– Я готов твердить об этом кому угодно, Тереза, хоть самой Энн! Мне скрывать нечего. Вы хоть представляете, сколько денег нужно, чтобы купить такой участок земли, построить на нем фабрику и полностью обеспечить ее оборудованием? И все это всего за два года! Да еще и эти викуньи, за которыми нужен особый уход.

– А что вы скажете о викуньях? Они были подарены Лахлану после болезни?

– Да, другом из Аргентины, с которым они вместе учились. Их с Лахланом объединяла в том числе общая мечта – увеличить популяцию вида за пределами горного массива Анд. Они обсуждали это до болезни, Лахлан с Оливией туда приезжали. Но аккурат к инсульту Лахлана подросла викунья-альбинос, и Серхио не стал откладывать доставку. Я говорил Энн, что она не потянет таких животных. И если Лахлан кроме заработка видел в них определенные возможности и просто горел этой идеей, Энн помешана только на шерсти.

– Здесь я соглашусь с Кирнаном. Даже когда отключили электричество на последнем собрании, Энн пулей вылетела из зала, причитая: «Викуньи, ох, викуньи».

Лора косо взглянула на подругу, намекая, что пора бы остановиться, опустошив половину тарелки, и именно в этот момент ей в голову пришел совершенно логичный вопрос:

– Если земля не была оставлена миссис Колт в наследство, откуда у Колтов деньги на ее покупку? Хватило бы средств от продажи участка, где изначально стояла фабрика?

Кирнан хрипло засмеялся и сделал глоток остывшего чая.

– Ту землю никто не продавал. Она принадлежит Лахлану и Оливии, а Энн не имеет на нее права, пусть она и является членом семьи. Даже если Энн потратила на всю эту ерунду деньги Лахлана, заработанные за десятилетия, обанкротила его и влезла в долги, этих денег ей хватило бы на покупку разве что трети того куска, что она заграбастала!

– Кирнан! – Тереза вновь упрекнула брата за длинный язык, и сделала это, конечно, одним взглядом. – Думаю, нам пора возвращаться к работе. Не представляете, сколько у нас заказов перед праздниками! Кому-то срочно понадобился обеденный стол на двенадцать персон.

Уходя, Лора все-таки взяла рекламный проспект. «Если буду открывать свою антикварную лавку, мне понадобятся стеллажи. Да и вообще, книжные стеллажи никогда не будут лишними – ни в библиотеке, ни дома».

На улице Ханна зашлась тяжелым кашлем: контраст со свежим воздухом словно пробил легкие невидимой стрелой.

– Пора подкрепиться, бедолага. – Лора похлопала ее по спине и направилась к машине.

Глава 16

В машине Лора рискнула узнать у мистера Сондерса, ждут их все-таки у Энн к обеду или нет. О таких вещах обычно уведомляют заранее либо же не уведомляют вообще, считая ответ очевидным. Как принято у Колтов, Лора не знала.

– Если вы желаете, мы можем ускориться и подъедем как раз к тому моменту, как миссис Колт поднесет суповую ложку ко рту. Ей ничего не останется, как сказать: «О, вы как раз к обеду. Присаживайтесь», – отчеканил водитель так пренебрежительно, что, если бы автомобиль набирал скорость от едких слов, их бы оштрафовали в ту же секунду.

Ханна попыталась представить семью мистера Сондерса: какая у него жена, сколько детей, есть ли домашние питомцы, старенькие любящие родители… но как бы Ханна ни старалась напрягать бурное воображение, мистер Сондерс из раза в раз рисовался живущим в крошечной съемной студии с парой кошек и такими же ворчливыми соседями – единственными, кто мог выносить его кислую физиономию и редкие, но меткие приступы сарказма.

Лора увидела в этом возможность узнать у местного жителя что-то полезное, раз уж он действительно разговорился.

– Хорошо было бы здесь поселиться! Так тихо и спокойно. Никаких многоэтажек и шумных автострад на мили вокруг, – продолжила Лора будто бы общую беседу и легонько толкнула подругу в бок.

– А-а-а, да. Вот раздолье! Можно работать удаленно и строить домик. Или взять что-нибудь в аренду, наверняка недорого. Слушай, Лори, а может, лучше купим землю?

– Ха! – ожидаемо прыснул мистер Сондерс, не заметивший заговорщических взглядов подруг. – Сомневаюсь, что вы раскроете дело о пропаже. С таким успехом вы обнаружите разве что талант задавать глупые вопросы. Вам не хватит денег даже на участок для собачьей конуры. Да что там денег! Никто в жизни не выдаст вам разрешение на строительство. В этой части округа так точно.

Лора и Ханна переглянулись. Этого Лора и добивалась: мистер Сондерс, будучи лицом, не заинтересованным в фабрике, без задней мысли выдал то, что могли знать только местные или риелторы. «Забавно, что он не догадался, зачем мы увели разговор в иное русло, если он так близок с Колтами. Некоторые люди не вдаются в подробности дел не то что работодателей – родных и друзей. Они просто делают, что им говорят, и получают за это плату. Все мы в какой-то мере шаблонны, как бы печально ни было это осознавать. Не видим дальше собственного носа, хотя для этого не нужны титанические усилия. Достаточно несколько раз моргнуть, ущипнуть себя и спросить: “Что я делаю? На своем ли я месте? И чем я могу помочь?”» – размышляла Лора.

Попросив оставить их на час в придорожном ресторанчике (найти который оказалось сложнее, чем они думали: зимой в Хайленде большинство заведений закрыто), девушки прогулялись по гравийной дорожке и вышли к одноэтажному домику в типичном для этих мест горном стиле. Домик, с низенькой покатой крышей и пустующей летней верандой, был обшит темным деревом. Погода резко переменилась, и в серо-графитовом небе показались просветы, сквозь облака пробивалось уставшее зимнее солнце. Совсем скоро оно спрячется, и землю окутает тьма.

– Приятно, что тут кроме хаггиса есть и обычная рыба с картошкой, – сказала Лора, ведя указательным пальцем по позициям меню.

– И суп дня! Обожаю суп дня, – наигранно воскликнула Ханна, поднимая большой палец кверху.

– На какие чаевые готова расщедриться сегодня?

Лора намекала на традицию подруги, которая оставляла большие чаевые тем, кому удавалось сохранить суп дня в секрете до самого момента подачи.

– Не уверена, нам все-таки приходится платить за номер в гостинице. Там же мои чемоданы. И твои книги. Так что в рамках разумного.

Подруги заказали два супа и одну картошку с рыбой на двоих. Кроме них в ресторанчике было совсем немного народу, несмотря на обеденное время. «Ярмарка в самом разгаре, – подумала Лора, и где-то в груди закололо, словно кто-то решил закрепить болезненную мысль