мажордома и селить тут людей, уходящих из служб, подобных вашей. Таким образом вы получите вокруг дворца настоящий пояс безопасности, который и станет первым кольцом охраны царствующей семьи.

— Это нужно обдумать, — помолчав, вздохнул полковник. — Но теперь мне надобно, чтобы вы не покидали столицы, пока я не закончу это дело.

— Смысла нет, — отмахнулся Егор. — Да и не могу я столько времени даром терять. Давайте сделаем так, ваше превосходительство. Вы раскрутите это дело, а как потребуется моё присутствие, просто пришлёте мне письмо. Я приеду.

— Думаете, такое дело займёт у нас так много времени? — иронично уточнил полковник.

— Ну, вы ещё даже заказчика всего этого безобразия не знаете, — пожал Егор плечами.

— Уж поверьте, Егор Матвеич, его уж узнают, — зло усмехнулся полковник. — Не так много людей способны молчать, когда мы их спрашиваем, — голосом выделил он ключевое слово.

— Применяете особые методы? Так ведь под ними человек может сказать не то, что знает, а то, что от него хотят услышать, — пожал парень плечами.

— Вы далеко не всё знаете, — отмахнулся полковник. — В общем, я попрошу вас задержаться в столице на две недели. Думаю, столько ваши дела могут подождать. Ведь вы всё это сами затеяли.

— А надо было промолчать? — не сдержал Егор ехидства. — Ну, убили бы государя. Так не в первый раз, чего такого?

— Сударь! — рыкнул полковник, разом посуровев лицом.

— Не нужно злиться, господин полковник, — отмахнулся Егор. — Я сделал то, что должен был сделать. Вполне допускаю, что я ошибся, но пусть лучше я стану вашим посмешищем, чем допущу нападение на государя. Так что, если вы ничего от тех бандитов не добьётесь, можете считать меня дураком. Я не обижусь.

— Я не настолько глуп, Егор Матвеич, чтобы посчитать вас дураком, — вздохнул полковник. — И сделали вы всё абсолютно правильно. Более того, я вам весьма признателен, что вы решили вызвать на это дело именно меня, а не жандармов, и тем более не полицию. И смею заверить, что я этого не забуду. Просто дайте нам две недели. А после можете делать, что сами решите.

— Хорошо. Две недели я смогу подождать, — вздохнул Егор.

— Благодарю, — кивнул полковник и, поднявшись, вышел, на ходу попрощавшись.

— Признаться, Егор Матвеич, я теперь в замешательстве, — нарушила Наталья воцарившуюся тишину. — Ведь вы только что советовали полковнику лишить нас с маменькой отчего дома. Зачем? Почему мы должны уезжать из дома, в котором прожили всю жизнь?

— Затем, сударыня, чтобы вас не убили, случись кому снова задумать заговор, — вздохнул Егор. — Ваше счастье, что тем бандитам не нужен был лишний шум. В противном случае вы или уже в каком омуте русалок изображали, или, чего хуже, сгорели б вместе с домом. От подобных господ всякого ожидать можно.

— Вы меня специально пугаете? — растерянно возмутилась девушка.

— И в мыслях не было. Наоборот, хочу предупредить. Ведь, как известно, кто предупреждён, тот вооружён. Понимаю, что это ваше родовое гнездо. Отчий дом, к которому вы привыкли и который всей душой любите. Но поверьте, жизнь гораздо дороже. А имея средства в достаточном количестве, всегда можно начать всё с самого начала в другом, более безопасном месте. Думаете, почему я не хочу продавать своё имение и делаю всё, чтобы сохранить его?

— И почему же? — озадачилась Наталья.

— Да потому, что я сумел сделать из него маленькую крепость, в которой я и мой дядя всегда сможем укрыться, случись нужда или опала. Я потому и не переезжаю сюда, в столицу, хотя дядюшка уже много раз предлагал и даже в службу свою обещал устроить. Мой дом — моя крепость, как британцы говорят.

— Вот именно. А вы хотите, чтобы мы от этой самой крепости отказались, — тут же отреагировала девушка.

— Увы, сударыня, но только стен в подобном случае мало. Нужен ещё тот, кто станет те самые стены защищать. А вот тут у вас всё плохо.

— Выходит, продать всё и уехать непонятно куда? — продолжала фыркать Наталья, словно рассерженный котёнок.

— Ну почему же непонятно. В вашем случае вы всегда можете получить выбор, если проявите достаточную настойчивость. Уж поверьте, выморочного имущества у короны много, и далеко не всё оно в запущенном состоянии. Главное, подойти к делу с умом. Или вы так не хотите уезжать именно из столицы? Так осмелюсь напомнить, что тут и погода не простая, и подати выше. Под той же Москвой жить куда как легче. Особенно осенью. Это я точно знаю.

Вошедшие в столовую хозяйка дома и Игнат Иванович вид имели весьма не однозначный. Похоже, после всего случившегося между ними состоялся долгий и серьёзный разговор, после которого они пришли к какому-то общему знаменателю. Во всяком случае, губы у обоих были слегка припухшими, а глаза буквально светились. Заметив это всё, Егор ехидно усмехнулся и, не удержавшись, проворчал, кивая на стол:

— А мы тут плюшками балуемся.

— Зубоскал, — не удержавшись, фыркнул дядя. — Небось уже думаешь, как домой сбежать?

— Полковник Угрюмов попросил задержаться на две недели. Так что, дядюшка, придётся вам ещё потерпеть моё присутствие, — съязвил парень.

* * *

Что именно происходило в кулуарах власти, Егор не знал, но слухи доходили всякие. В том числе и про то, что двух послов Британии из Петербурга выслали. Впрочем, как и из страны. Случились и другие подвижки. В том числе и среди особ, близких ко двору. Но всё это проходило мимо парня словно фоном. Его самого пока никто не трогал и никуда не вызывал. Так что занимался Егор тем, чем сам хотел.

А если точнее, катался по городу, бродил по магазинам и лавкам и регулярно бывал в кофейне Гостиного двора. Там и случилась их очередная встреча с юной Натальей. Девушка вошла в заведение в сопровождении слуги и женщины средних лет, очевидно гувернантки. Увидев парня, девушка обрадованно улыбнулась и решительно направилась к его столику. Поднявшись, Егор поздоровался и, отодвинув стул, помог ей сесть.

— Решили прогуляться, сударыня? — светским тоном уточнил парень.

— Признаться, искала вас, Егор Матвеич, — откровенно призналась Наталья.

— И зачем же, позвольте спросить? — насторожился парень.

— У меня из головы не идёт тот разговор, когда вы