процедурной. В коридорах и палатах стояла тишина. То ли обед, то ли здесь тоже всем раздали по затрещине, то ли возможность внезапного императорского визита дисциплинирует, то ли самых беспокойных выписали, а новых не приняли в последние дни затишья. Гагал у себя в акушерском, мальчик из морга дремлет на фельдшерском посту. Что ж, если у доктора Илана нет ничего, кроме работы, работой ему и следует заняться.

  

  Общие палаты он оставил дежурным, прошел по платным. Долго смотрел и расспрашивал Палача, не нашел ничего тревожного. Доктор Зарен, ходивший за едой для своего подопечного, вернулся с тарелкой и заглядывал Илану через плечо, осторожно задавал вопросы. Он интересовался здоровьем пациента больше, чем сам пациент. Сколько они там, на Хофре, умеют, по сравнению с Ходжером? Хотят ли научиться делать больше? По Зарену похоже, что хотят.

  

  Доктора Раура положили к Адару. Это не платная палата, но они там вдвоем. Адара, впрочем, нет, а раненый доктор спит под капельницей. Рыжего с Обмороком тоже нет в палате. Эти бродяги с крыльями соскучились сидеть взаперти и постоянно теперь где-то теряются. Следом самое сложное - почти здоровый человек, доктор Ифар и его родственники. Обсудить завтрашний план. Или, может быть, чуть больше. Но здесь есть лишние уши - доктор Никар. Втроем - Ифар, Никар, Эшта - они сидят на аккуратно застеленной серым одеялом постели и советуются. С невеселыми лицами.

  

  Илан поздоровался, Эшта вскочил ему навстречу, словно хотел сообщить что-то важное, но папенька потянул его за одежду, и тот сел обратно.

  

  - Против кого вы собрали консилиум, коллеги? - спросил Илан. - Отчего всем грустно так?

  

  - Заболел я, - коротко отвечал доктор Ифар и поправил перевязь на руке, под взглядом Илана поспешно убирая свесившиеся пальцы. - Не сплю почти, даже со снотворным. Скверно мне, деточки.

  

  - Ну, чего вы, - ласково улыбнулся Илан. - Все же знают, что доктора не болеют.

  

  - Конечно, конечно. Я больше не буду. Только дайте успокоиться. И подождите с операцией, - попросил Ифар.

  

  - Что случилось? Вы боитесь? - Илан взял себе табурет и подсел к докторам сбоку, понимая, что осмотра сейчас не будет, без него разговор у них шел не о здоровье.

  

  - Я боюсь не за себя, а за ситуацию в гильдии. И за доктора Эшту, потому что гильдия торопится с рассмотрением его оплошности и хочет вынести вердикт заочно. Боюсь, что, как только я лягу, даже на время, по моему старшему сыну будет принято неправедное решение. И это из-за меня. Из-за моей непримиримой позиции.

  

  Эшта взял отца за плечо.

  

  - Вы же все равно сбежали в госпиталь, - сказал Илан. - И хотите здесь закрыться на время.

  

  Про то, что доктор Ифар собирался в пустой корпус вместе со своей медицинской школой, а то и вовсе вести детское отделение, напоминать не стал.

  

  - Жаль, если рухнет то, что я строил тридцать лет, - покачал головой доктор Ифар. - Даже если я от них сбежал и закрылся, я должен знать, что происходит. И оно должны знать, что я знаю.

  

  - Так что мы будем делать завтра? - уточнил Илан.

  

  - Откладываем, - решительно сообщили в один голос Ифар и Эшта.

  

  Доктор Никар только неодобрительно качал головой. Илан понял, что не знает, о чем еще спросить по медицинской части. В истории с доктором Эштой и расколом гильдии внеплановая плановая не поможет. Наоборот, может всё осложнить. Особенно если что-то пойдет не так. С другой стороны, историю старшины Гонта-три шеврона и охоту за наследством лучше рассказывать пациенту, пока он под седацией и ничего не соображает. В лоб поведать эту страшную сказку Илан не может, но у него есть волшебные средства, благодаря которым доктору Ифару на все на свете будет наплевать.

  

  - Доктор Гагал приносил мне устав гильдии, - сказал Илан, - я отдавал его читать сведущему в праве человеку, тот сказал, что ничего страшного произойти не должно, но книга у него немного пострадала. Надеюсь, вы простите...

  

  - Ерунда, - беспечно махнул доктор Ифар. - Ценность небольшая, их напечатали дёшево и с хорошим запасом. К тому же...

  

  - К тому же, если устав гильдии изменится, запас придется снести в уборную и порвать на листки, - закончил фразу Эшта, относившийся к уставу и его возможностям без радужных ожиданий.

  

  - Где напечатали ваш устав? - спросил Илан. - Здесь в Арденне?

  

  - А вам зачем? - удивился доктор Ифар.

  

  - Доктор Раур предлагает всем публиковать научные работы, вы же слышали тогда на обеде, - сказал Илан. - У меня как раз готово исследование по лечению чахотки препаратами из пещерной плесени. Я думаю, оно не только госпиталю могло бы быть полезно. Центральная типография стоит дорого, а лишних денег у меня нет.

  

  - Да, где-то на западной окраине, точно не знаю, я лишь подписывал счет. Если хотите адрес, найдите в городе доктора Ирэ, он, кажется, вам знаком. Он казначей гильдии, отыщет в бумагах.

  

  - Спасибо, - сказал Илан, а, может, вовсе не Илан, а парень из префектуры.

  

  Проклятая мертвая хватка. Хочешь разжать зубы, и не можешь. Но какого черта, доктор, при таких твоих талантах, тебе на пятки наступает тетя Мира и приносит какие-то неведомые сплетни? Если парень из префектуры со своим охотничьим азартом и дурак, то он тут не один такой. Или, может быть, Адар виноват? Не нужно было обращаться в нему с просьбой найти родственников Неподарка, не нужно было разговаривать про отрубленную руку доктора Эшты, не нужно было попадаться на пути, когда пострадал Номо?.. Илан нечаянно создал впечатление, будто он занят какой-то городской деятельностью, в то время, как занимается он только делами для собственного спокойствия... Но и здесь - с какой стороны посмотреть. Будь жив недогосударь Шаджаракта, он сказал бы, что его собственное спокойствие и спокойствие всего Арданского побережья это одно и то же. У парня из префектуры круг сужается приблизительно до размеров Арденны, а у доктора Илана это всего лишь госпиталь.

  

  Похоже, и правда пора составить отчет. Разложить всю эту плутомань