воскликнул Стаблис и поднялся. На этот раз он надел коричневые сапоги до колен, темно-зеленые брюки, белую рубашку без воротника и удлиненную бежевую кожаную куртку. Больше всего он напоминал охотника, только ружья за плечом не хватало и верной собаки на поводке. Серебристая трость болталась на поясе в специальном креплении. – Рад видеть вас на финале юбилейного кулинарного турнира. По традиции я должен продемонстрировать вам приз. Вот тот самый амулет наложения иллюзий.

Он запустил руку в шкатулку и извлек висящую на цепочке подвеску в форме серебристого грифона, украшенного россыпью драгоценных камней. Мне вдруг почудилось, что глаза зверя вспыхнули, один – синим цветом, а другой – фиолетовым. Я зажмурилась и снова взглянула на подвеску. Грифон покачивался на цепочке без всяких вспышек. Чудеса.

– Но чтобы определить самого достойного обладателя моего сокровища, вам предстоит пройти последнее испытание, – продолжал герцог. – Сегодня каждый из вас будет готовить вслепую. Участие в парах не допускается. Победитель будет только один.

Неожиданная новость заставила меня ахнуть и уставиться на Мориса. Напарник сжимал ладони в кулаки и стоял в напряженной позе с широко расставленными ногами и низко опущенным подбородком. Его измененное гримом лицо смертельно побледнело, глаза вспыхнули опасной желтизной. Создавалось впечатление, что он готов в любую секунду сорваться с места и растерзать герцога голыми руками. Вернее, клыками и когтями. От него так сильно веяло животной жаждой крови, что у меня внутри все переворачивалось от страха.

– Довольно! – рявкнул Жозеф. – Тебе конец, исчадье бездны!

Его охватило ослепительно-белое сияние, и я на мгновение прикрыла глаза, стараясь избежать чересчур яркого света.

Аурелия выставила перед собой ладони и крикнула:

– Открой проход лесным братьям!

С кончиков ее изящных пальцев сорвался неукротимый поток пыльцы. Золотистые искры быстро сформировали плотную завесу, напоминавшую по форме дверь, и сквозь нее на поляну повалили светловолосые мужчины в темных латах и с обнаженными клинками в руках. Среди них я с удивлением заметила Натана. Вместо меча он держал перед собой огромный лук.

Герцог швырнул амулет обратно в шкатулку, захлопнул крышку и принялся аплодировать.

– Браво, господин Жозеф, госпожа Аурелия! Я так долго ждал, пока вы наконец решитесь раскрыть истинную причину вашего присутствия в замке, и вот вы показали себя во всей красе. Что ж, я всегда рад гостям, даже если никого не звал.

С этими словами он сорвал с пояса трость и с невероятной скоростью завертел ею над головой. Светловолосые воины выстроились полукругом, Жозеф и Натан заняли места по краям, и все разом двинулись к возвышению. Аурелия продолжала вливать искры в мерцающую золотом дверь. На тонких губах герцога играла шальная улыбка, разноцветные глаза светились потусторонним сиянием, голубоватый туман клубился у его ног.

– Что происходит? – пролепетала я, в растерянности посмотрев на Мориса.

Напарник с сосредоточенным видом озирался по сторонам, явно не собираясь участвовать в событиях.

– Лесное братство пожаловало, – процедил он, хватая меня за руку. – Пора сматываться, пока дело не дошло и до нас.

Морис потащил меня через поляну к задней части возвышения, обходя по широкой дуге готовящихся к битве воинов. Я старалась от него не отставать, рассудив, что ему явно виднее, что делать в такой ситуации.

Воины призвали на ладони лучи и ударили в герцога. Дымка взметнулась и укрыла Стаблиса от атаки, развеяв смертоносный посыл. Герцог взмахнул тростью, указал на противников, и призрачные синеватые стрелы градом посыпались на лесных братьев.

Морис добежал до возвышения. Густой туман закрывал обзор плотной завесой. Фигура герцога с трудом угадывалась в клубах дымки. Повсюду мелькали лучи и призрачные стрелы. Напарник отпустил мою ладонь, метнулся в сторону постамента и исчез в тумане. Я задрожала от ужаса, понятия не имея, что делать. Но через мгновение Морис уже спрыгнул на землю, держа шкатулку в руках, и скомандовал:

– Бежим! Нужно успеть преодолеть охранную стену и выбраться из замка до того, как эльфы заметят пропажу.

– А им нужен амулет?

Морис помчался к сияющему куполу, волоча меня за собой.

– Конечно, – на бегу отозвался он. – Вся заваруха из-за него. Эльфы хотят убить герцога, надеть его личину и покончить с королем.

От услышанного у меня болезненно сжалось сердце. Неужели Итьен умрет? Нет, этого не случится. Он же сам говорил, что служит духам, и только они решают, когда придет его час. Значит, он сумеет одолеть врагов.

Мы подлетели к сферическому барьеру, коснулись мерцающей преграды ладонями и тут же очутились в парке. Звуки боя мгновенно стихли. Капли моросящего дождя упали на лицо, ветер растрепал волосы. Кругом стояла обычная картина пасмурного летнего дня. Казалось, вот-вот выглянет из-за туч солнце, и снова все будет по-прежнему.

Морис перехватил шкатулку удобнее, стиснул мою ладонь и велел:

– Не зевай. До крепостной стены еще далеко.

Он понесся через кусты, избегая широких дорожек. Я старалась не отставать, но вскоре выбилась из сил и начала задыхаться. Морис остановился и с досадой покосился в мою сторону.

– Прости, я не могу за тобой угнаться, – выговорила я, опираясь на колени руками и пытаясь восстановить дыхание.

Нас скрывали заросли высоких деревьев. Полусфера осталась далеко позади, но Морис все равно остро реагировал на малейший шорох, нервно передергивая широкими плечами.

– Амулет у тебя, мы справились. Давай перенесемся в механический мир и там спрячемся от погони. Вряд ли эльфы смогут за нами последовать. Мы могли бы остановиться в моей квартире. Я…

– Олия, прекрати! – Морис перебил меня с таким суровым видом, словно был моим начальником, а я его бестолковой подчиненной, предлагающей несусветную чушь во время важного совещания. – Нам нужно спешить, потерпи немного, скоро стена. Перелезем через нее, и там нас уже не достанут.

Сердце кольнуло нехорошее предчувствие. Я посмотрела Морису в глаза и спросила:

– Ты не можешь перенести нас в мой мир?

Он отвернулся и уставился на кроны деревьев. На его щеках играли желваки, выдавая волнение и злость. Мускулистая грудь часто вздымалась. Ноздри трепетали, жадно втягивая воздух.

– Олииия, сейчас не время! – прорычал он, сквозь сцепленные зубы. – Нужно убираться отсюда! Как ты не поймешь?!

Меня охватило отчаяние, в горле образовался комок, глаза защипало от слез.

– Немедленно отвечай! – заорала я, срывая голос. – Ты можешь меня отправить домой?!

Он уставился на меня звериными глазами и выплюнул:

– Нет! Довольна?! Я не могу тебя перенести, и никогда не мог. Я