в тайной комнате спрятана его Элинор. Томас представил её одну, в темноте, испуганно вжимающуюся в стену в поисках укрытия, и сердце его оборвалось от жалости. Внизу или наверху? Неважно! Он отыщет её.

— Держись, — пробормотал он, снимая со стены чадящий факел. — Держись, Нелли, я иду к тебе!

Глава 30

Дэвид Малгрейв опережал его не менее, чем на десяток шагов. После нескольких дней безуспешных поисков Томасу пришлось это признать. Он не мог беспрепятственно бродить по замку Барлоу, поскольку граф Малгрейв повсюду выставил своих людей. К счастью, одним прекрасным утром герцог Эттвуд покинул крепость, укатив вдаль в удобной и роскошной карете и увозя с собой продажную девку, с которой прокутил всё время, что пробыл в замке. Девчонка была совсем молода, но слишком худа, и светлые волосы безжизненной паклей свисали с головы. Она не вызывала у Томаса никаких чувств, кроме брезгливости.

— Высокородный хлыщ! — сплюнул он вслед уезжающим, вспомнив визгливый смех девицы, раздававшийся по ночам из покоев, отведённых герцогу. — Вот уж кто действительно зря топчет землю дорогими сапогами.

Зато после отъезда Его Светлости контроль со стороны графа Малгрейва над территорией крепости стал ослабевать, и слугам, выжившим при штурме и впоследствии изгнанным, разрешили вернуться. Отныне замок перешёл во владение короля, который отбыл в столицу сразу же после казни.

Время утекало как вода сквозь пальцы, а об Элинор по-прежнему ничего не было известно. На какие только ухищрения ни шёл молодой человек, чтобы узнать хоть малейшую информацию, но всё, что Томасу удалось исследовать, это хозяйственные постройки и часть чердака. Ему приходилось быть очень осторожным, чтобы не привлекать к своим действиям внимания. Он возрадовался тому, что догадался снять с себя всё, что могло опознать в нём барона Хилтона, ещё при въезде в замок.

Томаса не отпускали мысли о подземелье — единственном месте, куда ему никак не получалось пробраться. Решив во что бы то ни стало закрыть этот вопрос, однажды он даже переоделся в прислугу. В таком виде Томас спустился в темницу, прихватив с собой небольшой бочонок вина. Дождавшись, пока стражники переключат внимание на пойло, он, сняв со стены факел, направился вдаль по тёмному коридору.

Камеры оказались заперты. Томас подходил к каждой из них и скрёбся в тяжёлые кованые двери.

— Элинор, — тихонько звал он, старательно прислушиваясь не раздадутся ли в глубине каменного мешка её шаги.

С каждым пройденным ярдом Томас терял надежду. Он добрался почти до конца коридора, как внезапно за дверью одной из камер услышал какой-то шорох.

— Элинор! — молодой человек тихонько постучал по железу. — Это ты?

Шум, привлёкший его внимание, мгновенно прекратился.

«Должно быть, крысы расшалились», — подумал Томас, но после длительного молчания за дверью раздался тихий всхлип. Сомнений не оставалось — внутри находился человек.

— Элинор! — крикнул Томас и, испугавшись, что их обнаружат, зажал себе рот рукой.

Неизвестный узник подкрался к двери и остановился, напряжённо дыша.

— Кто здесь? — послышался женский голос, и Томас чуть не завыл от досады. Это была не Элинор. — Дэнни?

Молодой человек замолчал и сделал шаг назад, меж тем, находящаяся в камере женщина не унималась.

— Дэнни Это ты, Дэнни?! — завопила она. — Немедленно выпусти меня! Мы так не договаривались! Ты обещал, что это всего лишь на пару дней! Здесь совершенно нечем заняться! У меня свечи заканчиваются, а вино всё вышло ещё вчера!

Томас хотел уже оборвать незнакомку, но какое-то внутреннее чутьё заставило его прислушаться к тому бреду, что она несла.

— Дэнни! — не унималась узница. — Почему ты молчишь?! Когда мне вернут мою одежду? То платье, что ты дал, мне слишком велико! И я хочу больше золота! Вдвое больше, чем ты говорил!

Молодой человек с размаху хлопнул себя по лбу, чуть не заорав от досады.

«Ну ты и дурень» — обругал он сам себя.

Граф Малгрейв и герцог Эттвуд снова обвели всех вокруг пальца. Хочешь что-то спрятать — оставь это на видном месте! В карете с герцогом уехала Элинор, а продажная девица осталась в замке! Это герцога она называла именем «Дэнни». Недолго думая, Томас бросился назад по коридору. Женщина продолжала что-то кричать, но он её уже не слушал. Пробежав мимо ошалевших стражников, молодой человек выскочил наружу, чтобы увидеть, как граф Малгрейв с небольшой группой рыцарей покидает замок.

— Куда он направился? — спросил Томас у первого встречного, забыв, что находится в одежде слуги.

— Тебе-то что? — презрительно сплюнул воин. — Работу свою делай! Его Сиятельство здесь больше не появится!

Возможность покинуть замок у Томаса появилась только вечером. К тому времени в крепость привезли тела сбежавших сыновей графа Барлоу. Недолго же им пришлось наслаждаться полученной свободой.

Беглецов постигла участь хуже, чем смерть на виселице: их разодрали дикие звери. Перекрестившись над телами погибших и сотворив молитву об упокоении их душ, Томас отошёл в сторону. Он успел переодеться в свою одежду и уже собирался покинуть замок, чтобы отправиться на поиски Элинор, как его внимание привлёк чей-то разговор.

— Всё-таки Его Сиятельство — человек чести, — произнёс кто-то за спиной Томаса, и он весь превратился вслух.

— И не говори, — подтвердил его собеседник. — У него погиб рыцарь, и граф Малгрейв сам вызвался отвезти его тело, чтобы похоронить на родной земле.

— Правда? — вклинился в разговор Томас. — Если это так, то подобный поступок достоин самого высокого почтения! А как звали погибшего и откуда он был родом?

— Погибшего звали Филипп Гловер, — охотно ответил один из рыцарей. — Он был из дальних мест. Уж не знаю, какая нелёгкая занесла его в наши края, он никогда никому ничего не рассказывал.

— Да, — подтвердил второй рыцарь. — Филипп стал нелюдим после смерти жены. Насколько я понял из слов Его Сиятельства, у того осталась дочка.

— Да уж, плохие новости привезёт ей милорд, — поддакнул Томас. — И где живёт его дочка?

— А ты что, утешить её хочешь?! — хохотнул первый рыцарь и хлопнул молодого человека по плечу.

— Если я правильно понял, она сейчас одна, и ей нужны помощь и защита, — опустил взгляд Томас, чтоб случайно не выдать крайнюю заинтересованность и не нарваться на неудобные вопросы.

— Я слышал, она живёт в Розберри!

Томасу не надо было повторять дважды. Дождавшись смены караула, он покинул замок Барлоу. Путь ему предстоял неблизкий, но как же легко было на душе от осознания того, что Элинор жива и невредима! В долгой дороге, размышляя над сложившейся ситуацией, Томас пришёл к выводу, что донос на графа Барлоу был выгоден графу Малгрейеу. Трудно поверить, что тот не