к мерному сопению подруги и размышляла о возможных виновниках кражи, пока ее сердце снова не забилось как сумасшедшее: спящее поместье взорвал душераздирающий вопль.

Глава 12

– Блин, Лори, выруби теле… ой.

Ханна подскочила на кровати, а Лора включила висящий на стене ночник.

– Я и забыла, где мы. Что это было? Правда призрак? Правда? – Ханна почувствовала, как кровь отлила от щек, а к горлу подступила тошнота. Слишком много халапеньо было в соусе для пасты, а страх усилил это ощущение. – Забираю свои слова обратно. Забираю…

– Перестань, Хан. Призраков не существует, – только и успела ответить Лора, когда крик повторился. Это был мужской голос, и тот, кому он принадлежал, вне сомнений, выл от боли. – Это может быть Лахлан Колт. Сначала я полагала, что его определили в специальное учреждение, но Энн говорила, что занимается им сама. Значит, это он.

– Какой ужас! Ты права, это наверняка он. Каково должно быть Энн? И их дочери… Я всегда удивлялась таким сильным духом людям. Мне кажется, я бы так не смогла. Посвятить себя, свою жизнь заботе о муже. Она еще отлично держится! Никогда не осуждала людей, которые отдают близких в дома престарелых, например если не могут с ними справиться. Это же колоссальный труд! Но Энн достойна восхищения. Да, у них есть деньги, но все равно. Кстати, ты заметила, что у нее ОКР[15]? Явно на фоне всех этих переживаний.

Несколько минут девушки просидели в молчании. Лоре стало жаль Энн еще больше: ситуация с кражей пряжи могла показаться абсурдной, если не знать размера убытка. А вот болезнь мужа способна подкосить кого угодно и даже привести к психическим отклонениям.

Вскоре Лоре пришло очередное сообщение от Энн: «Прошу прощения у вас и у мисс Уитмор. У мужа случаются ночные припадки, мы не хотели вас пугать. Еще раз извините».

Экраны телефонов показывали два часа ночи, поэтому подруги предприняли очередную попытку уснуть. У Ханны с этим проблем не возникло, а вот Лора сумела задремать лишь через пару часов.

В восемь утра гостей позвали завтракать. Стол не ломился от изысков, но традиционно в изобилии были различные мясные закуски: бекон, колбаски лорн и паштеты. Конечно, присутствовала и неизменная яичница, поджаренные тосты, бобы и шотландские картофельные лепешки.

Единственным, что чуть подпортило впечатление, была удивительная молчаливость Энн. Она будто переосмыслила сказанное вчера и всю ночь жалела о том, что наговорила слишком много. «Наверное, просто устала», – сделала вывод Лора, вспомнив крики Лахлана. Энн за них больше не извинялась.

– Мы сегодня обзвоним ваших коллег по сообществу, попробуем до кого-нибудь добраться. Может быть, нам повезет что-то узнать.

Слова Лоры дошли до Энн не сразу, хозяйка подняла взгляд с тарелки на гостей после тщательных раздумий.

– Да-да, спасибо. Очень на это надеюсь, – ответила она отстраненно.

Дозвониться до директоров фабрик оказалось не так легко. Обычному человеку сразу бы пришло в голову, что никто не будет связывать звонящего с начальством. Но Лора и Ханна были упрямы, как ребенок, заприметивший в магазине «Хэмлис» игрушку мечты, и уверены в том, что один из звонков приведет их к цели. Секретари даже предлагали записать Лору на прием в новом году!

Лоре приходилось вести переговоры с государством и частными компаниями для организации мероприятий в библиотеках, поэтому, вспомнив этот опыт, она пустила в ход козыри.

– Я работаю на Энн Колт. Хотела обсудить с вами сотрудничество в рамках ремесленного сообщества. Звоню по списку, который она мне предоставила. Не будете ли вы так любезны передать мистеру Эштону просьбу перезвонить мне на этот номер?

Двое действительно перезвонили, а на третьей фабрике, сыроварне Фрейзер, согласились сразу же. Этот номер оказался номером директора, по совместительству сыровара, маркетолога и весельчака, отпустившего парочку странных шуток о том, что Колты на ярмарке заработали явно меньше, чем стоил их павильон. Он почему-то сразу понял, что Энн не собирается ни с кем сотрудничать, но был рад принять ее подчиненных «да хоть сейчас», чтобы поскорее узнать, кто они такие на самом деле.

Первыми перезвонили с мебельной фабрики «Вудмилл» – секретарь передал, что хозяева готовы переговорить с Лорой после обеда. А вот заикающийся помощник Синклеров, которым принадлежала одноименная фабрика по производству керамических изделий, позвонил уже к вечеру и сообщил, что они могут уделить Лоре полчаса прямо сейчас, послезавтра или после праздников. Синклеры были огорчены, что Энн не позвонила им сама.

– Неужели они готовы принять нас так быстро? – недоумевала Ханна, застегивая парку в холле первого этажа. – Хорошо, что не все четырнадцать…

– Думаю, остальным просто не передали информацию о вас. Мы не привыкли звонить через помощников, секретарей, решаем все дела напрямую. Но у меня целый ворох забот, я не могу обзванивать коллег и просить их принять детектива. Ну и сами понимаете, как это будет выглядеть. Будто я их подозреваю. Не удивляйтесь такой реакции, мисс Уитмор. В нашем уставе прописано, что безотлагательные вопросы мы решаем день в день. Если мне сейчас позвонят О’Брайаны, придется немедленно ехать на встречу с ними. Глупые правила, но не я их придумала, поэтому приходится их уважать. Тем более что такое происходит крайне редко, – почти без пауз поясняла Энн, которая возникла в коридоре, точно пройдя сквозь стену.

За ней в холле проявился и арбузный шлейф.

– Ясно… – ответила Ханна, никак не ожидавшая, что их с Лорой разговор будут подслушивать.

Вскоре проводить гостей решил и Гас – у Ханны мгновенно поднялось настроение. Лора предположила, что его хозяйка все же Оливия. Если бы это был пес Лахлана, он бы наверняка не был таким активным, переживал бы за хозяина. Хотя, возможно, прошло уже слишком много времени?

– Я отправлю с вами мистера Сондерса. Сегодня я работаю из дома, Лахлан не очень хорошо себя чувствует. Мистер Сондерс знает каждый уголок Хайленда, можете не переживать.

Лора улыбнулась: было приятно, что не нужно думать о вызове такси. Погода подпортилась, хотя столбик термометра, как и приложение с прогнозом погоды, показывал потепление. Шел мелкий дождь вперемешку с колючими крупинками снега, отчего саднило кожу лица. Поэтому личный транспорт был как нельзя кстати: кто знает, сколько времени пришлось бы ждать такси в такой местности.

Из-за недосыпа у Лоры не вышло насладиться умиротворяющими видами и пасторальной тишиной. До небольшой сыроварни они добрались за двадцать минут, но у парковки собралась небольшая пробка, так что пришлось ждать