Не сейчас, Скелет. Я пока не готова ни с кем разговаривать и уж тем более выслушивать сплетни.

– Хорошо, Верховная.

Пэри с Фэрроу переглянулись. Голос Бабигейл был слишком замогильным, а это не предвещало ничего хорошего.

– Принеси мне успокоительное из яда гремучей змеи в моём любимом хрустальном бокале и немного заплесневелого печенья, – добавила она. – И прошу: не говори никому, что я вернулась. Пойду отдохну в чудо-кабинете.

Пэри в этот момент уже сидела на самой верхней ступени лестницы, она уловила каждое слово. Обычно, возвращаясь с конкурса, Бабигейл хвасталась наградами Шанталь. Но, похоже, не в этот раз…

* * *

Пэри на цыпочках подошла к Скелету, который хлопотал на кухне. Он чуть от страха не подпрыгнул, когда она положила руку ему на ключицу.

– Вашей бабушке нездоровится, – прошептал он взволнованно.

– Я всё слышала. Давай отнесу поднос.

– Она не желает никого видеть, – не стал скрывать Скелет.

– Но я должна поговорить с ней до того, как это сделает мама и её… щенок.

Скелет заскрежетал зубами.

– Мисс Пэри, я понимаю, вы в гневе, но не стоит судить кого бы то ни было по внешности, если не знаете его прошлого. Это ведь так низко, а Ужассия, наоборот, славится своей толерантностью.

Пэри тяжело вздохнула. Наверное, Скелет прав.

– Но я могу всё-таки поговорить с Бабигейл? – едва слышно спросила она. – Пожалуйста, скажи, что да…

И дворецкий, который любил Пэри больше всех, не смог устоять.

* * *

Пэри прошла с подносом по узкому коридору и постучала в дверь чудо-кабинета.

– Входи, – послышался голос Верховной.

– Бабигейл, это я. – Пэри осторожно прошла в комнату.

– Думаешь, я не знаю, что ты подслушивала наш разговор со Скелетом? – спросила бабушка, тяжело опустившись в кресло. Шанталь переползла с её плеча на паутину, поближе к любимому плотоядному растению.

– Мы проиграли во всех испытаниях конкурса, – пожаловалась Верховная.

Пэри никогда не видела Бабигейл такой грустной. Она попыталась её успокоить:

– Шанталь всегда занимает призовые места, но она стареет…

Верховная перевела взгляд на внучку.

– Она уже не так быстра, хуже слышит, – продолжила Пэри. – Видят лишь три глаза из восьми и…

– И?..

– Ей, пожалуй, уже пора на покой, как думаешь?

Бабигейл была поражена услышанным. Но Пэри это не остановило:

– Если хочешь и дальше участвовать в конкурсах, можем найти замену Шанталь. Потренируем нового паука: научится на скорость плести паутины, обматывать жертву, прыгать в длину…

– Всё так быстро изменилось, – потерянно произнесла