пользуюсь царской печатью, но для вас достану ее из сейфа специально. Так за Джату и отомщу. Может, даже смогу вас простить. Идите. Вам будет легче. Правда.

  

  И мне будет легче, если смогу помочь - этого вслух не сказал.

  

  Тревожно оглядываясь на опустевший коридор, в кабинет просочилась Мышь, все время приема больного караулившая где-то поблизости, благо укромных мест в коридорах хватает. Показаться Адару на глаза она так и не решилась, не говоря уже о том, чтобы извиниться. Илан сделал очень строгое лицо. Мышь прыснула от смеха.

  

  - Зря смеешься, - сказал Илан. - Доставай новую грамматику, будем учиться.

  

  - Не-а, - помотала головой Мышь. - По лестнице бежит доктор Гагал, спешит к вам, как голый к бабам, сейчас будет здесь!

  

  Трам-тарарам на чугунной лестнице, предпоследняя ступенька едва заметно большей высоты, чем остальные, совсем крошечная разница, но все, кто слишком спешит, на ней падают.

  

  - Тогда, - сказал Илан, - возьми масла из лампы, пипетку и капни в дверные петли. Я месяц собираюсь, никак руки не дойдут.

  

  Мышь вскинула голову к верхней петле - достанет или брать табурет? Кивнула 'угу' и пошла в лабораторию за табуретом.

  

  Дверь трагически проскрипела в последний раз прежде, чем ее лишат голоса. Впустила внутрь Гагала с книжкой в сером переплете в руках.

  

  - Я, - сказал Гагал, - принес тебе устав гильдии арденнских врачей. Ты один? Не занят? Посмотришь, если найдешь время?

  

  Илан протянул за книгой руку. За спиной у него открылась лаборатория, и на порог, столкнувшись, вывалились Мышь с табуретом и растрепанный Неподарок в робе наизнанку. И замерли. С доктором Гагалом у обоих были связаны не самые приятные воспоминания. Гагал уставился на них и спросил:

  

  - Они что, подрались?

  

  Илан оглянулся.

  

  - Да. Но каждый сам по себе. Ты куда, Неподарок?

  

  - Нужно выйти...

  

  - Не хочешь попрощаться с братом? - вдруг спросил Гагал. - Пока он в нашем морге. Сдавать его иду, префектура забирает.

  

  Неподарок беспомощно посмотрел на Илана и отступил в лабораторию, а Мышь, воспользовавшись заминкой, проскочила с табуретом вперед.

  

  - Ну? - потребовал принять решение Илан.

  

  - А вы? - спросил его Неподарок.

  

  - Я - нет, у меня много дел.

  

  - Я боюсь... без вас.

  

  - Да ладно, что там страшного, - удивился Гагал. - Вон, одежда наизнанку - мертвецы тебя не сглазят.

  

  - Я не... не мертвецов боюсь.

  

  Намура, понял Илан. Намура бойся или не бойся, а встречу вечером Илан предчувствует. Возможно, с длинным разговором. Возможно, вечер будет проходить не только с участием Намура.

  

  - Как хочешь, - сказал Гагал. - Можешь и в зеркало посмотреть. Такой же точно, только мертвый.

  

  Неподарок вздернул плечи, на лице его проступило упрямое и злое выражение, которое Илан видел в последний раз в дезинфекции.

  

  - Иди, куда шел, - махнул ему Илан. - Тебя никто не заставляет. Тебе просто предложили. Вернешься - запустишь автоклав, Мышь знает, что туда класть. И робу выверни. Сослепу одевался, что ли?

  

  - Я хочу, - опустив голову, произнес Неподарок. - Очень хочу. Только боюсь без вас, они опять меня куда-нибудь потащат, а большой начнет совать мне в нос кулак...

  

  - Идешь или не идешь, решай быстро, - велел Гагал.

  

  - Хочешь - идешь, не хочешь или боишься - не идешь, - объяснил Илан, глядя на Неподарка. - Твое решение. Документы на тебя заперты в сейфе, утащить тебя без них никто не может. Бить, между прочим, тоже. Свободного побили бы, а ты стоишь дорого. Пугать могут и будут, бить - вряд ли.

  

  Невозможная вещь - выбор - была Неподарку тягостна, он бестолково переминался подкрадухами, то наступая на порог, то делая назад полшага. Нечасто, видимо, приходилось ответственно принимать решения за самого себя и для самого себя. Гораздо проще не спрашивать разрешения, подразумевать запрет, подчиниться внезапному ветру в голове, сбежать, нагородить каких-нибудь глупостей, чтобы расплатиться за них издевательством над собственным телом, и, в конце концов, забыть и свой поиск, и свое наказание, словно дурной сон. Так и складывается жизнь. Из ничего в ничего.

  

  - Пойду, - наконец, решился он.

  

  - Знаешь, где мой шкаф в дезинфекции? - спросил Илан. - Забери себе старые сапоги, шаркаешь, как привидение. Раздражает.

  

  - Бегом, - добавил Гагал, поклонился Илану и повернулся идти.

  

  Неподарок дунул вперед всех, мимо Мыши, чуть ее не сбив. Мышь не сдержалась, обругала по-трущобному, и спрыгнула с табуретки. Закрыла за Неподарком и Гагалом дверь. Открыла и закрыла снова. Не скрипит. Предупреждать о посетителях больше не будет. Останется только чугунная ступенька с трам-тарарамом для самых торопливых. Вдруг Мышь сказала:

  

  - Доктор, а можно спросить вопрос?..

  

  - Можно. - Илан уже открыл устав гильдии и листал первые страницы. - Спроси вопрос, отвечу ответ.

  

  Устав был изготовлен в местной, недавно открывшейся печатне - дешевая неотбеленная бумага, картонный переплет и старомодный крупный шрифт. Зачем Гагал его принес? Голова тяжелая, изложенные то вдруг цветисто-высокопарным, то сухим юридическим языком строчки в ней не укладываются, в глазах рябит. Надо бы поберечь силы на другое. Чтение - потом.

  

  - Тот человек, который... волшебник, - подбежала ближе Мышь, брякнула об пол табуретом и нетерпеливо встала на него ладонями и коленкой. - Он ведь предлагал мне загадать желание, тогда, в адмиралтействе. А я отказалась, помните?

  

  - Помню.

  

  Табурет доверительно двинулся еще на шаг ближе к Илану. В глазах Мыши горела идея. Удивительный человечек - все мысли открытая книга, читай, понимай, удивляйся. Не то, что врачебный устав.

  

  - Глупо было отказываться, - признала Мышь. - Но я же не знала, что он волшебник! Я могу перерешить? Попросить его еще раз, по-настоящему?

  

  - А у тебя есть твердое понимание того, что ты хочешь получить, попросив? - Илан оторвался от канцелярских формулировок, общих правил и установлений почтенного собрания арденнских докторов, закрыл книгу, заложив