застонала, ее пальцы вцепились в простыни, когда язык Кассия скользнул между складок ее лона.

Он подвинул ее ноги, положив их себе на плечи, и Талия тяжело дышала, его язык погружался в нее с таким же рвением, как и его пальцы.

Она едва могла думать от ощущения его между ног. Его язык поклонялся ее лону, пока оно не заныло и не запульсировало. Одна ее рука запуталась в его волосах, прижимая его лицо к себе.

— Касс, — выдавила Талия, ее удовольствие нарастало.

Затем его пальцы скользнули внутрь, как раз когда он зажал ее клитор между зубами.

Талия закричала, когда кончила, его язык выгнал последние остатки боли, сотрясавшей ее тело.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем волны замедлились, и его пальцы выскользнули.

Талия обмякла на матрасе, боль исчезала, как вода с берега.

Кассий прижался губами к мягкой внутренней стороне ее бедра.

— Касс? — пробормотала она. Ее веки уже тяжелели, усталость выматывала ее так же тщательно, как и его язык.

— Да?

Но что бы она ни собиралась сказать, не вышло. Не тогда, когда усталость унесла ее в своем течении, его имя все еще застыло на ее губах.

Глава 32

Талия глубоко вздохнула, ее ресницы дрогнули и распахнулись.

Она моргнула, вглядываясь в сероватый рассвет, просачивающийся в комнату. За окном щебетали птицы. Неужели все это было сном?

Талия пошевелилась и резко вдохнула. Тупая боль в шее говорила об обратном, как и приятное томление между бедер. Она перевернулась, и ее сердце сжалось.

Кассий сидел в одном из кресел в комнате, подперев голову кулаком. Его грудь глубоко вздымалась и опускалась, хотя его брови все еще были нахмурены, даже во сне.

Вид заставил горло сжаться.

Словно она слишком громко сглотнула, его глаза распахнулись, и он сел, внезапно настороженный. Затем его взгляд остановился на ней.

Они смотрели друг на друга мгновение. Какая-то нить натянулась между ними, становясь тугой. Талия снова сглотнула, быстро моргая. Она приподнялась до сидячего положения и застонала.

Кассий тут же оказался рядом, подкладывая подушку ей за спину.

— Легче, — сказал он мягким голосом. — Твоему телу нужен отдых.

Талия смотрела на него, пока он заканчивал поправлять подушки, затем отступил. Она не знала, что сказать, как себя вести.

Кассий смотрел на нее с осторожным выражением. Наконец он сказал:

— Ты помнишь прошлую ночь?

Хотя боль затуманила ее память, она все равно вспоминала острую муку от укуса Вампира, а затем агонию, пронзавшую ее горящее тело, пока Кассий не предложил другое решение. От которого томление между бедер пульсировало.

— Да.

Лицо Кассия было осторожным, но он откинулся обратно в кресло, наблюдая.

— Я хочу извиниться.

Талия в шоке подняла голову.

— За что?

Кассий провел рукой по челюсти.

— За то, что мне пришлось сделать.

Слишком много эмоций клокотало в животе Талии.

— Ты сделал то, что должен был, чтобы спасти мне жизнь. Тебе не нужно извиняться за это.

— Я знаю, но… — Кассий оборвал себя, его глаза внезапно наполнились сожалением и виной. — Но этого не должно было случиться вовсе.

Сердце Талии упало, и она внезапно не была уверена, почему его настойчивость в том, что он не должен был быть с ней близок, заставила ее желудок переворачиваться.

— Что ж, теперь все сделано.

Она свесила ноги на пол, морщась от боли в каждой части тела. Было ощущение, будто ее многократно переехала карета, а затем для верности сбросили с откоса.

Она проковыляла в ванную комнату, резко вздохнув, когда попыталась нагнуться, чтобы включить воду.

Рука появилась и включила воду за нее. Она не комментировала, когда Кассий добавил в ванну на львиных лапах несколько видов мыла и масел. Словно его вина толкала его на это. Талия стиснула зубы, игнорируя боль в челюсти.

— Тебе не обязательно это делать, — выдавила она, когда он зашел так далеко, что положил дополнительное мыло на край окна.

Он повернулся к ней, его глаза все еще угасали.

— Талия…

— Это какой-то праведный поступок, чтобы тебе стало легче от того, что ты трахал меня ртом и пальцами? Это должно…

— Я причина, по которой тот Вампир укусил тебя! — Резкие слова Кассия остановили ее.

— Что?

Кассий выключил воду в ванне, провел дрожащей рукой по волосам.

— Ты правда думаешь, что то, что я сделал прошлой ночью, — причина моей вины? Сибил — она… она здесь из-за меня.

Сибил. Имя прозвенело в затуманенной памяти Талии. Кассий сказал что-то о том, что она превратится в одну из них из-за этого…

Талия резко вдохнула, образ пенящегося рта Сибил мелькнул перед глазами.

— Ты укрываешь укушенную.

Кассий поднял на нее опустошенный взгляд. Талия отступила на шаг, ее тело дрожало, когда образ Сибил мелькнул в ее сознании. Ощущение того, как ее клыки вонзились в ее плоть, когда она пила из нее.

— Позволь мне объяснить… — Кассий потянулся к ней, но Талия продолжала отступать. Ее сердце колотилось в горле, когда она отступила в спальню.

— Ты… ты допустил это… — Пальцы Талии дрожали. — Ты сказал, что их нужно убивать…

— Она моя сестра.

Талия замерла.

— Что?

Кассий выглядел так, будто вырвал собственное сердце, когда прохрипел:

— Моя сводная сестра. Я не знал о ее существовании, пока не обратился.

Колени Талии ударились об изножье кровати. Она не осознавала, как далеко отступила, пока не опустилась на матрас.

— Твоя сестра? Как?

— Мой отец, — запнулся Кассий. — Ты знаешь, каким он был. Я не знаю, как или даже когда это случилось, но он встретил Вампира. Я узнал только потому, что Сибил прислала мне письмо.

Талия уставилась на него в шоке.

— Откуда она вообще знала о тебе?

— Ее мать была в фаворе7 у принца. Мать Сибил сначала не была леди, но принц в конце концов принял ее в свой совет — принял Сибил. Ее мать укусили и убили. Именно тогда принц рассказал ей о ее человеческом отце и.… обо мне.

Талия провела рукой по лицу, не в силах представить, что должен был чувствовать Кассий, когда читал то письмо. Потому что людей всегда учили бояться монстров с севера. И узнать, что один из них — его собственная кровь?

— Я отправился искать ее четыре года назад. — Слова Кассия прервали ее мысли.

Она резко вдохнула. Четыре года назад…

— Что случилось? — наконец спросила она. Вопрос, которого она так долго избегала, наконец нужно было вывести на свет.

Кассий опустился в одно из кресел, его плечи отяжелели.

— До меня дошли слухи, что есть несколько Вампиров, которые готовы