проводишь время со шлюхами внизу. — жестоко смеясь, он сильно ударил меня по лицу, а затем заставил опуститься на колени. — Опять за свои трюки, шлюха-наследница? Ммм? Что ж, имя твоего папочки теперь ничего не стоит. Ты меченая сука.

Слабая, как лапша, от недостатка нормального питания, я почувствовала, как мое тело подогнулось под давлением. Мои колени с глухим стуком ударились о паркет.

— Отпусти ее, — огрызнулся Джет, звуча взволнованно, проводя рукой по волосам. — Соло, давай, чувак, она избранная...

— Заткнись на хрен, маленький педик, — прорычал Соло, свободной рукой толкая Джетро в грудь. — Или я выебу твою задницу, пока ты снова не истечешь кровью.

Теперь я точно знала, что Джета кормили как лорда в его комнатах, поэтому, когда он пошатнулся от силы толчка Соло, ударившись спиной о стену, это произошло от подлинной слабости, а не от недостатка витаминов.

Подняв руки в знак отступления, Джет посмотрел на меня, глаза полны вины, прежде чем поспешить прочь.

Мои губы скривились в отвращении.

Он был действительно бесполезен.

Усиливая хватку на моих волосах, Соло протащил меня на руках и коленях в логово Фабио, крикнув по пути:

— Гляньте, кого я нашел, бродящего по коридорам.

В тот момент, когда я ввалилась в дверь, я почувствовала, как дюжины голодных глаз уставились на мое тело.

Страх парализовал меня, делая невозможным дышать.

В панике я обыскала комнату в поисках Триггера и не нашла.

Его там не было.

Что-то во мне тогда умерло.

Какой бы унции надежды у меня ни было на то, что я выберусь отсюда невредимой, умерла.

Мне конец.

Так, блядь, конец.

ГЛАВА 1

3

— Сучка, должно быть, сняла охранника, — объявил Соло, втаскивая меня в центр логова, прежде чем швырнуть к ногам Фабио. — У нее был пистолет.

— О боже, — заметил Фабио, обращая все свое внимание на меня. — Какая маленькая смутьянка ты стала, маленькая Эштон.

Моя кожа покрылась мурашками, когда его мертвые глаза скользнули по моему телу. Я ненавидела, когда этот человек смотрел на меня, но я знала, что лучше не открывать рот.

Он не был Триггером.

С этим человеком нельзя было препираться.

Нельзя было препираться ни с одним из этих мужчин без обещания сурового наказания.

— Опять эта сучка, — хрюкнул Егор, не замедляя темпа, продолжая анально осквернять бедную подвешенную девушку.

Задыхаясь, он перевел свой злобный взгляд на меня.

— Извини, что пропустил твою вечеринку в честь дня рождения, детка-шлюха, — усмехнулся он, входя в девушку особенно сильно. — Мог бы быть другой исход, если бы мы с Антоном были в городе на твоем посвящении.

Фабио усмехнулся.

— Это было бы интересное состязание.

Я содрогнулась в отвращении.

— Помоги мне, — закричала девушка, глядя на меня так, будто я могла ее спасти. — Пожалуйста...

Ее слова превратились в резкий крик, когда Фабио грубо дернул за ее поводок, душа ее собственным ошейником.

— Работайте усерднее, мальчики, — сказал он своим сыновьям. — У нее не должно быть воздуха в легких, чтобы кричать. Нам нужно сломать ее. Заставь ее разум соскользнуть.

Девушка заплакала сильнее, и я опустила голову, взгляд прикован к коленям в чистом ужасе.

— Посмотри на меня, — приказал Фабио.

Без тени колебания я резко подняла голову, заставляя себя встретиться с ним взглядом. Я не смела не подчиниться. У меня не было иллюзий насчет того, кто диктует условия в моей жизни.

Триггер, может, и избрал меня на моем посвящении, но Фабио владел нами обоими. Он владел каждым бьющимся сердцем в этой комнате, и он знал, что я это знаю.

— Ты нарушила основные правила дома, маленькая Эштон, — сказал он мне тошнотворно мягким тоном, который звучал для моих ушей как скрежет ногтей по стеклу. — Покинула мой дом без разрешения, дом, который я предоставил тебе, когда ты была сиротой-шлюхой без отца, который мог бы защитить тебя, или родившей тебя шлюхи, которая могла бы любить тебя. Дом, где тебя кормили и одевали, обучали и не причиняли вреда. Дом, где я позволял тебе свободно бродить без цепей и ограничений. Тебе было дано больше доступа и свободы, чем любой другой шлюхе, и все же ты швырнула мою добрую волю мне в лицо, намеренно нарушив мои правила. — он мягко цокнул языком и потер подбородок. — Какой неблагодарной ты оказалась. — его глаза танцевали от злобы. — Я очень разочарован в тебе.

Дрожа с головы до ног, я глубоко сглотнула и прошептала:

— Простите, сэр.

— Я не терплю непослушания у шлюх, живущих под моей крышей. Это было очень четко объяснено тебе в день твоего прибытия сюда.

— Да, сэр, — выдавила я, пульс участился.

— Тебя следовало бы медленно зарезать за твое непослушание, — продолжал Фабио, сохраняя свой мягкий тон. — По крайней мере, я должен продать тебя или отправить на работу, чтобы возместить часть финансового бремени, которое потребовалось, чтобы вырастить тебя до взрослого возраста.

Холодная капля пота скатилась по моей шее.

Я не смела умолять его о пощаде.

Это только возбудило бы его.

Страх возбуждал его.

Тихо закончив, Антон вышел из девушки, которая теперь была полубессознательной, и быстро привел в порядок одежду, прежде чем выйти из комнаты, ни разу не взглянув в мою сторону.

Драматично вздохнув, Фабио дернул за поводок девушки, задушив ее, прежде чем продолжить:

— Но мой сын не желает тебя отпускать. Хочет он признавать это себе или нет, он все еще очень находится под твоими чарами. — улыбка скользнула по его губам. — Впечатляющее колдовство. Опасное качество, присущее только редчайшим шлюхам.

—Твой сын сучка, — фыркнул Егор.

— Молчи, мальчик, — приказал Фабио.

— Где Триггер? — мне удалось прошептать, молясь всем святым, чтобы он был где-то поблизости.

— Отрабатывает твой долг, — заметил Фабио.

— М-мой д-долг?

— Ты нарушила мои правила, — объяснил он. — Такое предательство не остается безнаказанным и не обходится без высокой цены. Так что твой любимый бастард сейчас усердно работает, чтобы ублажить меня и сохранить тебе жизнь. — Фабио усмехнулся. — Хотя сомневаюсь, что даже его лучших усилий хватит. Не тогда, когда в твоей душе живет дух противоречия, как у твоего отца. — Фабио тихо рассмеялся. — Это приведет к смерти моего сына, пытающегося сохранить тебе жизнь.

—