прекрасным человеком, и я знаю... знала его много лет, ещё с тех пор, как проходила стажировку в лаборатории на последних курсах…

Краем глаза Хоб заметил, как напрягся Клайв. Шаман… Действительно чёртова кличка, только не Кира, а Лихтора. И звали его так не дружки по универу, а студенты. Точнее, Фрэнки решил, что они его так звали. Почему астрофизик вспомнил об этом за минуту до гибели? Не было ли это глюком сознания Мора, который мог видеть кружку на столе Эспер? Но даже если он её запомнил, узнать о прозвище точно не сумел бы: Фрэнк и Лихтор работали над запуском станций раньше, чем безопасник устроился в Сомнию.

— Когда доктор Свон умер, я забрала кружку домой, чтобы лишний раз не задевать Игрид, — продолжила Эспер с тяжёлым вздохом. — Такая история. Просто воспоминание об учёбе. Хренового качества воспоминание о детской глупости. Доволен?

— Спасибо, Эсп. — Хоб мягко улыбнулся. — Прости, что расстроил. Не смею больше мешать нормальному выходному.

— Как в офисе, детектив?

— Без вас проблемы только у финансистов, но Сомния это переживёт. Отдыхайте, от остальных я отобьюсь сам. До завтра.

Как только Хоб вырубил связь и положил планшет, Клайв подскочил к столу, вцепился пальцами в пластик и оглядел напарников с явным «я же говорил!» в глазах. Мор провёл ладонью по волосам и едва слышно процедил:

— Твою ж мать...

— Значит, всё-таки не глюк, — заключил детектив. — Но с какого чёрта Фрэнк вспомнил о такой мелкой хрени?

— Потому что увидел не непонятного астронавта, а вполне знакомого Лихтора? — воодушевлённо предположил Клайв. — Прозрачного немного. Висящего над землёй. Которого лично звал когда-то долбанным Шаманом?

— Думаешь, запись могли подделать? — нахмурился Мор. — Но тогда и остальному доверять нельзя. И потом, судя по словам той же Эсп, одного вида прозрачного Свона и собственной шутки Фрэнки было маловато для того, чтобы поверить в призрака.

— Остальные данные повторяют то, что мы видели на Тлалоке, — с азартом напомнил напарник. — Я сам осматривал место, где убили Фрэнка и Джоу, там всё совпадает. И потом, подделать запись целиком — верх глупости. Чтобы об этом не узнали, мы все должны были не вернуться с Экватора. А вот подретушировать везде понемногу...

— Психослепки, — кивнул Хоб. — Ты прав, у нас накопилось к ним слишком много чёртовых вопросов.

— Нужна ещё одна симуляция, детектив. — Мор упёрся в начальника требовательным взглядом.

— Решил свихнуться и больше во всём этом не участвовать? Есть методы гуманней, дружище.

— Если психослепки кто-то подделал, — усмехнулся он, — и нам подгрузят то, что получила комиссия и нихрена не совпадает с тем, что видели мы сами...

— То нам ничего не грозит, — поддержал Клайв.

Хоб потёр пальцами виски и медленно произнёс:

— Подумаем. А пока... Клайв, откопай мне всех, кто работал с Лихтором над «Шаманом».

Парень вылетел из кабинета так быстро, словно с нетерпением ждал этой задачи. Детектив повернулся к Мору:

— Подумайте хорошо. Если всё это ошибка, мы чертовски рискуем.

— Когда у кратера ты потянулся за стволом, мы рисковали больше, — безразлично бросил тот, встал и с завидной безмятежностью покинул кабинет.

Хоб проводил его кривой усмешкой. Кто бы сомневался, что именно от Мора быстрое движение детектива не укрылось. Интересно, рассказал ли он Клайву? Хотя, даже если да, их обоих это явно не сильно заботило.

Данных не пришлось ждать слишком долго. «Шаман» был экспериментальной разработкой, над которой вместе с Лихтором трудились с десяток его лучших студентов, а известно о системе оказалось критически мало. Несколько мелких заметок в посредственных изданиях, на которые никто не обратил внимания, пара проекций, смутные слухи, загнувшиеся раньше, чем их успели обсудить хоть на каком-то приличном уровне. Казалось, эти исследования умерли раньше доктора Свона, так и не сумев стать сколько-нибудь приличным проектом. И всё же группа энтузиастов работала над «Шаманом» долгие годы, а Эспер не считала идею провальной. Значит, некоторые наработки уже были, тем более, на проекциях студенты не совещались с преподавателем, а корпели над вполне знакомым оборудованием, похожим на то, что стояло в лаборатории Сомнии. Была только одна маленькая проблема...

— Четверо. — Клайв смотрел на напарников с мрачным вниманием. — Из одиннадцати человек, занимавшихся «Шаманом», за последние семь лет в живых осталось только четверо, остальные мертвы. Причины разные, закономерности на первый взгляд нет. Сами угадаете, кому повезло больше прочих?

— Игрид, Эспер, Шилд и Гарнер, — без сомнений выдавил Мор.

— Шилд свалил на Каллисто, — напомнил Хоб. — Вероятно, только это и спасло от внезапной гибели. Там до него никто не доберётся, если только не прилетит следом лично.

— Видимо, он не должен был помешать нашему психопату, — пожал плечами Клайв. — А что станция на Каллисто, что смерть, — одна фигня, узнать и сделать он уже ничего не сможет. Поэтому неинтересен ни нам, ни этому придурку.

— Гарнеру может быть важно не уничтожение психослепков, а «Шаман», — произнёс Мор задумчиво. — Сами смотрите: система замещения личности, фактическое бессмертие, как выразилась Эсп. Никаких болезней, никаких процедур, препаратов, инъекций. Может он быть достаточно долбанутым, чтобы посчитать это достойной платой за мир, в котором его любимая нейробиология стала фанбазой Лихтора и его разработок, а бедняге Джонни это всё терпеть и отвечать на тупые вопросы?

— Здоровье и возможность убрать куда подальше мозолящую глаза Игрид, — охотно согласился Клайв. — Подходит под мотив. А она сама? Могла ли сохранить где-то психослепок любимого папочки, чтобы вернуть при случае, раз так скучает? Серьёзно, за пять лет настолько не смириться с потерей, что до сих пор слышать о нём не в состоянии, — это уже отклонение, тут что нейробиолог, что судмедэксперт будут одного мнения. Тогда ей на руку продаться конкурентам, загрести патент себе и заняться «Шаманом», который не сдался Сомнии.

— Эспер была в восторге от разработок этой системы, она не раз говорила, — через силу выдавил Хоб, потому что должен был напомнить. — Она жутко расстроилась, что смерть Лихтора помешала исследованиям, а Игрид они не нужны. Эсп сама упоминала, что может продолжить разработки. По сути, подружка сейчас мешает ей в научной работе, которая могла бы поставить доктора Кид рядом с её кумиром Своном. То, что Эсп — один из самых преданных фанатов учителя в Солнечной