Вэй Янь ехидно заулыбалась и поиграла бровями. Цзян Хао понял, что это не к добру.

– Зная тебя, ты и сам об этом не говорил с братом и Ян Вэй. Я считаю, что…

– Вэй Янь… – предупреждающе перебил Цзян Хао, но та непреклонно продолжила:

– Я считаю, что ты тоже должен, нет, обязан поделиться с ними. Они были втянуты в нашу историю не меньше Ху Фэн и Ху Мин. И они должны знать правду.

– Какую правду? – спросила Ху Фэн, но ей никто не ответил.

Цзян Хао чувствовал мандраж. Он нервно сглотнул подступивший к горлу ком.

Да, гэгэ всегда его поддерживал. Да, прощал его проступки. Да, принял его отношения. Но это не отменяло того, что было страшно до трясучки.

Цзян Хао снова ощутил то затягивающее в бездну чувство стыда и собственной грязи. Он снова почувствовал себя, как и летом, оскверняющим все и вся грешником. Это ощущение почти захватило его с головой. Если бы не рука Вэй Янь, которая легла на ладонь Цзян Хао в качестве поддержки, он бы уже испустил дух.

Цзян Хао чувствовал, что его руки были потные и липкие. Но когда Вэй Янь накрыла его ладонь своей, он осознал, что не ему одному волнительно и страшно. У Вэй Янь руки были холодные и тоже потные. Почему-то от этого стало спокойнее.

Вэй Янь была права: те, кто невольно оказался втянут в их разборки, должны были об этом знать. Тем более это «невольно» балансировало на грани с «непосредственно». Цзян Хао до сих пор боялся представить раздор между Цзян Синфу и Ян Вэй, если бы Вэй Янь добралась до них.

Он шумно выдохнул через нос. Уже хотел начать, но инициативу перехватила Вэй Янь:

– Да, я думаю, об этом стоит сказать, – она сделала паузу, собираясь с силами. Цзян Хао снова хотел продолжить, но опять опоздал. – В общем, мы нашли друг друга на сайте знакомств. Но не как Цзян Хао и Вэй Янь. Мы общались под другими именами. Я назвалась Ху Фэн. Цзян Хао назвался Цзян Шэном. Я отправляла ему фотографии Ху Мин, а он мне – фото Цзян Синфу. Мы собрали наши фейковые личности по частям.

После этих слов улыбки на лицах у всех застыли, сменившись неприкрытым удивлением. Лишь Ян Гуан с видом всезнающего гуру с прищуром наблюдал за сменой эмоций гостей. Цзян Хао едва удержался от того, чтобы не закатить глаза и цокнуть языком – опять Ян Гуан за свое.

– Как это понимать?.. – спросила возмущенная Ху Фэн. – Очень смешно, Вэй Янь. Мы же просто спросили, как вы познакомились, чего сразу шутками глупыми бросаться?

– Это не шутка, – сказал Цзян Хао, чем вызвал еще больший шок.

Наверное, Ху Фэн и Ху Мин полагали, что раз такое сказала Вэй Янь, то это еще можно подвергнуть сомнению. Но не после подтверждения от Цзян Хао, кажущегося им человеком серьезным.

Цзян Синфу, который толком не знал Вэй Янь, поверил ей сразу, и уровень его изумления моментально подскочил до критической точки. Он не понимал, зачем они это сделали. Ян Вэй скрестила руки на груди и прочистила горло.

– Как вы тогда пришли к тому, что встречаетесь как настоящие люди? – задала она самый главный вопрос. Сегодня Ян Вэй как нельзя хорошо попадала строго в центр мишени своими словами.

Они оба молчали, потому что грудь словно сжало в спазме, а слова никак не формировались в целостные предложения. Давило еще и то, что все ждали продолжения, которого не следовало.

– Ребятки, просто признайте, что это рофл от Вэй Янь, концовку которого вы не успели придумать, – внезапно раздался голос Ян Гуана, наполненный довольными нотками. Его грудь распирало от рвущегося наружу смеха, который он едва подавлял. – Ну не хотите рассказывать, то пожалуйста. Зачем придумывать такое?

Цзян Хао знал: это очередная провокация. Ян Гуан просто подначивает их, пытаясь сдвинуть с мертвой точки таким хитрым и гаденьким способом. Сам-то давно в курсе всего, так что зачем ему ждать объяснений? Он больше желает продолжения шоу.

Цзян Хао понимал, что это уловка, но все равно на нее купился. Такой уж у него вспыльчивый характер, не мог он просто сдержаться.

– Да помолчал бы уже! Сам знаешь, что не рофл, чего взрываешь бычью кожу[66]?! – сначала Цзян Хао решил, что, наверное, стоит подбирать более обтекаемые фразы, но чего он будет церемониться с Ян Гуаном, если тот позволил себе сказать подобное? Вот пусть знает, чтобы неповадно было.

Всех охватило еще большее недоумение, так как они вообще не понимали, что происходит. Цзян Хао подумал, что он бы на их месте и сам так выглядел.

Он сделал глубокий вдох и выдох, жестом указал на Вэй Янь, что все подтвердит, и выпалил:

– Я создал страницу, так как проиграл Ян Гуану. Вэй Янь создала ее, загадав желание проигравшей Ху Мин. По желанию Ян Гуана я должен был общаться с этой страницы с девушками. Вэй Янь загадала переписываться с парнями Ху Мин, но та отказалась общаться лично, поэтому за нее это делала Вэй Янь. Они решили, что ограничатся созданием профиля с фотками Ху Мин. По случайному стечению обстоятельств мы нашли страницы друг друга, хотя были в шаге от того, чтобы они потерялись в потоке анкет.

– Цзян Хао случайно отправил мне заявку в друзья, случайно наткнулся на цитату из дунхуа, которое нам обоим нравится. Так мы и начали общаться, – дополнила Вэй Янь. – А потом мы понравились друг другу и начали встречаться в интернете. При этом каждый из нас думал, что общается с настоящим человеком, а сам завирается.

На лицах каждого читалось одно слово: абсурд. Отличалась только Ху Мин, сидящая с таким видом, будто в ее голове активно крутились шестеренки, вставали на места пазлы, которые до этого находились в хаосе.

– Так вот оно что… – протянула она. – Вот почему ты не удалила страницу через три дня, как договаривались…

Ян Гуан присвистнул. Уровень стыда Вэй Янь вырос до небес. Подумать только: ее преподаватель по статистике знал о том, что она вытворяла в интернете…

– Мы условились, что она удалит страницу через три дня после общения. Я застукала ее с этим аккаунтом спустя больше чем два месяца, – не унималась Ху Мин, делясь своим недовольством.

В комнате повисла гнетущая тишина. Вэй Янь было тяжело ее переносить, поэтому, раз никто не нашелся, что сказать, она, словно специально зарывая себя еще глубже, ляпнула: