говорить с людьми. После того как договор провалился более десяти лет назад, и учитывая войну между нашими мирами, я знал, что это риск. Но мне нужно было найти ее — увидеть ее. Поэтому я попросил Маркуса найти мне старую карту нашего мира. — Талия почувствовала внезапный укол предательства от своего друга из дома. — И я искал порты Вампиров. Я сел на лодку, зная, что, несмотря на бурные воды, я смогу ориентироваться на них, в отличие от попыток пройти через лес. Я высадился в маленьком городке недалеко от Иренбиса.

— Вампиры имели дело с другими людьми с незапамятных времен. Только с Агрипой они разорвали все связи, так что мое появление на их берегах не было большим сюрпризом. Мне удалось пробраться в Дом Лоренция. Сибил уже служила в совете принца, как Камилла и Киган. Именно тогда я узнал о первых слухах об укушенных, о море, который угрожал миру Вампиров. Я ушел с обещанием попытаться выяснить, согласится ли Агрипа помочь им. Но когда я отправился домой, я наткнулся на бродячего Вампира.

Талия сглотнула, наблюдая, как глаза Кассия меняются.

— У того Вампира не было самоконтроля, как следовало. Он был еще молод. Он учуял мою кровь, и я ничего не мог сделать, чтобы остановить его, прежде чем он укусил меня.

— Как я не узнала, что ты собираешься найти ее? — прошептала Талия.

— Это было как раз тогда, когда начали появляться Пугала. Твоя мать часто отправляла меня, чтобы попытаться выяснить, что происходит. — Примерно в то же время Талия приняла предложение о браке, которое должно было спасти ее мир. Растущие нападения Вампиров подтолкнули ее наконец принять договор человека-принца.

— Ты солгал мне?

— Что бы ты сделала, если бы знала? — мягко сказал Кассий.

Талия отвернулась, внезапно испытывая стыд, понимая, что она бы отказалась позволить ему найти свою сестру. Потому что в конечном счете Сибил была Вампиром.

— Дамиан нашел меня, прямо на границе Ваккариума. Я умолял его остановить боль, поэтому он позволил мне подпитаться. Затем он отвел меня обратно в совет принца, где я и остался с тех пор.

Все вставало на свои места. Причина, по которой Кассий был так настроен помогать Вампирам, — не только потому, что он теперь был одним из них, но и из-за его сестры.

— Что было после? — спросила Талия.

Кассий сделал дрожащий вдох.

— Я оправился от укуса, и я.… я вернулся в Агрипу. Чтобы найти тебя. — Он встретил ее взгляд. — Когда я наконец добрался до замка, я узнал, что Принц Дариус планировал напасть на Агрипу — захватить ее силой любыми необходимыми средствами, чтобы получить лучший плацдарм для нападения на Вампиров в Ваккариуме.

— Поэтому ты убил его? — Талия почувствовала, как из нее вышибло дыхание.

— Да, — выдавил Кассий. — Я не мог… я не мог позволить ему жить. Зная, что у него были планы убить тебя и твою мать.

Мир Талии пошатнулся, правда обнажилась ярче солнца, сияющего над темной бухтой. Вина закружилась в животе Талии, когда Кассий продолжил.

— После того как я вернулся, я официально присоединился к совету принца. Слухи о существе распространялись, как и об укушенных, которые начали оставлять Пугала в Агрипе. Нам нужно было искать лекарство и пытаться остановить укушенных. Я потратил три с половиной года на это.

— А Сибил? Что с ней случилось? — Талия встретила его взгляд.

Мышца на челюсти Кассия дернулась.

— Шесть месяцев назад появился слух, что существо было ранено в лесу. Мы с Киганом были заняты делами с Магами в Лорциуме, но Сибил узнала и взяла на себя инициативу попытаться остановить его. Ее укусили.

Талия вдохнула, и Кассий откинулся на спинку стула.

— Я.… я не мог этого сделать. Я не мог убить ее, когда нашел. Она еще не сошла с ума, но яд в ее крови распространялся. Мы — Киган, Камилла и я — привезли ее сюда. Закляли место, чтобы никто не забрел внутрь, но и чтобы она не могла сбежать.

— Это место действительно одно из поместий принца? — спросила Талия.

Кассий кивнул.

— Да. Он отдал его своему совету. Я не лгал об этом. Камилла и Сибил чаще всего оставались здесь. Это была ее комната.

Сердце Талии сжалось, когда она огляделась. Мягкий декор был полной противоположностью обезумевшей Вампирше, которая укусила ее.

— Где она сейчас?

Кассий сглотнул. Сильно.

— С ней разобрались.

Талия дернулась.

— Ты убил ее?

Кассий отвернулся, его глаза наполнились слишком многими эмоциями, чтобы их можно было назвать.

— Нет. Но я попросил Кигана лишить ее крови. Теперь она в коматозном состоянии.

Что означало, что она была почти мертва. Сибил вышла бы из своего подвешенного состояния, только если бы выкачала кровь другого. Тогда порочный круг продолжился бы…

— Зачем ты это сделал? — ахнула Талия. — Зачем ты…

— Потому что я не могу вынести мысли, что ты пострадала, — огрызнулся Кассий. Его глаза светились, когда он вцепился в подлокотники кресла, его лицо слегка исказилось. — Потому что меня тошнит, блядь, от мысли, что я почти потерял тебя прошлой ночью. Осознание того, что это была моя собственная ошибка — мое собственное глупое, эгоистичное желание оставить Сибил в живых в надежде найти лекарство, — позволило тебе оказаться на пути опасности. Я ничем не лучше Джулиана. Не лучше любого другого Вампира, пытающегося сохранить жизнь своим близким хоть ненадолго.

Талия сглотнула, пока грудь Кассия вздымалась и опускалась, его гнев на самого себя разливался по его чертам, как рубцы на мишени для дротиков.

Она встала, ее ноги прошагали по полу, пока она не оказалась перед ним. Кассий посмотрел на нее, его глаза сияли таким глубоким сожалением и опустошением, что это заставило ее собственное сердце разбиться.

— Ты не Джулиан, — сказала она. Его лицо исказилось, но она положила руку на его щеку, чувствуя жесткую щетину под ладонью. — И ты не похож на других Вампиров. Ты убрал ее подальше, когда узнал, что она укушена. Ты сделал так, чтобы никто не наткнулся на нее и чтобы она не вышла и не причинила вреда. Ты не просто оставил ее там, где кто угодно мог ее найти.

Кадык Кассия дернулся, его глаза блестели.

— Но она все равно нашла тебя.

Талия взяла его лицо в свои руки. Она двинулась, оказавшись у него на коленях. Кассий ничего не сказал, но его руки немедленно нашли изгиб ее талии, крепко сжимая.

— Я была глупа, — прошептала Талия, проводя большим пальцем по его острой скуле. — Я услышала ее крики о помощи и