знают всех капитанов, судовых механиков, матросов и лоцманов, всех лицензированных лодочников и нелицензированных мошенников из Грейвзенда и дальше. Мимо этих знатоков Темзы не пройдет ни одно, даже мало-мальски необычное событие на реке – стоит смениться хозяину у какой-нибудь шлюпки, они сразу же разберут по косточкам и уплаченную цену, и намерения нового владельца. Они следят за рекой из чистого интереса к происходящему и обсуждают все события, словно деревенские кумушки по вечерам. Если старшего помощника капитана какого-нибудь рейсового парохода выгонят с работы, знатоки поведают, что он сказал капитану, что тот ответил и что оба заявили перед морской комиссией. А потом станут с азартом обсуждать, случайно или намеренно Билл Стивенс потопил свою баржу у Вест-Индского дока.

Теодор Рэксол толком не разглядел катер, который увез мистера Тома Джексона. Вскоре после полуночи небо заволокли облака, а над рекой повисла дымка; удалось увидеть лишь очертания небольшого судна, порядка шести футов в длину[52], вероятно, черного цвета. Он лично всю ночь следил за судами, идущими вверх по течению, а наутро поставил вместо себя человека, который уведомлял его, если какое-нибудь судно направлялось в сторону Вестминстера. Днем, после разговора с принцем Арибертом, Рэксол нанял гребную шлюпку и, отправившись вниз по реке до самого здания таможни, тщательно осматривал все вокруг в поисках любого судна, хотя бы отдаленно напоминающего тот паровой катер. Тщетно.

Тем не менеее Рэксол был почти уверен, что загадочное судно находится где-то неподалеку, ниже по течению. Он высадился у здания таможни, вошел внутрь и попросил пригласить одного высокопоставленного офицера, который подчинялся только самому начальнику – как-то раз миллионер принимал его в Нью-Йорке, а недавно виделся с ним на деловой встрече в лондонском страховом объединении «Ллойдс». В просторном, но грязном кабинете этого высокопоставленного таможенника состоялся долгий разговор, в котором Рэксолу пришлось проявить все свое искусство убеждения. В результате высокопоставленный офицер позвонил в колокольчик.

– Вызовите мистера Хейзела. Кабинет двести тридцать два. Мне нужно с ним переговорить, – сказал офицер посыльному, который явился на вызов. А затем, обращаясь к Рэксолу, добавил: – Излишне повторять, мой дорогой мистер Рэксол, все это строго неофициально.

– Разумеется, – кивнул миллионер.

Вошел мистер Хейзел: молодой человек лет тридцати, в синем саржевом костюме, с внимательными глазами на бледном лице, с темными усами и довольно красивой бородкой.

– Мистер Хейзел, – сказал офицер, – позвольте представить вам мистера Теодора Рэксола. Мистер Хейзел, – продолжил он, поворачиваясь к миллионеру, – один из наших выездных специалистов – так называемый контролирующий инспектор. Мистер Хейзел сейчас отправляется на ночную смену. В его распоряжении лодка, двое подчиненных и право подниматься на борт любого судна для досмотра. Мистер Хейзел и его команда знают о Темзе отсюда и до Грейвзенда решительно все.

– Рад знакомству, сэр, – поприветствовал его Рэксол.

Мужчины пожали друг другу руки, и миллионер с удовольствием отметил, что мистер Хейзел держится весьма непринужденно.

– Итак, Хейзел, – продолжил офицер, – мистер Рэксол просит, чтобы вы помогли ему в небольшом частном путешествии по реке. Я освобождаю вас от сегодняшней ночной смены. Я послал за вами отчасти потому, что, на мой взгляд, это дело будет вам в удовольствие, и отчасти зная, что вы понимаете конфиденциальный характер мероприятия и не станете о нем распространяться. Вы ведь понимаете? Смею заметить, вы не пожалеете, что оказали мистеру Рэксолу услугу.

– Полагаю, я уяснил обстановку, – с легкой улыбкой заметил мистер Хейзел.

– Да, кстати, – добавил офицер, – хоть дело и неофициальное, советую вам надеть форменный китель.

– Безусловно, – ответил Хейзел. – Я бы в любом случае так и поступил.

– А теперь, мистер Хейзел, – обратился к нему Рэксол, – не окажете ли мне честь отобедать со мной? Если вы согласны, я хотел бы пообедать в том заведении, куда вы обычно ходите.

Через некоторое время Теодор Рэксол и Джордж Хейзел, выездной инспектор таможни, угощались каре барашка и кофе в одном из заведений центрального Лондона. И вскоре миллионер понял, что он получил в помощники весьма сообразительного и проницательного человека.

– Скажите мне, – попросил Хейзел, когда они уже перешли к сигарам, – верно ли пишут репортеры?

– Что вы имеете в виду? – спросил заинтригованный Рэксол.

– Вот вы – миллионер, один из самых видных, я полагаю. Бывает, читаешь статьи о миллионерах, интервью с ними, и там всегда описываются их частные железнодорожные вагоны, паровые яхты на Гудзоне, мраморные конюшни и так далее и тому подобное. У вас и правда все это есть?

– У меня частный вагон на центральной железной дороге Нью-Йорка и большая яхта водоизмещением две тысячи тонн, хоть и не на Гудзоне. Сейчас она на Ист-Ривер[53]. И вынужден признаться, конюшни в моем загородном имении действительно отделаны мрамором, – расхохотался Рэксол.

– Теперь я убежден, что обедаю с настоящим миллионером, – ответил Хейзел. – Странно, как подобные факты, неважные сами по себе, будоражат воображение. Вы поделились со мной некоторыми сведениями частного характера, а я, в свою очередь, поделюсь с вами: мой заработок составляет три сотни в год и, пожалуй, фунтов шестьдесят за сверхурочные. Живу один в двух комнатах в Маскави-корт, что неподалеку от Тауэра. Денег хватает, и после работы я могу делать все, что мне заблагорассудится. По службе стараюсь напрягаться как можно меньше – это вечная борьба между нами и начальством, которому достаются самые сливки. Они пытаются надуть нас, а мы их, в итоге получается ничья. Тут уж все средства хороши, да и мораль нам никто не читает.

Рэксол засмеялся.

– Вы сможете отпроситься сегодня с работы?

– Конечно! – уверил Хейзел. – Я попрошу приятеля расписаться за меня и буду свободен.

– Я бы хотел, что вы отправились со мной в «Гранд Вавилон», и там мы обстоятельно обсудим мое дельце. Можем ли мы поплыть на вашей лодке? Я хочу познакомиться с вашей командой.

– Пожалуйста, – отозвался Хейзел. – Двое моих парней – самые ленивые и неотесанные на свете. Обжоры, без конца хлещут пиво, зато реку знают отлично и в своем деле мастера. Ради хорошего дела они готовы на все – главное, чтобы им заплатили и не подгоняли.

Тем же вечером, едва стемнело, Теодор Рэксол со своим новым другом Джорджем Хейзелом взошли на борт черного баркаса таможенной службы. Судно управлялось командой из двух матросов, оба были членами Гильдии лодочников и морских грузчиков[54] – отличие, которое дает определенные привилегии, не доступные обычному сухопутному человеку. Вечер выдался пасмурный и темный, ни одна звезда не отражалась в плавно текущей реке. Высоко над водой вздымались глыбы стоящих на якоре пароходов, в основном принадлежащих судоходным компаниям,