косвенная улика. Это вообще была не улика, а притянутая за уши настороженность. Зачем ему вдруг понадобилось знать о силе нового хёвдинга именно заранее? И таких фраз было несколько.

Когда я сидела там, на балконе, и слушала разговоры после отмены помолвки, этот тип бросил небрежно:

— При упоминании нового туманохода Речного Водоворота теперь все разбойники будут разбегаться. Настанут спокойные дни! Можно будет добраться от меня до замка Брейдаблик, ничего не опасаясь.

Ну вот вроде бы обычная фраза. Что в ней такого? Но я хорошо помнила, как разбойники улепетывали от моего мужа под стенами города. Мы же так и не нашли, кто их нанял, обманул и не сказал, на кого они будут нападать. И откуда, спрашивается, этот тип об этом знал? Хотя фраза может быть и вполне невинной. Согласна. Это тоже никакая не улика.

Этот тип был красавчиком. Младше Дара, он был по возрасту скорее ближе ко мне нынешней. Я бы дала ему лет двадцать пять. Правильные черты лица, высокий рост и довольно развитая мускулатура. Холеная небольшая бородка и длинные светлые волосы. Он их, как мне показалось, даже чем-то покрывал, а иначе почему они лежали волосок к волоску? В целом он был, безусловно, красив. Но было в нем и что-то отталкивающее, скользкое. Он мне того угря напоминал, которого нужно в вино бросить, потом прибить и пить из него настой. Бр-р-р.

Он принимал тогда участие в турнире, но выбыл довольно быстро. При этом так стонал, как будто дрался против всех рыцарей сразу. Как будто они навалились на него все скопом и отпинали бедного. Кстати, мой Дар был весь в синяках после того, как с него сняли доспехи. У этого типа даже ноготь наверняка не сломался.

Но и это все равно было не главным. Главным были все же взгляды. Да, именно они меня насторожили больше всего. И не взгляды вот этого типчика. Этого недорыцаря. Нет.

Его взгляды, по большей части, были полны непонятного превосходства, бахвальства и любования собой, любимым. Я понимаю, что все это присуще большинству рыцарей. Дар вон тоже почем зря хвастался. Только Дар и дрался, и победил в турнире. Ему по праву можно было этим гордиться. И от Дара разбежались тогда разбойники. От этого типа разбойники бы не убежали. Более того. Он бы не задумываясь отдал им свою даму сердца, лишь бы они его волосы не взлохматили.

Меня насторожили взгляды, которые на него кидала женщина. Женщина, что сейчас висла на нем и тащила за собой куда-то по коридору. И увы. Этой женщиной была не служанка.

Этой женщиной была Векта Вотан Одинсон. Старшая сестра моего благоверного.

В моем мире одна из главных проблем каждой уважающей себя женщины — это найти себе мужчину, который будет мужиком больше, чем она сама. Так вот, Векта, на мой взгляд, выбрала себе настоящую «принцессу». Что-то мне подсказывало, что в этой парочке именно она была «мужиком» и главным идейным вдохновителем.

Это как спросить: «Какие рыцари тебе нравятся? Умные или сильные?». И ответ будет: «Ни те, ни другие. Мне дорог лишь ты». Потому что я бы не назвала этого павлина ни умным, ни сильным. Но, безусловно, красивым. Наверное, он был даже красивее Дара. Хотя нет, скорее смазливее.

Векта тогда прикладывала на турнире платочек к глазам, когда этого типа уносили с ристалища. Она не спускала с него глаз каждый раз, когда он находился рядом. Она буквально пожирала его глазами. Непонятно, почему никто, кроме меня, этого не заметил.

Я ничего не имею против разницы в возрасте. И ничего не имею против, когда старше женщина. В моем мире было множество примеров, когда подобные союзы приносили годы счастья обоим супругам. Но все же я могу одобрить подобное только в том случае, если мужчина и в самом деле влюблен. По-настоящему души не чает в своей партнерше. А не пользуется ею.

Сейчас мы наблюдали именно это. Этот тип не любил сестру Дара. Он ею пользовался. Я отчетливо это видела. По тому, как он смотрел на нее, как одергивал и как позволял собой любоваться.

А еще я понимала, что браки знати тут сплошь и рядом были договорные. И возраст Векты, по большому счету, значения не имел. Важными были знатность рода и размер приданого. И вот тут начинались проблемы. У Векты приданое было. И не маленькое, но вот земли за ней не давали. Покойный Сэминг Вотан Одинсон с землей расставался очень неохотно. И тот луг, что он в итоге все же разрешил отдать Дару за расторгнутую помолвку, был очень ценным откупом.

Да и денег у Векты было не так много. Один раз она уже почти вышла замуж. И ее жениху было выплачено ее приданое. Но увы. Его убили в какой-то стычке, а приданое вернуть назад не удалось. Часть денег успели потратить. Собственно, их и выделили на то, чтобы жениху было куда привести жену, его родовой замок разваливался и требовал ремонта. Семья ее покойного жениха была небогата. Векта собиралась замуж по большой любви. И я лично ничего против не имела. Все хотят любви и стремятся к ней, но все зависит от способа, которым ты пользуешься, чтобы идти к ней.

Но даже на ту часть приданого, что удалось вернуть и ту, что повторно выделил ей отец, нашлось достаточно желающих. Но тут уже начала чудить Векта и всем отказывала, несмотря на уговоры отца. После гибели жениха она долго переживала потерю, говорили даже, что она собиралась в монастырь…

И вот эта скромница и тихоня сейчас жарко умоляла:

— Любимый, идем! Пожалуйста, — и тянула куда-то этого Хёда.

— Векта! Это неразумно! Я приехал принести вассальную клятву! Вдруг твои братья где-то рядом? — и голос у него какой-то истеричный.

Туча за моей спиной очень сильно потемнела и обволокла меня со всех сторон, как бы обнимая. Я понимала, что Дару видеть Векту с этим типом было очень неприятно. И это еще мягко сказано. Я развела руки в стороны, не пуская Дара вперед и давая понять, что рано вмешиваться.

— Дар! — прошипела я. — Я тебя просила не лезть вперед. Не вытаскивать меч и не орать «Убью!» Потерпи, пожалуйста!

Мы стояли в соседнем замковом коридоре, но эти двое голубков были так увлечены препирательствами и друг другом, что вообще ничего не замечали. Но с другой стороны, гости все разъехались, а Дар сказал, что мы вернемся