перестраиваются коридоры в лабиринте его сознания. Там была особая комната – даже, скорее, хранилище, – где он приберегал крупицы информации, которые когда-нибудь будут иметь огромное значение, пусть ему еще пока и не было известно почему.

Просьба Джеймсона – и эта нотка в его голосе – они открыли дверь в эту комнату.

– А что, если мисс Кейн не сделала ничего плохого? – насмешливо спросил Рохан, испытывая терпение своего собеседника. – Что, если она не представляет угрозы?

Рохан подумал о Саванне, но он не мог позволить, чтобы Джеймсон Хоторн сделал то же самое, поэтому направил его подозрения на другого человека:

– Брэди Дэниелс.

– Он работает на спонсора? – тут же отреагировал Джеймсон.

– Если хотите, я могу выяснить, – ответил Рохан. – Но только, разумеется, в том случае, если это будет выгодно мне самому.

– Любой дисквалифицированный игрок – это минус один повод для вашего беспокойства, – заметил Джеймсон и тут же усмехнулся Рохану. – Полагаю, это та часть, где вы скажете мне, что вы не из тех, у кого есть поводы для беспокойства.

– Это та часть, – ответил Рохан, – где я скажу, что конкретика – ваш друг. Если вы беспокоитесь из-за какого-то конкретного спонсора… – Он чуть подался в сторону Джеймсона. – Поделитесь подробностями.

– Перейдем сразу к той части, где я говорю вам, что я не беспокоюсь.

Не в настроении откровенничать, Хоторн? Рохан лениво взмахнул мечом и опустил его вертикально, прямо между ними.

– Если вам больше нечего мне сказать, боюсь, это та часть, где я прошу вас убраться с моей дороги – вежливо, конечно.

– Конечно, – ответил Джеймсон, отходя в сторону.

Рохан прошагал мимо него в направлении винтовой лестницы.

– Если вы проиграете, – сказал Джеймсон ему вслед, – по умолчанию «Милость» достается Зелле?

Зелла. Герцогиня. Джеймсон наверняка надеялся задеть его за живое, но Рохан приказал себе не думать об этой утонченной аристократке, которой ничего не стоило предложить Проприетару десять миллионов фунтов в случае, если Рохан проиграет в «Грандиозной игре».

– Это неважно, – отозвался Рохан, проделав трюк с голосом, который словно раздавался со всех сторон. – Вам следовало бы уже уяснить это, Джеймсон Хоторн: я не проигрываю.

Глава 21 Рохан

Рохан отказался от идеи искать другие мечи и направился прямиком на вертолетную площадку, по пути решив, что небольшая задержка и сопутствующее изменение его планов того стоят. Существует некая угроза, и Джеймсон Хоторн считает, что она исходит от Лиры Кейн.

– Что-то ты долго.

Саванна ждала его на краю вертолетной площадки, и она была одна.

Рохан остановился рядом с ней.

– Как быстро твой брат понял, что у тебя нет никакой травмы? – Это было лишь предположение о том, какую уловку она выбрала.

– Сводный брат, – поправила его Саванна. – Ему потребовалось какое-то время. Я вижу, у тебя есть меч.

Рохан провернул меч в руке.

– Могу я взять на себя честь? – спросил он. – Или ты сама хочешь?

Саванна обхватила рукоять прямо над рукой Рохана. Легчайшее прикосновение кожи к коже. Он позволил ей взять меч. Порой лучше позволить сопернику выиграть битву, которая не имеет значения.

Когда Саванна направилась к самому центру вертолетной площадки, Рохан, не торопясь, присоединился к ней и оказался рядом как раз в тот момент, когда она схватила рукоять обеими руками и вонзила лезвие в отверстие в металле.

Рохан накрыл ее руки своими и повернул меч. Почти сразу металл под ними начал поддаваться, пришел в движение, швы стали видны лишь на секунду, прежде чем весь круг сложился сам по себе, как карты, разложенные веером, собираются обратно в колоду.

Рохан спрыгнул и оказался на твердой земле. Саванна последовала за ним. Сладостное предвкушение было таким же приятным, как тот момент, когда взгляд Рохана упал на единственный предмет в потайном отделении, которое они только что обнаружили.

Толстая книга в кожаном переплете. Мысли Рохана на мгновение обратились к другой книге, очень ценной, которая перейдет к нему, как только он выиграет «Милость», но стоило ему открыть книгу «Грандиозной игры», как он тут же вернулся в реальность. Перед ним оказался экран, внешне напоминающий лист бумаги. Он прижал свои часы к странице.

И словно по волшебству на экране отобразилось его имя, как если бы он написал его своей собственной рукой, – маленький технический трюк, ничего более. Саванна проделала то же самое, и ее имя появилось ниже. Она тут же метнулась обратно, и Рохан понял почему.

На площадке открылись еще две секции. Еще два потайных отделения. Одно для Рохана. Второе для Саванны. «Поставь подпись, – подумал Рохан, – получи подсказку».

Саванна подошла к одному из отделений, Рохан – ко второму. Сняв бетонную крышку, он посмотрел на прямоугольную полость под ней. Она была глубиной не больше тридцати сантиметров и наполнена водой. На дне лежали два предмета: тонкий браслет и металлическая подвеска. Рохан закатал рукав и сунул руку в воду, чтобы достать их. Как только он это сделал, раздался голос. Слова доносились как будто со всех сторон.

«Свобода от оков, ключ от любых замков». Голос принадлежал Джеймсону. А голос Эйвери повторил эти слова, когда Саванна достала предметы из своего отделения. Она вздернула подбородок, ясно давая понять, что думает по этому поводу.

Решив не дразнить ее, Рохан внимательно рассмотрел подвеску. Миниатюрный меч.

– Браслет для шармов и шарм-подвеска, – язвительно сообщила ему Саванна.

Обдумывая это, Рохан выпрямился. Вода капала с его руки на вертолетную площадку. Кап. Кап. Кап. Этот звук – или, возможно, ощущение, им вызванное, – сдавил ему грудь, словно тисками, и на мгновение Рохан почувствовал, что его тело промокло до костей, почувствовал, как воздух, намного холоднее, чем ноябрьская ночь, вонзается в кожу тысячью ледяных осколков.

Прогнав непрошеные мысли и восстановив стены в своем сознании, Рохан выдавил из себя ленивую улыбку.

– «Свобода от оков, ключ от любых замков». – Ему нравилось цитировать эти слова, потому что, когда ему нравилось что-то делать, когда он получал удовольствие или чувствовал боль, существовало только здесь и сейчас. – Повторение.

– Мы уже знаем, что гравировка на мече обозначала, что он и есть ключ. – Саванна вернулась к потайному отсеку. Бросив книгу внутрь, она схватилась за рукоять меча обеими руками и повернула его против часовой стрелки.

Словно карты из колоды, части металлической пластины разложились вновь и закрыли собой отделение, а Саванна вытащила ключ из замка.

Замки и ключи. Шармы и мечи.

– Цепь, – произнес Рохан, переводя взгляд с браслета на цепь, обвивающую талию Саванны. – И цепь.

Возможно, это что-то значило. А возможно, и нет. Мысли в