раз, - встал посетитель и часто закланялся . - Простите нас, грешных, конечно, она обойдется, хвост с ней, с тёщей...

  

  И выбежал из кабинета, сам, похоже, удивленный тем, что сделал, и растерянный от того, что говорил. Хвост знает, что у людей в головах. Илан ему про больную дочь, а он... За дверью в это время образовалась небольшая склока об очередности посещения врача. Илан воспользовался заминкой и рассмотрел свою странную добычу. Бумажка была печатная. Он быстро вынул лупу из дерматоскопа, расправил смятую молитву на столе. Фелиза и нара. Заголовок 'Молитва от всякой хвори и недуга' фелиз не содержит. Зато в тексте есть нара, и она косая. Вопрос к себе - он что, теперь все, напечатанное в Арденне, будет на нару и фелизу проверять? Ответ: нет, только тексты сомнительного назначения. Найти, откуда в городе происходят бумажки с молитвами, проще, чем искать источник фальшивых документов. Те, кто приобрел молитвы, не станут скрывать, где их купили, приобретение молитв не преследуется законом.

  

  Стук в дверь. Следующий на пороге. Вернее, следующие. Чумной патруль, не без вороха документов, как водится.

  

  - У меня прием больных, - сразу сказал Илан. - Я не могу тратить время на дела префектуры.

  

  - Вот он, - Джениш вытолкнул Аранзара вперед, - болеет. Его можно полечить, пока я буду рассказывать.

  

  - Горло, - сипло пожаловался Аранзар и сел перед Иланом, держась рукой за шею.

  

  Илан полез за ложечкой и зеркалом в лоток с инструментом. Горло было красное, опухшее, с белым налетом по бокам. Илан взял чистый бланк и стал писать рецепт на полоскание и пилюли для рассасывания. Джениш, между тем, сообщил :

  

  - Не Тумбе нет типографии, ты ошибся. Мы вывернули остров наизнанку, а типография такая штука, что под ветошью не спрячешь. Зато там склад печатной продукции. Чего мы только ни нашли! Бумаги портовые, карантинные, таможенные, фрахтовые, для работорговли, для пропуска на военную верфь даже. А этот вот, - кивок на Аранзара, - промок и заболел. Вылечи его мне, а? Я без него плохо работаю. И вот еще что... - Джениш перебрал принесенные с собой образцы находок с Тумбы, - вот это должно заинтересовать тебя больше, чем нас. Лежало в запечатанных пачках. Много.

  

  На стол перед Иланом лег бланк аптечного рецепта с печатью городской гильдии врачей, но без именной врачебной.

  

  - Зачем такое может быть нужно? - спросил Джениш.

  

  - А вот такого, - Илан подвинул Дженишу с Аранзаром бумажку с молитвой, - не нашли? Там же напечатано.

  

  Сыщики посмотрели.

  

  - Нет, - покачал головой Джениш.

  

  - Аптечный бланк нужен для получения рецептурных препаратов, - объяснил Илан.

  

  - То есть, без этого бланка мне не продадут полоскание для горла? - поинтересовался осипший Аранзар.

  

  - Полоскание для горла продадут, - сказал Илан. - Большинство лекарств можно купить вообще без рецепта. Но те, которые включены в имперский реестр и запрещены к открытой продаже, например, болеутоляющие средства на основе пьяного гриба, требуют особого врачебного назначения и разрешения на продажу от гильдии или из госпиталя. Я тебе могу назначить и выписать на бланке такой препарат, а ты сам себе его прописать, или аптекарь посоветовать от себя и продать без рецепта - не можете.

  

  Джениш молча смотрел на бумажку с молитвой и рецептурный бланк, лежащие рядом. Илан дал ему лупу. Сыщики по очереди рассмотрели бумаги. В рецептурных бланках не было ни фелиз, ни нар. Но место их находки - та еще головная боль.

  

  - Почему молитв не было на Тумбе, догадались? - спросил Илан.

  

  - Потому что на море на них спроса никакого, - пожал узкими плечами Аранзар. - Но есть загвоздка: велик ли среди моряков спрос на аптечные бланки?

  

  - Уже не загвоздка, - сказал Илан. - Ответ я знаю. Городская гильдия врачей расколота на две части, там многие хотят объединиться с цехом аптекарей. Как только объединение состоится, аптекари смогут сами ставить свои печати на рецептах. Подозреваю, что на реестровых тоже. Доступ к препаратам упростится, объемы продаж контролировать станет сложнее. А дальше эти препараты вполне сойдут за контрабанду. Некоторые - за очень ценную контрабанду, потому что за северным пьяным грибом нужно чесать по морю четыре тысячи лиг, и он плохо годится для аптеки, слишком сильный. А наш из катакомб - в самый раз, он здесь недозревает. Он идеален для медицинского использования. С печатями и бланками его можно будет даже не воровать и не списывать, а покупать полуофициально и так же проводить по портовым документам на вывоз или ввоз через свою таможню. От этого на Хофре он станет только дороже. Если бы еще гильдейская печать не была подделана, вообще бы никаких претензий. И если бы гильдия побыстрее разобралась с внутренним расколом...

  

  - Где же тогда типография? - спросил Аранзар.

  

  - Не знаю, - сказал Илан, набирая на тампон раствор йода на глицерине. - Ну, ошибся. Чертите линию из Болота к Тумбе, на этой линии ищите. Открой рот и высуни язык. Голову назад, не вижу, куда мазать...

  

  - Баркас, перевозивший документы, ходил с Тумбы до Грязных пещер и обратно, - вслух рассуждал Джениш, пока Илан был занят делом и мучил его товарища, которого от глицерина в горле тошнило. - Значит, либо в пещерах, либо по другую их сторону залива - в трущобах. В пещерах-то мы её враз найдем, карта всех ходов есть. В трущобах - хвост нам в обе лапки. Ни карты, ни взаимопонимания с туземным населением, и префектуру в тех кварталах любят, как собака плетку...

  

  - Я закончил, - сказал Илан, подавая Аранзару, давившемуся сладковатым раствором, салфетку - вытереть глаза, нос, из которого текло, и откашляться. - Теперь с рецептом в аптеку. Нужно будет показаться завтра. Лучше днем, пока нормальный свет. А сейчас выметайтесь, господа, не задерживайте действительно больных людей. Не ешьте снег и не бегайте по лужам.

  

  От лекарства из бутылочки Неподарка голова не болела, просто слегка кружилась короткими приступами. Поэтому любые лишние мысли Илан от себя гнал, что о политике, что о семье, что о префектуре. Хорошо