осознают, что я тоже человек, я для них какая-то капризная машина для исполнения желаний: нажмешь на нужные кнопки лестью и услужливостью, и я дам им все, что они хотят. Своих собственных чувств у меня, естественно, быть не может – Боги создали меня исключительно для удовлетворения чужих капризов и просьб.

– Присядь, Кетот, – я киваю на кресло, – и расскажи мне все.

Он садится, опускает глаза.

– Великая Царица-Регент воистину обладает властью читать мысли.

Не такие уж они у вас и затейливые, чтобы их еще и читать.

– Рассказывай, – я выжимаю из себя доверительную улыбку. – Я вижу, что тебя что-то беспокоит.

Хотелось бы понимать, с чем я имею дело прежде, чем пускаться в эту авантюру с призраками Хольг. А то коршунов вокруг хватает: Диммит еще в своем уме, да и Морн отращивает зубы.

– Моя Царица, – Кетот не поднимает глаз, я впервые вижу, что его лицо меняет выражение, оно становится усталым, осунувшимся, измученным, – Великий Царь Вейт Ритал сделал меня Командиром флагмана флота Альрата, мне была оказана великая честь, которой я не заслуживал…

– Давай к делу, – мягко говорю я, а то все эти «великой милостью» и «не заслуживал» я буду слушать столько, что Хольг действительно прилетят в Радор.

– Но… есть определенные обстоятельства, – Кетот поднимает глаза.

– Какие? – удивляюсь я.

Руки и ноги у Кетота, вроде бы, на месте, да и голова неплохо работает.

– Что с тобой не так? – спрашиваю я.

– Если Великая Царица-Регент позволит, я хотел бы рассказать всю историю.

Если он сейчас играет, то это лучший актер из тех, кого я видела за всю свою жизнь, а я их видела немало, и не только на сцене.

– Говори, – я киваю.

– Я… я имел глупость открыться одному человеку, и теперь этот человек меня шантажирует. Он заставляет меня действовать за спиной Великой Царицы-Регента, в тайне от нее. Это не принесло вреда Великой Царице-Регенту, но я опасаюсь, что это может привести к каким-нибудь последствиям, которых я не осознаю.

Мои брови взмывают вверх. Очень интересно…

– И кто же этот человек? – спрашиваю я. – И чем он тебя шантажирует?

Из внутреннего кармана кителя от достает сложенный в несколько раз лист бумаги и протягивает мне. Все интереснее и интереснее… Я беру лист и разворачиваю его. На листе карандашом нарисованы несколько сценок: на первой обезьяна в военной форме засовывает руку в карман другой обезьяне в военной форме, которая этого не замечает, на второй – все та же обезьяна смотрит горящими глазами на кошелек с монетами, на третьей – прячет его в огромный сундук. Обезьяна-вор, даже будучи обезьяной, невероятно похожа на Кетота. Так Командир Кетот у нас ворует? Я хмыкаю. Да, уж, действительно, – это препятствие для того, чтобы командовать кораблем. Но почему он с таким драматическим видом мне в этом признается? И кто его шантажирует, вынуждая делать что-то у меня за спиной? Мои пальцы стискивают лист и белеют. Не узнать этот стиль невозможно.

– Сентек… – шепчу я.

Кетот кивает. Дрожащей рукой я кладу лист рядом с собой на диван.

– Расскажи мне все.

– Великая Царица…

– Все! – рычу я. – И мне наплевать, хоть ты вор, хоть убийца!

– Он предложил меня нарисовать, Великая Царица, я не мог отказать. Мы разговорились, он предложил мне выпить…

Выпить… Ну, конечно… как неожиданно для Сентека! Он даже на космическом корабле ухитряется найти выпивку, хотя я строго-настрого запретила давать ему хоть каплю спиртного. О чем этот бестолковый Кетот думал? Я что неясно выразилась?

–… я отказывался, но он заставил меня позвонить Благословенному Морну, и тот за него поручился.

– Морн? – знакомое имя привлекает мое внимание.

– Благословенный Морн, – Кетот кивает.

Ну да… где один, там и второй. Всегда неразлучны. Поддержат друг друга по любому вопросу.

– И что?

– Я напился, а Великий Архитектор, он, кажется, пил и вообще не пьянел. Я не знаю, почему, но мне вдруг показалось, что я могу ему рассказать…

Конечно! Приказ Великой Царицы Альрата для него ничто, а вот то, что Благословенный Морн поручился за Сентека – это решает все проблемы.

– Рассказать что? – почти машинально уточняю я.

– О моей болезни.

– О болезни? – я иронично смотрю на него. – Брать взятки – это болезнь, Кетот?

А что еще может значить этот рисунок?

– Взятки? – лицо Кетота искажается, хотя мне сложно было представить, что он способен на столь выразительное проявление эмоций. – Нет… И да простит меня, Великая Царица-Регент, вероятно, я не так…

– А что тогда? – перебиваю я его.

Что ты такое рассказал Сентеку, что он подцепил тебя на крючок?

– Это болезнь. Клептомания… Это не обязательно деньги, это могут быть разные мелочи. Я сам не понимаю, как это происходит.

Клептомания? Ни разу не видела клептомана.

– Разве это не лечится? – с сомнением спрашиваю я.

– Видимо, не в моем случае, – Кетот качает головой.

Что ж, Кетот из хорошей семьи, у него много денег, полагаю до сегодняшнего дня ему удавалось откупаться от тех, кто знал о его секрете. Но Сентеку деньги не нужны, у него их предостаточно.

– И что было потом? – спрашиваю я.

– Великий Архитектор попросил меня об услуге, это было нарушение, но не слишком существенное. У него есть золотое кольцо, он хотел положить его ближе к реактору, по ту сторону защитного экрана. Это возможно, но нельзя носить к реактору все, что душе угодно. Я отказал ему, тогда он стал мне угрожать, что откроет мой секрет, и это станет достоянием гласности. Как он сказал, Благословенный Морн тоже об этом знает. Мне ничего не оставалось, как согласиться…

Какое-то кольцо, реактор, снова Морн… Я не могу разобраться в этой ерунде.

– … Я положил кольцо к реактору, а через некоторое время оно начало светиться. Великий Архитектор приказал его достать. Потом он приказал мне сделать так, чтобы мы приблизились к одной из частей Радора. Для этого мне пришлось обмануть Великую Царицу-Регента, сказав, что мы вынуждены уходить от метеоритного потока. Великий Архитектор приказал мне высадиться на одном из астероидов и отвлечь Великую Царицу-Регента на несколько часов. Это все, что мне известно.

Ну что тут скажешь… Командир флагмана флота Альрата, который тащит все, что плохо лежит, сам этого не понимая, это, конечно, не очень хорошо, но, с другой стороны, и женщина во главе армии – не такое уж и частое явление на Альрате. Я складываю рисунок и отдаю его Кетоту.

– Командир Кетот, давайте-ка уничтожим этих проклятых Хольг, – я улыбаюсь.

Он встает, уже в десятый раз за наш разговор кланяется,