овцы, а мериносы? Или как их там звать… вик… ик… все только «викарий» на ум приходит. Тьфу ты. Я помню, как бережно родители Лахлана проверяли каждый свитерочек! А что надумала эта малахольная?

– Мама! – Карен с укоризной уставилась на старушку.

– А что? Только тебе можно браниться на Энн? Ух ты, собрала! – Старушка приподняла кубик Рубика в сморщенных костлявых пальцах. – Бегите, пока не поздно, девчата. Не заплатит вам эта вертихвостка.

Ханна была бы рада остаться и побеседовать с бабулей Синклер лично: казалось, у этой старушки есть десяток историй на любой день недели, да и ее юмор Ханне во многом импонировал. Но Карен торопилась обсудить с родственниками планы на будущий год, поэтому она простилась с гостьями, окончив беседу фразой: «Надеюсь, я была вам хоть чем-то полезна. И спасибо, что выслушали мои сплетни об Энн. Иногда так хочется посудачить с кем-то кроме мамы, а поддержать некому. Пусть даже и молчанием».

Глава 29

Умоляющие глаза Ханны не произвели на Лору должного эффекта: сама она собиралась выпить чая в здании музея. Внутри было атмосферно, насколько вообще может быть атмосферным старый кирпичный завод в современных декорациях. Приглушенный свет, исходящий от множества гирлянд с теплым свечением, та же мебель в стиле лофт, сувенирная лавка и кофейня, вместо столиков в которой были по-дизайнерски раскрашенные деревянные палеты и ящики. В пустом заведении можно было выдохнуть и переброситься парой слов: посетители сейчас были заняты экскурсией.

– Бабуля классная. Что думаешь?

– Думаю… нужно поискать информацию о Джареде Ирвинге. Подозрительный персонаж. Кажется, это его Меган назвала чинушей. А еще мне нужно достать антисептик. Грейсон будет ждать тебя сегодня?

– Он сказал, что найдет для меня местечко в своем плотном графике в любое время, – с некоторой заносчивостью произнесла Ханна. – Но ведь завтра собрание ремесленного сообщества? Ты же тогда хотела… ну… – Глянув на молчаливого парня-бариста, занятого завариванием чая, она перешла на шепот. – Ты поняла.

– Да, иного времени у нас не будет. Тогда сначала позвоню Энн и узнаю, где можно с ней встретиться. Скажу, что у нас есть информация.

– Какая информация? – с любопытством вытаращилась Ханна.

– Какая-нибудь, Хан. Что-нибудь придумаю. Нам нужно раздобыть антисептик, а для этого – найти Энн. Ее может не быть на фабрике или дома. Все, набираю.

Энн и правда не рисковала возвращаться домой. Отвечала нервно, короткими и резкими фразами. Она попросила мистера Сондерса арендовать автомобиль попроще и отвезти ее к хорошей знакомой, в гостиницу рядом с озером Лох-Паран, и выжидала, пока Меган подготовит пресс-релиз. Конечно, она упомянула «ненасытных репортеров – никто из них не предложил ей дать эксклюзивное интервью, а оно было бы как нельзя кстати». Лора не знала, сколько платят за такие эксклюзивы, но могла догадаться, что ни одна газета, ни один канал не считали Энн настолько известной личностью, чтобы платить ей даже трехзначные суммы. Они были уверены, что в погоне за славой Энн все расскажет сама, и не ошиблись.

– Информация? Что за информация? Вы не можете сказать по телефону? Я бы предпочла побыть наедине с собой… – жалобно протянула Энн, и Лора представила, как та театрально кладет ладонь на лоб.

– Я бы не стала рисковать, миссис Колт. А вдруг телефоны прослушивают? – сгустила краски Лора в надежде, что это подействует на мнительную Энн.

И это подействовало. В конце разговора Энн слезно просила Лору привезти ей… нет, не любимую выпечку или зубную щетку. Парочку флаконов антисептика, ведь страх перед репортерами моментально стал сильнее страха бактерий.

– Меган мне не показалась такой уж красноречивой… – прокомментировала пересказ Лоры Ханна, глотая обжигающий черный чай.

Прежде чем девушки добрались до роскошной пятизвездочной гостиницы – новодела, смахивающего на уменьшенную копию средневекового замка, – они объехали четыре аптеки и два супермаркета. И только в последней аптеке смогли найти тот самый антисептик с едким запахом. Лора не упустила момента и попросила у фармацевта пластиковый зиплок-пакет, такой, в котором обычно хранят улики. Ну или по крайней мере так показывают в кино.

Ухоженная территория гостиницы радовала глаз: ничего вычурного, лишь лаконичные зеленые насаждения, стриженый газон и подобия японского сада камней. Живописный вид на озеро открывался с другой стороны, но Лоре было не до медитаций. Нужно было как можно скорее отвезти флакон из-под антисептика Грейсону, а вначале избежать многочасовых стенаний миссис Колт.

– Доброго дня! Мы в тридцать пятый номер, – обратилась Лора к девушке-администратору с голубым платочком на шее.

– Здравствуйте! Вас ждут. Консьерж проводит, – ответила та с сильным акцентом.

Интерьер внутри «замка» оказался помпезно-классическим, с традиционной лепниной на потолке, персидскими коврами, роскошными диванами, тяжелыми гардинами и разномастным декором. Энн забаррикадировалась на втором этаже. После того как смуглый паренек-консьерж постучал в ее номер, она выглянула из приоткрытой двери.

Пока Энн справлялась с цепочкой, Ханна расстегнула парку: жар внутри гостиницы сводил с ума. «Вот бы переодеться в халат, залезть в глубокую ванну на львиных ногах и… ничего себе, у нее из номера вид на озеро!»

– Ой, как я надеюсь, что у вас хорошие новости… Вы привезли? Купили?

Энн в просторном шелковом халате винного оттенка запорхала по комнате. Ее взлохмаченные волосы словно жили своей жизнью, а пустой стакан с остатками янтарной жидкости на дне красноречиво свидетельствовал о ее психическом состоянии.

Энн вертела в руках уже знакомую им плоскую баночку с антисептиком, и Лора невольно провела параллель с Ханной: подруга так же успокаивала себя кристаллами, но она верила в их способность забирать плохую энергетику. Лора же верила фактам: такое поведение было проявлением повышенной тревожности.

Лора подала Энн антисептик, и та швырнула пустую баночку на ковер.

– Спасибо! Спасибо!

Обильно сдобрив ладони жидкостью, Энн насытила воздух парами спирта и тошнотворного ароматизатора. Вложив ладони одна в другую, будто в молитве, она на какое-то время прикрыла глаза.

Ханна подбежала и аккуратно взялась пальцами за крышечку пустой упаковки, пробормотав:

– Нужно переработать. Пластик все-таки. Экологическая ответственность! Не переживайте, я видела внизу контейнер. Выброшу.

Ханна чуть не запеленала упаковку в бумажную салфетку, но быстро опомнилась и достала из рюкзака пакет. Отпечатки были спасены.

В это время Лора пыталась расположить к себе Энн – пока она не представляла, как подвыпившая женщина может участвовать в пресс-конференции. Это могло сулить огромный позор всей компании.

– Представляете? Меня? Подозревают меня в краже! Дожили! Ой, вы взяли и яблочный тоже! Как мило с вашей стороны.