а заодно и выцепить Кирнана, – сказала хозяйка и указала на два деревянных стула с подушками.

Тереза была похожа на молодую Джулианну Мур, но со слегка выдающейся вперед челюстью. Ее ладони покрывали царапины и мозоли, а растянутая одежда буквально кричала о том, что Тереза действительно много работает, и работает сама. На вид ей было около тридцати – тридцати пяти, но могло быть и больше. Лора отнесла ее по типажу к тем женщинам, которые с возрастом не стареют, а только хорошеют, как вина дорогого сорта. И нет, дело было не в том, что она рыжая, а значит, имела какие-то ведьминские корни. Вероятно, ей просто повезло с генетикой.

На пару минут Лора расслабилась, поднялась со стула и позволила себе походить по экспозиции, прикоснуться к десяткам различных фактур обработанного дерева – полированному, матовому, рельефному, с мириадами щербинок. Щербинки эти казались Лоре словами, а деревянное полотно – книгами, на страницах которых и пишутся истории. Такую параллель она провела еще и потому, что бумагу изготавливают из древесины. Больше всего Лора любила переработанную бумагу и в новых книгах радовалась не выбеленным химическими составами страницам, а газетным, темным, иногда с прожилками и почти всегда – ассоциирующимся с запахом книг из детства.

«Да уж, – подумала Лора. – И во время расследования я в первую очередь книголюб и библиотекарь, а уж потом – искатель правды».

Глава 15

Ханна сидела, уставившись в телефон: ей наконец удалось поймать связь и проверить сообщения в мессенджере. Новостей не было с самого утра, даже мама не присылала привычных коротких видео с лайфхаками. Убрав телефон в рюкзак, Ханна осмотрелась, тяжело вздохнула и сунула ладони между коленями. Признаться, мебель мало интересовала ее на этом жизненном этапе. А конкретно в этот момент ее больше волновало, что у Энн Колт было на обед и перепадет ли что-нибудь ее гостьям.

– Стряслось что-то срочное? Хотела бы я сказать, что Энн звонит нам исключительно по важным вопросам, но Энн нам вообще не звонит, – продолжила Тереза, усевшись напротив Лоры. – Будете чай, кофе, виски, эль? Печенье?

– Не откажусь от чая… – ответила Ханна, в глазах которой Тереза приобрела ангельские черты.

Она была не прочь согласиться на виски, но ее толерантность к алкоголю явно имела английские, а не шотландские корни. Севший напротив нее Кирнан в клетчатой рубашке и джинсах был похож на сестру разве что рыжими волосами. В остальном их можно было бы принять за посторонних друг другу людей. Кирнану было за сорок, ближе к пятидесяти, а уголки его глаз испещряли морщинки, похожие на щербинки на приглянувшейся Лоре этажерке.

– Да уж. Хотя Лахлан – наш старый друг. Мы несколько раз приезжали к Энн в поместье, но никто не пропустил нас дальше гостиной. Оливия говорит, что отец стабилен и лучше его не тревожить. Извините, не представился. Я – Кирнан Маклин.

Мужчина приподнялся и старомодно поклонился. Лора и Ханна в ответ только кивнули.

Пока Тереза заваривала чай, брат поделился занятными фактами об их фабрике. Лора удивилась тому, что муж Терезы согласился взять ее фамилию – все ради того, чтобы продолжать семейное дело. И хотя фабрика называлась «Вудмилл», фамилия Маклинов красовалась на каждом баннере и рекламном проспекте.

– Вы ведь не местные? – полюбопытствовал Кирнан, услышав из уст Ханны «ох» и «надо же».

– Нет-нет, мы из Манчестера, – ответила было Лора, но Ханна отчего-то заволновалась и принялась повторять прошлую ложь, успевшую стать их общей легендой.

– Ничего серьезного не случилось, Энн наняла нас, чтобы поработать над имиджем компании. Вот мы и хотели узнать: возможно, что-то заметно изменилось с тех пор, как заболел мистер Колт? Сильно ли это повлияло на работу фабрики в целом? О боже, это же шортбред!

Взгляд Ханны упал на полную тарелку светленького засахаренного печенья.

– Напекли с дочкой с утра. Удивительно, как дети еще все не съели. Угощайтесь, пожалуйста, – предложила Тереза и окончательно покорила Ханну, которая не задавала больше никаких вопросов, а лишь соглашалась и кивала на все реплики Лоры.

Отвечать начал Кирнан, скрестив руки на груди и повернувшись к гостям вполоборота:

– Энн с Лахланом страшно спорили до его инсульта. Оливия даже обвиняла ее в том, что именно Энн довела отца до болезни. Лгать не буду, Энн всегда хотела модернизировать фабрику. Выйти на глобальный рынок, открыть сетевые магазины и в целом увеличить товарооборот. То есть сделать то, что не заботит абсолютно никого в Хайленде. Мы чтим свою историю и рады, если к нам приезжают из других частей страны. Но увеличение количества товара может снизить его качество либо же повысить цену. Иных способов пока еще никто не придумал, включая новомодный искусственный интеллект. И мой приятель Лахлан точно такой же, как мы. Нет, лучше. Он образец фермера старой закалки. Я уверен, что он не изменит себе и когда встанет на ноги после болезни.

Лору поразило количество добрых слов, которые она услышала о Лахлане Колте за последние два дня. Интерес к этому человеку-загадке возрос в десятки раз.

– Так все и было. Они часто спорили, особенно последние пару лет до болезни Лахлана. Энн и нас пыталась убедить, что в приобретении современного оборудования нет ничего плохого, напротив, это только упростит нам жизнь. – Тереза начала прокручивать на пальце обручальное кольцо и тяжело вздыхать. – Через несколько месяцев после этого несчастья Энн уже взялась за работу. Сказала, что больше не может сидеть сложа руки и смотреть на запустение, хотя производство продолжалось в штатном режиме. Всем нам есть чему поучиться у Лахлана. Нам с Кирнаном особенно, иногда в цеху все буквально перевернуто вверх дном, и мы путаем заказы! Но у Лахлана фабрика работает слаженно, как здоровый организм. По крайней мере… так было раньше.

– Когда я на правах друга пытался отстоять решения Лахлана, Энн убеждала всех вокруг, что воплощает в жизнь их общие с мужем планы. Она входит в совет директоров «Колтенберри», как и Оливия. А потом мы узнаем, что у Энн внезапно оказывается земля в Хайленде, которую она получила в наследство от какого-то дяди. Как по мне, все это дело дурно пахнет. Не было никакого дяди, никакого наследства. Вся земля здесь принадлежит муниципалитету, поэтому стоит как космический корабль!

– Кирнан… – попыталась остановить брата Тереза, но он лишь отмахнулся.

Ему было не до ее резонов: эта тема задела мужчину за живое. Он