Тот слегка замешкался, выбираясь из кареты, словно собирался с духом, но в конце концов всё же вышел и нацепил на лицо светскую улыбку, в то время как в глазах его затаилось нечто похожее то ли на страх, то ли на стыд. Во всяком случае, прямо смотреть на лучшего друга он остерегался. Граф же, в свою очередь, наоборот, казалось, был искренне ему рад и крепко его обнял – знал, что прежний Майкл порою так поступал. Альберт несмело ответил на объятие и поспешно отстранился.

– Леди Эррингтон! – Голос его немного срывался от волнения. – Счастлив наконец-то с вами познакомиться. Мы виделись на свадьбе.

– Да, я помню вас, – улыбнулась она, позволяя поцеловать себе руку. Брови графа при этом чуть заметно сдвинулись, но больше он ничем не выдал своего недовольства. Ничего тут не поделаешь, светские манеры есть светские манеры. Хотя от некоторых он бы с охотой избавился.

– Идёмте скорее в дом! – заговорил Майкл. – Миссис Гастингс приготовила для нас настоящий пир!

Маркиз приободрился – хорошо поесть он всегда любил, к тому же вкусная еда помогала ему справиться со смятением в душе.

Глава 53

Миссис Гастингс, казалось, задалась целью с каждым разом превосходить саму себя. И надо признать, у неё это действительно получалось. Хозяева поощряли её рвение прекрасным аппетитом, а гость расщедрился на похвалы, хотя обычно маркиз Башфорд не сказать, что был так уж словоохотлив. Однако то, как он охотно уплетал предложенные яства, согрело душу кухарки куда больше, чем любые, даже самые сладкие речи. До миссис Гастингс дошли все слова, произнесённые за столом, во всяком случае, те, что касались еды. Впрочем, больше ничего особо сказано и не было.

Мистер Хамфри рассказал о том, что он в здешних краях проездом, а на самом деле направляется к герцогу Девонширу – тот пригласил его на неделю погостить. Он, как вскользь отметил маркиз, не против был бы и повидаться с графом Эррингтоном, но прекрасно понимает, что тот недавно женился и ему совсем не до посиделок со старыми холостыми друзьями. Майкл с удовольствием подтвердил эту мысль – он и вправду не желал ни на минуту расставаться с супругой.

После обеда мужчины ушли в кабинет, чтобы поговорить наедине, а графиня отправилась в библиотеку, предварительно прихватив с собою письменные принадлежности, чтобы произвести некоторые расчёты, набросать план по улучшению жизни на землях графства и ещё кое-что по мелочам – мыслей у Розамунд появилось превеликое множество. В конце концов, здесь теперь был её дом. Дом, который она полюбила всем сердцем.

К тому же, пока занята делом, она не будет так волноваться за мужа, оставшегося наедине с человеком, знавшем прежнего Майкла лучше, чем кто-либо другой.

Нынешний же никакого беспокойства не ощущал. Напротив, он чувствовал себя довольно расслабленным рядом с «другом», чего о том сказать было совсем нельзя. Маркиз сидел в кресле – Розамунд заранее позаботилась о том, чтобы в кабинет принесли два, дабы лордам было удобнее общаться, – теребил в руках полупустой стакан и никак не мог высказать то, что его так мучило.

Майкл его не торопил, но и затягивать молчание ему тоже не хотелось, поэтому он без подробностей поведал маркизу о недавних смертях и поделился тем, что ищет теперь нового смотрителя оранжереи.

– Розамунд хочет взять кого-нибудь из местных, но к нам пока никто не обратился. Может, я слишком многого хочу, но…

– Майкл! – собравшись с духом, перебил его маркиз. – У тебя ведь всё хорошо?

– Что? – Граф, углубившись в рассказ, не сразу понял, что от него ждут. – А!.. У меня всё замечательно! А почему ты спрашиваешь?

– И… И со здоровьем у тебя всё хорошо? – не ответив, продолжил расспросы Альберт.

– Лучше не бывает! Постой, к чему ты вообще ведёшь?

– Ну… – замялся он, продолжая вертеть стакан в руке. – Ты же помнишь, как мы с тобой тогда поссорились?..

Уточнять, когда именно и о чём шла речь, Майкл не стал – и так всё было ясно, во всяком случае, в общих чертах. Поэтому он кивнул и промолвил тихо:

– Да.

Альберт шумно выдохнул и наконец осмелился посмотреть ему в глаза:

– Прости меня, друг. Я за этим и приехал: попросить у тебя прощения. Изабелла призналась мне, что соврала.

Майкл склонил голову набок и промолчал. Да и что он мог сказать, если совершенно ничего не понимал. Изабелла? Младшая сестра Альберта? А она здесь при чём? Насколько граф помнил, она ещё совсем юна, и в свет-то ещё не выезжала, ребёнок совсем. А может, уже и не ребёнок, вроде бы в следующем сезоне должен был состояться её дебют.

Маркиз же тем временем поставил стакан и обеими руками зарылся себе в волосы, взгляд же его наполнился отчаянием, смешанным с виной.

– А ведь я едва не натворил дел! – воскликнул он, а затем заговорил тише: – Как же я рад, что с тобой ничего не случилось!

– Погоди-погоди! – остановил его Майкл. – Ты вообще о чём?

– Я… – начал было Альберт, но остановился. – Пообещай, что не возненавидишь меня после того, что я тебе расскажу.

Граф приподнял бровь – вряд ли его ждала совсем уж страшная тайна – и кивнул.

– Говори уже, – беззлобно проворчал он. – Разве не тебе уезжать надо? Или ты на ужин решил остаться? Если так, то я совсем не против. Да и миссис Гастингс будет рада ещё одному подопытному едоку. – Майкл вздохнул. – Так ты будешь говорить?

– Мне стыдно, – опустив глаза, признался маркиз. – И за себя, и за сестру. Стыдно, что я её совсем не знал, стыдно, что поверил ей на слово. Никогда бы не подумал, что она способна на такое…

Делать вид, что всё понимаешь, Майклу становилось всё сложнее, и он не знал, как направить Альберта, чтобы он объяснил всё с самого начала. К счастью, тот сам вывернул в нужное русло.

– Ты же помнишь, как она всегда за нами таскалась, когда ты приезжал к нам в гости? Это было очень мило, когда она была совсем малышкой, ты усаживал её к себе на колени, рассказывал ей сказки, смешные истории… Ты знаешь, она тогда всем говорила, что обязательно выйдет за тебя замуж. А потом