— Она отказала тебе! — выпалила Хелен, отбегая от мужа на безопасное расстояние. — Ты жестоко пытал…

— Значит ты всё таки успела прочитать письма, — перебил Дэвид, с усмешкой наблюдая за передвижениями жены. — А что, если я скажу, что не пытал её?

— Да ты при всех в этом признался! Конечно, ты не сам, но по твоему приказу! Трус! Предатель! — Хелен схватила со стола хрустальную чернильницу и бросила в мужа. Тот с лёгкостью увернулся. — Не желаю жить с таким мерзавцем! Не хочу быть твоей женой!

— Браки заключаются на небесах, — спокойно отметил Дэвид, оставаясь на месте и перегородив собой выход. — Тебе ли этого не знать?

— Отпусти меня! — вскричала Хелен. — Просто дай уйти!

— Но я не могу тебя отпустить, — голос Дэвида звучал вкрадчиво, и она заткнула пальцами уши, но всё равно продолжала слышать каждое его слово. — Я люблю тебя, моя прекрасная Нелли, и не могу позволить тебе сломать собственную жизнь из-за какой-то глупости. Подумай, как ты будешь жить без защиты? Молодая одинокая женщина — слишком лёгкая добыча для мерзавцев любого сословия.

— Я попрошу защиты у короля! — в слезах выпалила Хелен. — А если ты не отпустишь меня, то я расскажу ему, что вы с герцогом Эттвудом что-то замышляете против него!

Даже при тусклом свете свечи она видела, как побледнел муж. Значит, она оказалась права в своих предположениях.

— Отпусти меня, — твёрдо и с чувством превосходства повторила Хелен. Наличие важной информации, которая могла стать интересной Его Величеству, придало ей уверенности. — Дай пройти.

Она сделала несколько шагов, но Дэвид и не думал посторониться.

— Ты ещё слишком юна, чтобы тягаться со мной, — процедил он. И от его слов у Хелен всё оборвалось внутри, но она лишь выше подняла голову, хотя в этот момент мечтала спрятаться от него. — Я брал города, когда ты только училась ходить. Бросаешь мне вызов? Как думаешь, что будет, если я отвечу?

— Ты не посмеешь причинить мне вред, пока здесь король! Только тронь меня — и я закричу!

— Можешь кричать сколько угодно, — ледяным тоном проговорил Дэвид. — Сонный порошок, приготовленный доктором Бёрнсом и подмешанный в вино, будет действовать ещё как минимум полчаса. За это время я решу, как поступить с тобой.

— Прикажешь заточить меня в подземелье, а потом пытать, как бедняжку Элинор? — недавнее чувство триумфа испарилось, словно и не бывало. И как Хелен ни пыталась храбриться, но страх перед мужем заставлял её невольно дрожать.

— Я женился на самой прекрасной и самой отчаянной женщине Королевства, — задумчиво произнёс Дэвид, игнорируя её словесный выпад. — Твои отвага и безрассудство ставят под удар слишком многое. Нет, я не стану тебе пытать, конечно же, нет, — он провёл пальцами по её щеке. Хелен дёрнула подбородком, сбрасывая его руку, и Дэвид, тяжело вздохнув, с сожалением продолжил. — Я никому не позволю причинить тебе вред. И я буду защищать тебя даже от самой себя. Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь простить меня за то, что я сейчас сделаю. Потому что сам себя я не прощу никогда.

В дверях показался мистер Смит, и Хелен обречённо поняла, что он уже давно здесь находился, просто ждал приказа хозяина.

— П... пожалуйста... — заикаясь взмолилась Хелен. — Не в темницу… умоляю.

— Генри, — обратился Дэвид к управляющему. — Отведи леди Малгрейв в самую дальнюю башню. До отъезда короля она будет обитать там. Не пускай к миледи никого, головой за неё отвечаешь.

Глава 21

С содроганием слушая скрежет ключа в замке, она продолжала отступать на негнущихся ногах, пока не уперлась спиной в холодную стену Дверь распахнулась, и её ослепил огонь факела. Она поспешно отвернулась, одной рукой прикрыв глаза, отвыкшие от яркого света, а второй вцепившись в ветхое одеяло, словно ища в нём защиту. Он шёл к ней. И с каждым его шагом ей казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Она тряслась, не смея поднять на него взгляд. Наверно, именно так чувствует себя загнанный в угол кролик перед приближающимся хищником.

— Снимите ваше платье, миледи, — услышала она его ровный и спокойный голос, но в ответ лишь плотнее закуталась в тонкую ткань. — Сделайте это сами. Не надо всё усложнять.

Хелен очнулась ото сна вся в слезах. Это была её вторая ночь, проведённая в башне, и, к сожалению, не обошлось без кошмаров. Девушка села, завернувшись в одеяло, на узкой лежанке, служившей ей постелью, и разрыдалась от жалости к самой себе.

Она пыталась достучаться до управляющего, когда тот, крепко удерживая за руки, вёл её к месту заключения.

— Я твоя госпожа, немедленно отпусти меня! — дрожащим голосом приказала ему Хелен.

— Простите, госпожа, я выполняю особое поручение милорда, — коротко ответил мистер Смит, давая понять, что дальнейшие споры бессмысленны.

Он больше никак не реагировал на её слова. Хелен имела все шансы договориться с пустотой, чем с собственным управляющим. Открыв огромный навесной замок, мистер Смит завёл её в небольшую каморку и поспешил выйти за дверь. Вскоре Хелен услышала характерный скрежет ключа, после чего все звуки разом смолкли. Она огляделась, пытаясь в неверном свете луны, проникающим через единственное узкое окно, понять, где же ей предстоит провести несколько дней, а то и недель. Внутри находилась узкая грубо сколоченная кровать с соломенным матрасом, жёсткая подушка и одеяло, которое, впрочем, оказалось довольно тёплым. Ещё здесь имелся стол и стул без спинки. В отчаянии Хелен бросилась к двери. Она молотила по ней руками и ногами, но никто так и не пришел к ней на помощь.

Мистер Смит вернулся утром, принеся ей завтрак, свечи, а также неоконченную вышивку и псалтырь. Когда же Хелен заикнулась про Дженис, управляющий напомнил о приказе милорда никого к ней не пускать.

Хелен очнулась, когда за горизонтом заалело солнце. Она с тоской наблюдала за рассветом через единственную в каморке бойницу. Да, Дэвид пожалел её и не бросил в подземелье к крысам, но как долго продлится его милосердие?

— Милосердие! — горько фыркнула Хелен.

Да, в башне был свет, но здесь царил такой же холод, что и в темнице. По ночам не спасал даже камин, поскольку узкое окно не имело ставен, впуская внутрь свежий воздух и прохладу. Наскоро умывшись остывшей водой, Хелен, чтобы хоть чем-то занять себя и отвлечься от дурного предчувствия, вернулась к рукоделию.

Она сидела за столом и как раз заканчивала вышивать лепестки розы, кода уловила на лестнице знакомую поступь. Хелен вздрогнула. Именно эти шаги она слышала в своих кошмарах. Дрожащими руками она отложила незаконченную