К тому же, не то чтобы я испытывала к ним неприязнь. Вроде как.

— Думаю, да, — говорю я, все еще неуверенная в правильности ответа.

— Отлично. Ужин вечером, так что, пожалуйста, приоденься.

Аня машет рукой, и я ошеломленно смотрю на нее. Конечно, она шутит. Но лицо у нее серьезное, и, как и всегда, она смотрит на меня будто я потерянный ребенок.

— Приодеться? Сегодня вечером?

— У тебя другие планы?

Аня демонстрирует идеальное бедро.

— Ну да...

— Смотреть дрянные шоу по телевизору и есть попкорн — это не планы. — Прежде чем я успеваю солгать или отрицать, она окидывает меня взглядом. — У тебя есть платье покрасивее этого?

Она машет рукой вверх и вниз показывая на мое тело.

— Ты очень тонко намекаешь на то, что тебе не нравится, — говорю я с сарказмом.

— О нет, не тонко. То, что на тебя надето, безвкусно и дешево, и похоже на то, что мне приходилось носить, будучи бедным подростком. Так что, пожалуйста, оденься для пятизвездночного ресторана.

— У меня нет ничего для ресторана. Я буквально только что спустилась со сцены после выступления.

— Повезло, что твоя прическа и макияж уже готовы, — говорит она, оглядываясь по сторонам.

В этот момент выходит Джули в обтягивающем розовом платье.

— Ты, — говорит Аня. Джули автоматически останавливается, понимая, кто она, и ее глаза расширяются. — Сними это платье сейчас же, и я дам тебе сто баксов.

Аня достает купюру из своего черного клатча.

— Рада вас видеть, мисс Иванова, — довольно официально говорит Джули, начиная снимать платье.

— Не здесь, Джули, — ахаю я, и Джули смотрит на меня, затем на Аню. Она действительно не смущается, продолжая раздеваться, а затем протягивает платье Ане. Аня отказывается брать его, качая головой.

— Я не собираюсь это трогать. Оно для Елены, — говорит она, как будто это очевидно.

Беру платье из рук Джули и извиняюсь.

— У тебя есть другая одежда? — спрашиваю я ее.

— Да, я всегда ношу с собой два платья, на всякий случай. Никогда не знаешь, какой будет вечер, — подмигивает Джули, роясь в своей огромной сумке, доставая свободное платье и быстро надевая его.

Смотрю на платье, которое она мне отдала. Блин, оно будет мне тесновато, учитывая, что Джули в два раза меньше меня. Я тяну материал. Слава богу, оно тянется.

— Окей. Одевайся, укладывай волосы и надень каблуки. Я подожду в машине, — говорит Аня, затем разворачивается на каблуках и уходит.

Аня появляется как вспыхнувший огонь и исчезает так же молниеносно.

— Боже, она такая властная, да? — говорит Джули, заканчивая одеваться.

— Это точно, — соглашаюсь я, направляясь в примерочную.

Джули должна бы уже привыкнуть к этому, так как работала на нее несколько раз на аукционах, смысл которых я до сих пор не совсем понимаю. Если бы я была умнее, то спросила бы о них, но инстинкт подсказывает мне, что не стоит задавать слишком много вопросов.

Еще одна часть меня напоминает, что мне, вероятно, не следует в очередной раз вмешиваться в дела Ивановых, но вот я здесь.

— Елена. — Оглядываюсь через плечо на Джули. — Я знаю, что ты умная девочка, но будь осторожна, ладно?

— Конечно, буду, — отвечаю я ей и улыбаюсь.

Она кивает и не оглядываясь уходит. Что это было?

Быстро переодеваюсь, ни на минуту не забывая, что нельзя заставлять Аню ждать слишком долго, я провожу расческой по волосам и завязываю их так, чтобы они не мешали, но не были такими объемными, как после выступления. Втягиваю воздух и тяну платье вниз дюйм за дюймом, удовлетворенная, когда оно оказывается на моих бедрах и заднице. На мгновение опираюсь рукой о стену, чувствуя, будто совершила нечто грандиозное, просто надев это платье. Нахожу симпатичную пару туфель и надеваю их.

Открываю заднюю дверь, и вижу гладкую черную машину Ани, которая одна из немногих осталась на парковке. Вэнс, я наконец узнала его имя в тот день, когда мы с Аней ходили по магазинам, держит для меня дверь открытой. Клэй ждет на водительском сиденье. Аня разговаривает по телефону на заднем сиденье.

— Привет, мальчики, — весело говорю я, садясь в машину.

Они оба улыбаются мне, и Вэнс говорит:

— Добрый вечер, мисс Лав.

Каждый раз удивляюсь тому насколько формально они разговаривают. Когда Вэнс садится в машину, я говорю им:

— Не понимаю почему вас считают странными, по мне вы вполне сносные ребята.

Они понимают шутку, и я вижу, что они улыбаются, когда Аня заканчивает свой звонок.

Когда она кладет трубку машина трогается, а Аня поворачивается ко мне.

— Ты неплохо почистила перышки.

— Думаю я должна сказать спасибо?

Она пытается скрыть улыбку и удивление от моего ответа.

В этой семье есть какое-то правило, что нельзя не показывать радость или чувство юмора?

— Алек знает, что я приду? — спрашиваю я.

— Нет и ему лучше не знать. Его вообще было трудно уговорить прийти, но, как говорится, тридцать исполняется только один раз, — говорит она, яростно печатая на своем телефоне.

Прекрасно. Что ж, это будет неловко. Смотрю на свое платье. Мне пришлось снять бюстгальтер, потому что иначе платье бы не налезло. Сейчас все в порядке, но, если станет слишком холодно, мои соски определенно будут видны.

Наблюдаю, как она деловито переключается с одной задачи на другую в телефоне.

— Вы с Алеком так похожи, — замечаю я, и она переключает взгляд на меня.

— Звучит будто это оскорбление.

— Нет, просто факт.

— Это честь быть хоть немного похожей на Алека. Он лучший человек, которого я знаю.

— А как же твой муж? — спрашиваю я.

— Заменим, —говорит она, шокируя меня. Но затем уголок ее рта приподнимается, и я понимаю, что она шутит. — Но Ривер также знает, что ничто не встанет между мной и Алеком. Наша приемная мать в прошлом пыталась, и, скажем так, из-за этого у нас случился семейный разлад.

Хмурю брови, вспоминая, упоминал ли Алек что-нибудь о приемных семьях.

— Что случилось с вашими родителями? — спрашиваю я, но не уверена, что она ответит. У близнецов общие черты характера.

Через мгновение она осторожно отвечает:

— Если Алек захочет тебе рассказать, он сделает это в