иглобрюха, я заметила Жозефа у противоположного края арены. Он держал небольшой арбалет и с невероятной скоростью пускал крохотные болты в мечущееся на песке пламя. Стараясь разобрать, на кого он охотится, я пригляделась внимательнее и поняла, что это саламандра. От изумления я чуть не забыла, зачем сама здесь оказалась.

Саламандры относились к легендарным животным. Они практически не встречались в природе, и убивать такое чудо, я считала кощунством.

– Стой! – закричала я и дернулась по направлению к саламандре. – Не трогай ее!

Но Жозефа явно не слышал про охрану вымирающих видов. Он наконец поразил цель и направился к моментально опавшему пламени.

Пожалев несчастную ящерку, я сосредоточилась на поиске иглобрюха. В пыли, поднятой другими участниками, с трудом можно было хоть что-то разглядеть, но все же мне удалось заметить движение возле ворот. По песку медленно катился темный комок, покрытый черно-зелеными иголками. Иглобрюх добрался до стены, ограждающей арену, и обнюхал камни.

Я ринулась к нему, но зверек начал карабкаться вверх, цепляясь за трещины в кладке. К тому времени, когда я оказалась у стены, иглобрюх уже успел забиться в нишу в трех метрах над площадкой. Он свернулся клубочком, встопорщив иголки, и, кажется, задремал.

От возмущения я топнула ногой. И что теперь делать?

Другие участники уже подтягивались к столу для разделки добычи. Энзо рубил все тем же топором окровавленную тушу гиены. Клэр из-за перегородки с восторгом его подбадривала и чуть ли не подпрыгивала от нетерпения на месте. Жозеф надел огнеупорные перчатки и терзал полыхающую живым пламенем саламандру. Лука все еще выслеживал затаившегося хамелеона, а я понятия не имела, что делать с посапывающим надо мной иглобрюхом.

Приказав себе успокоиться, я еще раз припомнила все, что прочла об этом звере в справочнике. В современных реалиях магического мира никому в голову не приходило охотиться на этих животных ради пропитания. Ядовитое мясо никого не привлекало, а с внутренностями никто особо не хотел возиться. Но в древности иглобрюх считался деликатесом, достойным стола правителей.

Существовали специальные ловчие, обученные умерщвлять иглобрюха во сне. Благодаря тому, что животное не пугалось в момент смерти, его мясо оставалось чистым от яда и после приготовления становилось невероятно нежным, сочным и приятным на вкус.

Получается, мне нужно расправиться с иглобрюхом, не потревожив его сон. Да уж, задачка не из легких. Хотя…

Я пригляделась к внушительному комку зеленых иголок внимательнее и попыталась вызвать ощущение жара в животе. Но магия и не думала появляться по моему желанию. Дару явно больше нравилось возникать, когда ему самому приспичит. Вот только я не могла ждать подходящего момента, иглобрюх мне нужен был немедленно.

Когда мы с Морисом ссорились, внутренний жар даже упрашивать не приходилось, возникал и рвался наружу, а тут на тебе, спрятался. Точно! Морис меня вечно выводил из себя. Значит, мне необходимо как следует разозлиться.

Я перебрала в памяти весь наш утренний разговор с Морисом и тут же ощутила зарождающуюся волну жара в области желудка. Отлично! Что он там мне сказал? Что я могу забыть о своем мире? Что я могу попрощаться с женишком? Нет, не так. С никчемным женишком. Да, именно.

Стоило воскресить детали беседы, как меня накрыло новой вспышкой ярости. Ну, Морис! Ты еще ответишь за свои слова!

Жар понесся по венам, наполнил тело легкостью и силой. Я почувствовала покалывание в кончиках пальцев и сфокусировалась на иглобрюхе.

– Останови сердце и перекрой доступ воздуха в легкие! – выкрикнула я, отпуская поток золотистых искр в сторону спящего зверя.

Магия понеслась в заданном направлении, врезалась в иглобрюха и моментально впиталась. А дальше… Дальше ничего не произошло. Я стояла, смотрела на неподвижный комок с иголками и понятия не имела, что же делать.

– Олия! – позвал меня идущий мимо Лука. Он тащил волоком сраженного стрелой хамелеона и улыбался, демонстрируя крепкие зубы.

Я помахала ему и с искренним восхищением оглядела его добычу.

– Ты чего прохлаждаешься? – спросил Лука, встав поодаль, чтобы утереть струящийся со лба пот.

– Да вот применила магию, чтобы умертвить иглобрюха, – с тяжким вздохом призналась я. – Но, кажется, чары не сработали. Он все также сидит в той нише.

Я ткнула пальцем вверх, указывая на злополучного зверя и его убежище.

– Так ты все отведенное время тут простоишь, – захохотал Лука, расправляя заплетенную в три косички бороду. – Твой иглобрюх уже сдох. Отсюда чую его запах. Не знаю, что у тебя за магия такая, но зверь даже не понял, что умирает. Умеешь же ты обращаться с живностью.

Он с уважением покачал головой и направился в сторону разделочного стола, волоча за собой многоцветного ящера.

– Спасибо! – крикнула я ему вслед и осмотрелась в поисках длинной палки, чтобы подцепить иглобрюха и вытащить из ниши.

На стойке с оружием обнаружилось копье. Я подбежала, схватила его за древко и помчалась к стене. Встав на носочки, я дотянулась кончиком копья до бездыханного зверя и сумела подтолкнуть его к краю. Иглобрюх упал к моим ногам.

От облегчения и радости я потрясла копьем, словно угрожая неведомому врагу, и выпалила:

– Да! Есть!

В отдалении послышался голосок Аурелии:

– Никаких манер! Ну что за вульгарная особа!

Я обернулась и встретилась взглядом с Жозефом. Он застыл возле стеклянной перегородки, за которой Аурелия хлопотала над жаровней, и таращился на меня с явным недоверием и даже изумлением. Что это с ним?

Слуги протрубили трижды, возвещая об истечении половины отведенного времени. Я спохватилась, подцепила на кончик копья иглобрюха и отнесла его к разделочному столу. Лука уже закончил кромсать хамелеона, и в моем распоряжении оказалось все рабочее пространство.

Найдя нож с коротким, узким лезвием, я принялась снимать шкуру и потрошить зверя. Тело иглобрюха оказалось мягким и податливым, видимо, благодаря магии. Отделив самые крупные куски мяса и вырезав печень с почками, я убрала остатки в корзину с отходами, а выбранные части тщательно промыла в ведре с чистой водой.

Пришла пора отправляться за стеклянную перегородку и готовить задуманное блюдо.

Здесь участники турнира самозабвенно чистили, шинковали, резали и терли ингредиенты для своих блюд. Натан и Аурелия готовили поодиночке. Первый филигранными движениями расправлялся с громадными внутренностями хамелеона, а вторая посыпала золотистыми искрами тушку саламандры. Близнецы-даймоны вдвоем склонились над внушительной миской с темной жидкостью. В команде Клэр и Энзо зеленокожий здоровяк верховодил, а моя соседка была на подхвате. Они стоически боролись с туловищем гиены, почему-то не очищенным