От звука этого имени Хелен словно пронзило молнией, ведь именно герцог Эттвуд был записан в приходской книге в качестве свидетеля её брака с графом Малгрейвом. Но почему-то сегодня они с Дэвидом старались держаться подальше друг от друга.

— Какая честь для нас, — пробормотала Хелен в смятении.

Герцог снисходительно кивнул.

— Моё почтение, — произнёс он.

Всего два слова, но от звука его голоса Хелен снова бросило в дрожь. Она узнала его. Она могла бы держать пари, что именно герцог Эттвуд был тем самым ночным визитёром Дэвида.

— Леди Малгрейв, — обратился к ней король за столом после церемониальной части, на которой Хелен представили Высшему свету, вернее, тем отдельным ее представителям, которые прибыли в замок вместе с Его Величеством. — Расскажите нам историю вашего знакомства с графом. Уверен, всем будет интересно это послушать.

— Я… — На Хелен было устремлено множество взглядов. Она потерянно рассматривала лица этих напыщенных господ и пыталась собраться с мыслями. Рука Дэвида коснулась её руки, и этот простой жест придал ей уверенности. — Мой отец Филипп Гловер всю жизнь служил лорду Малгрейву. Перед смертью он попросил своего господина не оставить его единственную дочь в беде, и…

— Филипп Гловер был моим рыцарем, — вступил в разговор Дэвид. — Именно он ценой собственной жизни прикрыл мою спину во время штурма замка укрывающихся в нём мятежников. Если бы не Филипп, я был бы мёртв. Конечно, я не мог отказать ему в этой просьбе. Я лично приехал к дому, где жила Хелен Гловер, чтобы предложить ей моё покровительство. Я искренне намеревался выдать её замуж за какого-нибудь своего рыцаря. Этим бы я сдержал слово, данное её отцу. Каково же было моё изумление, когда я встретил там настоящую красавицу.

— По иронии судьбы похожую на Элинор Барлоу как две капли воды, — усмехнулся король.

Глава 17

Хелен показалось, что ее окатили холодной водой. Вздрогнув, она застыла словно каменная статуя. Ложка со звоном выпала из её ослабевших рук, но никто не обратил на это внимания. Люди продолжали пировать, Дэвид ответил королю какой-то шуткой, тот рассмеялся, но она даже не разобрала слов. Как оглушённая Хелен просидела за столом до самого вечера, не притронувшись ни к одному из изысканных блюд.

Её замечали лишь тогда, когда король Джеральд обращался к ней с тем или иным вопросом.

— Леди Малгрейв, — спросил он, поигрывая в руке бокалом вина. — Как вы относитесь к мятежникам?

— К мятежникам? — пробормотала она, стушевавшись под сотней обращённых к ней ваглядов. Король и вовсе смотрел на неё не мигая. — Это преступники.

— И заслуживают смертной казни? — не отступал он.

— Вероятно... да...

— Ваше Величество, — вмешался Дэвид. — Отец Хелен погиб от рук мятежников. Разве может она относится к ним иначе?

— Полагаю, вы неплохо отомстили за смерть своего рыцаря, граф Малгрейв, — усмехнувшись проговорил король.

Еле дождавшись позволения выйти из-за стола, Хелен на негнущихся ногах поднялась к себе. Дэвид же остался в рыцарском зале.

«По иронии судьбы похожую на Элинор Барлоу как две капли воды», — крутились в голове слова короля.

Что ей говорила Дженис о дочери мятежного графа? Дэвид был влюблён в неё и скорбел, когда той не стало.

А потом, увидев Хелен, в одночасье забыл о своём горе. Теперь понятно почему!

Разве человек такого высокого положения свяжет себя узами брака с дочерью бедного рыцаря? Сердце словно окаменело, когда Хелен осознала, что двигало графом Малгрейвом. Сходство... Всего лишь внешнее сходство. Дэвид никогда не любил Хелен. В её лице он видел ту, что покинула этот свет навсегда.

Сон долго не шёл к ней. Несколько часов она проворочалась в постели, прежде чем погрузиться в тяжёлую дрему. Хелен не слышала, как в комнате отворилась дверь, но почувствовала, как под Дэвидом промялась перина. Его руки обхватили её и притянули к себе.

— Элинор, — еле слышно прошептал он, прежде чем оглушительно захрапел, обдав при этом Хелен винными парами. — Моя Элинор... любимая.

Если бы слова могли убивать, то Хелен была бы уже мертва. Но к сожалению у них нет такой власти.

Она сидела на постели, смотрела на спящего мужа и не могла сдержать слёз. Эти губы, целовавшие её, шептавшие о любви, эти руки, ласкавшие и дарившие неземное наслаждение. Не ей, а той, другой.

Красивая сказка обернулась для неё горьким обманом.

На горизонте забрезжил рассвет, и комната озарилась первыми солнечными лучами. Дэвид что-то пробормотал и перевернулся на спину, подложив руки под голову. Одеяло соскользнуло с его груди. Взгляд Хелен устремился к блеснувшему на солнце медальону. Недолго думая, она нащупала застёжку и сняла его с шеи Дэвида. Она должна получить ответы на вопросы!

Соскочив с постели, Хелен подбежала к окну и, нажав на кнопку, раскрыла медальон. Она снова смотрела на портрет девушки с чудесными медовыми волосами, почти точную копию себя. Хелен провела пальцем по изображению, а затем ближе поднесла украшение к глазам, чтобы прочитать неразборчивую надпись.

— Элинор Барлоу, — прошептала она. Ноги не держали. Пошатываясь, Хелен доковыляла до стола и в изнеможении опустилась на стул.

— Глупышка, — тоскливо произнесла она. — Ты действительно поверила в его любовь...

В носу защипало, а по щеке скатилась слеза. Всхлипнув, Хелен ладонью вытерла влагу с лица. Шумно задышав, она прикусила губу, чтобы не расплакаться, но рыдания всё равно рвались наружу. Закрывшись руками, она дала волю чувствам.

— Нелли? — услышала она сонный голос Дэвида. Хелен не отреагировала, даже не повернулась к нему. — Что случилось? Почему ты плачешь?

— Какая разница? — глухо ответила она после долгого молчания. — Как будто тебе есть до меня дело.

Со стороны кровати раздался удивлённый смешок. Дэвид откинул одеяло и поднялся с постели. Хелен бросила на него взгляд украдкой: какой же он красивый. Сердце снова болезненно сжалось.

— Не подходи, — сдавленно прошелестела она.

— Ты мне можешь объяснить, в чём дело? — мгновенно посерьёзнев, спросил Дэвид, нависая над ней. Он провёл полусогнутыми пальцами по её влажной щеке, но она отдёрнула голову. — Чем ты так расстроена?

— Вот — Хепен кинула на стол раскрытый медальон, который до этого сжимала в руках. Нахмурившись, Дэвид поднял его. — Ты всегда любил её, а не меня. Как долго ты собирался лгать?

Его молчание оказалось громче и красноречивее всяких слов. За дверью послышалась какая-то возня, но Хелен не придала этому значения. Утерев слёзы и вздёрнув подбородок, она взглянула на мужа и застыла, пригвождённая к стулу его ледяным взглядом. Как любая влюблённая женщина, где-то в глубине души она ещё надеялась на