я с отвращением отбрасывала от себя прочь.

Я застыла, а потом резко произнесла:

— Что ты здесь делаешь?

Тон мой был таким холодным, что, кажется, в воздухе повисли льдинки. Даже лампа над кроватью будто зажужжала тише.

Славик криво усмехнулся, с горечью.

— Ого, — пробормотал он. — Сейчас начнется…

Он поёрзал на простынях, подтянул одеяло к животу и посмотрел сперва меня, потом на Валеру с таким лицом, будто съел лимон без сахара, причем целиком.

Валера же выглядел так, будто ничего особенного не произошло. Стоял совершенно спокойно, руки держал в карманах и смотрел на меня с непробиваемой самоуверенностью, будто мы расстались с ним на доброй ноте.

— Привет, Наташ, — произнёс он с мягкой улыбкой. — Давно не виделись.

Я не ответила. Только сделала шаг вперёд и сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, а потом всё-таки выдавила из себя гневное:

— Я спросила, что ты здесь делаешь!

Валера поморщился, будто один мой свирепый вид вызывал у него отвращение.

— Пришёл навестить Славку. Неужели не видно?

— С чего вдруг тебе его посещать? Вы толком не общались.

Валера насупился и чуть повёл плечами, словно стряхивая с себя мою агрессию.

— С чего ты взяла? Ты просто не в курсе. На самом деле мы даже приятели.

Я резко посмотрела на брата. Тот виновато пожал плечами, будто Валерка сказал правду.

— Слушайте, — произнёс брат, — давайте не будем ссориться. У меня и так голова с утра трещит. Ну, пришёл. Ну, как пришёл, так и уйдёт.

Он устало прикрыл глаза и потер виски, словно надеялся, что если не будет смотреть на нас, сцена каким-то чудом рассосётся сама собой.

Я снова перевела взгляд на Валеру.

— И ты решил, что приходить к брату брошенной тобой жены, — это хорошая идея?

Но Валерка ничуть не смутился.

— А почему нет? Я же не к тебе пришёл.

Меня буквально передёрнуло. Я сцепила зубы, аж заскрежетала ими.

— Ладно. Посетил — можешь уходить, — буркнула я, проходя вперёд и оставляя пакет на прикроватной тумбочке. Орхидеи чуть качнулись, будто тоже недовольно.

Славик тихо кашлянул.

— Может, разойдёмся мирно, а? Я начинаю чувствовать себя статистом в очень странном спектакле.

Валера вдруг сделал шаг ко мне.

— Наташ, несмотря на то что я пришёл к Славику, всё-таки нам тоже нужно поговорить.

— Нам? — Я обернулась и посмотрела на него в холодном недоумении. — С чего это вдруг?

— Да, нам нужно поговорить.

Я едва не рассмеялась ему в лицо.

— Серьёзно? Между нами остались какие-то связи? По-моему, ты ошибаешься.

Бывший муж смотрел мне прямо в глаза.

— Нам нужно поговорить наедине, — произнёс он повелительно.

У меня от его наглости дёрнулся глаз.

В душе бурлило что-то ужасное, и в этот момент я поняла, что проигрываю. Именно потому, что я столь эмоциональна, столь возбуждена и раздражена — я проигрываю. Мне не всё равно. Я до сих пор ношу в сердце обиду.

Какой бред!

Я приложила максимум усилий, чтобы успокоиться, а в голове всё равно настойчиво звучали Валеркины слова:«Мне нужна жена получше. Ты вообще никакая».

И снова бунт, и снова возмущение — будто лава, вылетающая из жерла вулкана.

Славик вдруг застонал.

— О, Господи… Только не говорите, что я сейчас должен выйти.

— Не должен, — резанула я. — Никто никуда не выйдет и не пойдёт!

— Тогда выходи ты, — спокойно произнёс Валера и посмотрел на меня с видом властного китайского императора.

Я уставилась на него в ошеломлении.

— Ты вообще понимаешь, что происходит? — бросила недоверчиво. — Мы с тобой в разводе. Ты мне никто. Я не обязана тебя слушаться и мне не о чём с тобой говорить!!!

— Есть о чём, — нагло заявил Валера.

— Слушайте, — снова вмешался брат, — я, конечно, люблю драму, но, может, вы всё-таки решите это где-нибудь в другом месте? У меня реально ужасно болит голова.

И я поняла, что придётся ради Славика потерпеть ещё немножко этого выскочку. Ну что он мне может сказать хорошего? Ничего.

— Пойдём, — буркнула Валере. — Хватит издеваться над моим братом. Гость нашёлся…

Валера безразлично пожал плечами, как будто мой тон и речь ничуть его не задевали.

Я развернулась и поспешно вышла из палаты. Бывший муж последовал за мной. В коридоре гулко отдавались наши шаги, где-то хлопнула дверь, и запах антисептика стал ещё сильнее.

Во дворе больницы было прохладно и тихо. Лампы над входом бросали на асфальт жёлтые пятна света. Где-то вдалеке болтали двое санитаров, но они быстро ушли за угол. Ветер слегка трепал сухие листья у бордюра, и вечер казался неожиданно спокойным — слишком спокойным для разговора, который нас ждал.

Остановились возле скамейки.

Я повернулась к Валере.

— Ну?

Скрестила руки на груди и смотрела на него исподлобья.

Он ответил спокойным, даже оценивающим взглядом, будто рассматривал меня заново, сравнивая с каким-то старым, давно забытым образом.

— Ты изменилась, — бросил он небрежно.

Я фыркнула.

— Если это всё, что ты хотел сказать, можешь уходить.

— Ты стала жёстче, — гнул он свою линию. — Раньше была такая покорная овца, аж противно было.

Я закатила глаза.

Нет, он точно издевается. Пришёл выводить меня из себя. Зачем я вообще на это согласилась?

А Валера вдруг расплылся в улыбке и загадочно произнёс:

— Знаешь, а я очень рад, что ты всё ещё умеешь кусаться.

У меня вытянулось лицо.

— Что?..

Глава 42 Его девушка???

Глава 42 Его девушка???

Я смотрела на Валеру и чувствовала, как внутри закипает знакомая ярость. Он стоял передо мной — такой же самодовольный, уверенный в своей неотразимости, будто не вышвырнул меня из квартиры несколько месяцев назад, не отнял обманом дом и не его любовница звонила мне с требованием убраться.

— Ты изменилась, — повторил он, разглядывая меня с каким-то новым, оценивающим интересом. — Похудела. Посвежела. Даже одета иначе. Конфетка! И даже лицо больше не опухшее, как раньше!!!

— Следи за языком, — процедила я сквозь зубы. — Ты позвал меня говорить — говори. Но не смей рассматривать меня, как товар на витрине!!!

Валера усмехнулся, но в его глазах мелькнуло что-то странное — будто он действительно оценил меня высоко. Хотя ничего особенного я в себе не меняла. Ну