— Платье здесь ни при чём! — рассмеялась Грета. — Это ты!

Мы танцевали ещё несколько песен, а потом Грета сказала, что ей нужно передохнуть.

— Ты продолжай, — сказала она. — А я пойду, поищу, где тут выпивка. Фредрик говорил, что будет эльфийское вино. Надо попробовать.

Она ушла, а я осталась на танцполе одна. Музыка снова стала медленной, и я уже хотела вернуться к столу, когда передо мной появился Арман.

— Екатерина, — сказал он, протягивая руку. — Вы обещали.

— Я сказала «может быть», — ответила я.

— Вот и наступило «может быть», — он улыбнулся. — Не бойтесь. Я не кусаюсь.

Я колебалась. Арман стоял, не убирая руки, и его улыбка была настолько уверенной, что отказать было почти невозможно.

— Хорошо, — сказала я и вложила свою ладонь в его.

Он повёл меня в танце. Двигался он хорошо, даже очень хорошо, но было в этом что-то… наигранное. Каждое движение было рассчитано, каждая улыбка — выверена. Я чувствовала себя не партнёршей, а объектом, на который направлено его внимание.

— Вы удивительная, — сказал он, приближаясь. — Не понимаю, как Фредрику удалось вас заполучить.

— Он просто дал мне работу, — ответила я.

— Работу, — Арман усмехнулся. — Фредрик не даёт работу. Он создаёт клетки. Для себя и для тех, кто рядом. Вы не находите, что в его отделе слишком… душно?

— Мне нравится, — твёрдо сказала я. — И мне нравятся мои коллеги.

— Даже этот вечно сонный эльф? И гномка с бородой?

— Особенно они, — ответила я.

Арман рассмеялся. Его рука на моей талии стала настойчивее.

— Вы защищаете их. Это похвально. Но вы не должны ограничиваться только их обществом. В Управлении есть люди, которые могут дать вам гораздо больше. Возможности, знания, связи…

— Я не ищу возможностей, — сказала я, пытаясь отстраниться. — Я ищу способ вернуться домой.

— Домой? — он снова усмехнулся. — Зачем вам домой, когда вы здесь? Посмотрите вокруг. Этот мир предлагает вам то, о чём вы даже не мечтали. Магия, вечность, власть…

— Я не хочу власти.

— А чего вы хотите?

Я замерла. Чего я хочу? Вернуться на Землю, к сессии, к нормальной жизни? Или остаться здесь, где меня впервые за долгое время ценят не за оценки, а за то, кто я есть?

— Я не знаю, — честно ответила я.

Арман приблизился. Его лицо было слишком близко, и я чувствовала запах его парфюма — резкий, доминирующий.

— Я могу помочь вам узнать, — прошептал он. — Просто дайте мне шанс.

— Арман, — раздался голос за моей спиной. Ледяной, как зимний ветер.

Я обернулась. Фредрик стоял в двух шагах от нас, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

— Танец окончен, — сказал он. — Екатерина нужна в отделе.

— В отделе? — Арман не убрал руку с моей талии. — Сейчас? Мы на корпоративе, Фредрик. Расслабься.

— Я сказал, танец окончен, — повторил Фредрик. Его голос был спокоен, но я чувствовала, какая сила скрывается за этим спокойствием.

Арман посмотрел на него. Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, и мне казалось, что воздух между ними вот-вот заискрит.

— Хорошо, — Арман разжал руку. — В другой раз, Екатерина.

Он отошёл, и я выдохнула.

— Спасибо, — сказала я Фредрику.

— Не за что, — ответил он. — Я же сказал: я отвечаю за безопасность своих сотрудников.

— Это была безопасность или контроль? — спросила я, глядя ему в глаза.

Фредрик замер. В его взгляде мелькнуло что-то, что я не смогла прочитать.

— И то, и другое, — сказал он наконец. — Пойдёмте. Грета принесла вино.

Он протянул руку. Я взяла её, и мы пошли к нашему столу, где Грета уже разливала золотистую жидкость по бокалам.

— Вижу, Арман уже достал, — сказала она, когда мы сели. — Фредрик, ты вовремя подоспел. Ещё минута, и я бы сама пошла разбираться.

— Я справился, — сухо ответил Фредрик.

— Справился он, — хмыкнула Грета. — Екатерина, пей. Это эльфийское вино. Очень лёгкое. Почти не пьянит.

Я взяла бокал. Вино было сладким, с привкусом мёда и чего-то неуловимо знакомого.

— Вкусно, — сказала я.

— Это вино из цветов, которые растут только в эльфийских лесах, — пояснил Линвэль. — Они цветут раз в сто лет. Собирают их вручную, под полной луной.

— И вы просто так его пьёте? — удивилась я.

— Сегодня особый день, — ответил эльф, и в его голосе мне послышался какой-то намёк.

Я посмотрела на Фредрика. Он сидел рядом, держа свой бокал, но не пил. Его взгляд был прикован к танцполу, где Арман уже нашёл себе новую партнёршу.

— Вы не танцуете? — спросила я.

— Не люблю, — ответил он.

— Почему?

— Потому что танец — это потеря контроля, — сказал он. — А я не люблю терять контроль.

Я вспомнила его слова в хранилище. О том, как он потерял контроль однажды и это стоило жизни его команде.

— Иногда нужно терять контроль, чтобы обрести что-то новое, — сказала я тихо.

Он посмотрел на меня. В его глазах не было льда. Там было что-то другое — сомнение, страх, надежда.

— Вы так думаете? — спросил он.

— Я знаю, — ответила я. — Я потеряла всё, когда попала сюда. Свой мир, свою жизнь, свои планы. Но я обрела вас. Грету. Линвэля. Штифт. Обрела место, где меня ценят. Разве это не стоит того?

Фредрик молчал. Потом он поставил бокал, встал и протянул мне руку.

— Потанцуем? — спросил он.

Я смотрела на его ладонь. Такую же, как в хранилище, когда он просил доверия. Такую же, как в экипаже, когда учил меня не смотреть вниз.

— Потанцуем, — ответила я и вложила свою руку в его.

Он повёл меня на танцпол. Музыка была медленной, тягучей, и мы двигались в такт, почти не касаясь друг друга. Его рука лежала на моей талии, моя — на его плече. Мы смотрели друг на друга, и я чувствовала, как между нами натягивается та самая нить, которая была в кабинете. Только теперь она не звенела. Она пела.

— Вы удивительная, Екатерина, — сказал он, повторяя слова, которые уже говорил раньше. Но теперь в них было больше. Гораздо больше.

— Вы тоже, Фредрик, — ответила я. — Когда перестаёте быть начальником.

Он усмехнулся. Коротко, едва заметно, но я увидела.

— Я пытаюсь, — сказал он. — Это нелегко.

— Я знаю, — ответила я. — Но вы справляетесь.

Мы танцевали, и я чувствовала, как тает лёд, который он носил в себе столько лет. Медленно, по миллиметру, но тает.

В конце танца он остановился и посмотрел на меня.

— Спасибо, — сказал он.

— За что?

— За то, что не смотрите на меня как на начальника, — ответил он. — За то, что видите во мне человека.

— Я всегда видела, — сказала я. — Просто вы