направлениям: бронетанковые клинья вгрызались в оборону сепаратистов, авиация утюжила позиции ополчения.

Ещё неделю назад у Кома был козырь. Нет, не так — КОЗЫРИЩЕ: ядерная субмарина, уведённая из-под носа у русских. С такой дубиной в руках Ком мог диктовать условия Пхеньяну и поглядывать в сторону Китая с Японией.

А потом грянул тот проклятый взрыв в бухте. Вместе с имперской подлодкой на дно ушёл весь его ударный флот — гордость и сила мятежных провинций превратилась в радиоактивный лом.

Виноват во всём был один человек: Вячеслав Игоревич Барышников, бывший канцлер Российской Империи. Тот самый, кто обещал Кому золотые горы и ядерный щит, а вместо этого утопил его флот в радиоактивной бухте. Ком лично подписал приказ о расстреле русского посланника, но это не вернуло флот и не остановило продвижение правительственных войск.

— Господин, — в дверях вырос начальник личной охраны, капитан Пак. — Поступила информация от береговой охраны…

Ком поднял на него тяжёлые от бессонницы глаза.

— Что там?

— Зафиксировано приближение маломерного судна со стороны нейтральных вод. На борту человек, подходящий под описание Вячеслава Барышникова.

Ком стукнул кружкой об стол. Чай выплеснулся на скатерть.

— Барышников⁈ Здесь⁈ — Ком вскочил с кресла, и его пухлое лицо побагровело. — Этот русский ублюдок смеет являться ко мне после того, что он устроил⁈

— Судно приближается к Вишневому Пляжу. Запрашиваю инструкции.

— Инструкции⁈ — заорал Ком. — Какие тебе ещё нужны инструкции, Пак⁈ Бери лучших людей! Я еду с вами! Я лично пущу пулю в лоб этому предателю! Он ответит за мой флот! Он ответит за всё!

Через пятнадцать минут два чёрных тонированных внедорожника неслись по извилистой прибрежной дороге. Ком потел в кожаное сиденье головной машины и сжимал в ладонях золочёный пистолет Макарова — подарок от какого-то российского генерала из тех времён, когда дела шли хорошо.

Ему нужно было одно: месть. Расстрелять Барышникова прямо на берегу, как бешеную псину, а голову отправить в Пхеньян. Или в Пекин.

Машины затормозили у кромки пляжа — безлюдного, скрытого от чужих глаз скалами. Впереди по серым волнам Японского моря к берегу шла обычная моторная лодка. На носу стоял человек в плаще.

— К бою! — Пак выскочил из машины.

Шестеро телохранителей рассредоточились по пляжу и взяли лодку на прицел. Ком вылез из внедорожника, тяжело ступая по гальке, и навёл золотой пистолет на приближающегося русского.

— Ну давай, подплывай, гнида ты эдакая! — прошипел диктатор. — Я тебе сейчас устрою…

Лодка ткнулась носом в песок. Двигатель заглох.

И тут всё пошло не по плану.

По пляжу пополз шорох. Песок вокруг внедорожников вздыбился, и из-под земли — из заранее выкопанных, замаскированных «лёжек» — выпрыгнули чёрные тени.

— Засада! — крикнул Пак и поднял автомат.

Но нажать на спуск он не успел. Одна из теней оказалась рядом, короткий взмах руки, тупой удар — капитан выронил оружие и рухнул на гальку с перебитой гортанью.

Остальные телохранители не продержались и десяти секунд. Бойцы в матово-чёрных комбинезонах смяли весь корейский спецназ молча — без единого выстрела. Это были «Тени» — личная гвардия Барышникова из Тайной Канцелярии.

Ком даже не понял, как это случилось. Только что его окружали верные охранники, а в следующий миг чужая рука вывернула ему запястье — золотой пистолет упал в песок. Вторая рука сдавила шею, и Ком рухнул коленями в мокрую гальку.

Лодка качнулась, и на берег вальяжно сошёл Вячеслав Игоревич Барышников.

Выглядел он теперь иначе — измотанный и злой, в чёрном плаще поверх строгого костюма — но в глазах горел тот же огонёк, который когда-то опустошал министерские кабинеты на Дворцовой.

Барышников не торопясь подошёл к коленопреклонённому диктатору.

— Ты… — прохрипел Ком и дёрнулся в захвате. — Ты меня обманул, гад! Ты уничтожил мой флот! Мою армию!

Барышников остановился в двух шагах и брезгливо поморщился.

— Следи за базаром, жирдяй. Твои слова меня утомляют.

— Да я убью тебя! — взвизгнул Ком, и слюна полетела ему на подбородок. — Мои люди найдут тебя и…

Барышников вздохнул, наклонился и врезал Кому по лицу тыльной стороной ладони. На пухлой щеке остался красный след от перстня.

— Заткнись, — Барышников вытер руку о плащ. — Я могу тебя убить прямо сейчас одним кивком. Но пока ты мне нужен.

Он выпрямился и посмотрел на море.

— Знаешь, в чём твоя проблема, Ком? Ты мыслишь мелко. Ты думал, подводная лодка сделает тебя королём? Ты идиот. Лодка была средством. И да, там вышла накладка. Вмешался один… не в меру активный молодой человек. Но это не значит, что игра окончена.

Барышников подошёл к самой воде и указал на горизонт.

— Посмотри туда.

Ком натужно повернул голову. Сначала он увидел только серый туман над морем, но потом сквозь него начали один за другим проступать силуэты.

К берегу шла армада, только не военная.

Ржавые сухогрузы, потрёпанные штормами контейнеровозы, пузатые танкеры с облупившейся краской — флот, собранный со всех мировых свалок. Шли строем, тяжело резали волны.

— Что это? — Ком захлопал глазами. — Мусорщики?

Барышников рассмеялся, но без особого веселья.

— Это, мой дорогой друг, мои сбережения. Думал, если меня попрут из Петербурга и выкинут из Приморья, я останусь ни с чем? Я готовился к этому дню двадцать лет. Бабки давно выведены, отмыты и вложены в правильные ресурсы. Ни копейки они у меня не отняли.

Корабли встали на рейде, не доходя до мелководья. С палуб с шумом и плеском начали спускать на воду сотни лодок, среди которых были надувные «Зодиаки» и деревянные баркасы. И все были набиты людьми.

— И что это за сброд? — спросил Ком и прищурился на приближающийся флот.

На берег высаживались сотни и тысячи здоровенных чернокожих мужчин в разномастной одежде, со старыми Калашниковыми, мачете и гранатомётами в руках. Они прыгали в ледяную воду, тащили лодки на песок и сбивались в неровные шеренги.

— Знакомься, — Барышников развёл руками. — Наша новая армия — сомалийские братья.

— Сомалийские пираты⁈ — пролепетал Ком и уставился на берег. — Ты привёз в Корё пиратов⁈

— Какие пираты, Ком. Наёмники. Отчаянные парни, которым нечего терять и которые за хорошую плату готовы вырезать полконтинента. Я скупил их целыми кланами. И теперь у меня своя армия, — Барышников повернулся к Кому и оскалился. — Мы захватим Корё. Раздавим правительственные войска и подавим бунты.