Я уставился на него с пустым выражением лица, и Дерек вздохнул.

— Чувак, тебе сегодня двадцать четыре.

— Я забыл, — пробормотал я, почесав затылок в замешательстве. Господи, время летело так быстро, что я едва успевал перевести чертово дыхание…

— Мой — двадцать четвертого июля, — усмехнулся Дерек. — Отмечу в календаре.

— С днем рождения, Кайл, — крикнула Ли, влетая в гостиную с Хоуп на руках. — Вот, — пробормотала она, подходя ко мне и протягивая конверт. — Это совсем немного. — Ее щеки покраснели. — Я тебе потом это компенсирую.

— Спасибо, малышка, — усмехнулся я, принимая открытку.

Подхватив Хоуп на бедро, она улыбнулась и сказала:

— Я приготовлю тебе праздничный завтрак, — и выбежала из комнаты.

— Черт, — пробормотал Дерек, поерзав и вытащив из-под своей задницы мягкую игрушку. — Она нас отравит.

— И мы съедим все до крошки, — предупредил я. — Даже если это нас убьет, мы съедим все, что она положит нам на тарелки.

— Истинная любовь, — задумчиво сказал Дерек. — Есть потенциально смертельную еду и делать вид, что она вкусная.

Он крутил в руках плюшевого мишку, глядя на него рассеянным взглядом.

— Во сколько придет Трейси?

Я посмотрел на время в телефоне.

— Она должна быть уже скоро. И я хочу, чтобы ты был с ней вежлив.

После похорон Линды Трейси приходила к нам каждый день, и Ли постепенно налаживала связь с матерью. Было очевидно, что Ли боялась снова быть раненой, а Трейси боялась надавить слишком сильно и разрушить хрупкие отношения, которые они пытались построить. Но они обе старались и медленно создавали свои маленькие отношения матери и дочери, и я, черт возьми, гордился Ли за то, с каким достоинством она справлялась со всем этим.

С Дереком же все было иначе. Он был холоден до откровенной грубости. У него было стабильное детство в нормальной семье, и, думаю, именно поэтому он был так беспощаден к Трейси. Он не понимал, потому что никогда не был бродягой. Он не мог сопереживать, потому что не мог соотнести это с собой.

Я тяжело вздохнул.

— Она старается, Дерек. Мы все совершаем ошибки. Никто не идеален.

— Я ей не доверяю, Кайл, — просто сказал он. — Она что-то скрывает.

— Что именно, чувак? — раздраженно спросил я. Мы уже неделями вели один и тот же чертов разговор.

— Не знаю, — прорычал он. — Но с ней что-то не так. Я чувствую это костями.

— Ли нравится, что она рядом, — предупредил я. — И Хоуп ее обожает, так что даже не думай сеять сомнения в голове Ли.

— У меня нет такого намерения, — ровно ответил он. — Я сам во всем разберусь.

— Как скажешь, — пробормотал я, устав от этого тупика.

— Кайл? — раздался голос Трейси из коридора, и через секунду хлопнула входная дверь.

Дерек злобно посмотрел на меня.

— Ты слишком щедро раздаешь код от ворот, не находишь?

Я закатил глаза и уже собирался ответить, как Трейси крикнула:

— У вас случайно нет домашнего животного?

Я нахмурился.

— Нет. А что?

— Вчера, когда я уходила, на пороге сидела собака, — ответила она. — И, надеюсь, вы не против, но я привела ее с собой. Я боялась, что она замерзнет.

— О боже, о боже, — завизжала Ли. — Смотри, Хоуп. Щенок.

Глаза Дерека полезли на лоб, и он вскочил со стула.

— Твою мать, — выдохнул он. — Он вернулся.

— Прекрасно, — процедил я сквозь зубы и пошел по коридору на кухню. И, разумеется, вот он — этот облезлый мелкий ублюдок, с торчащими нижними зубами, одетый в… — Он что, в пальто?

Я покачал головой и подошел ближе.

— Ты купила ему розовое пальто, Трейси?

— Да, — хихикнула она, прижимая собаку к груди. — Она такая милая, правда, Поппи?

— Что это за хрень? — потребовал Дерек.

Подойдя к ним, он выхватил собаку у нее из рук.

— Его зовут Кевин, и он мужик, — процедил он. — Ты ему мозги испортишь своими ленточками и бантиками… — Он замер и принюхался. — Ты что, надушила его?

— Я ее вымыла, — резко ответила Трейси. Я удивленно поднял брови. У Трейси были когти. — Мои средства женские, — добавила она защищаясь. — И я ее подстригла.

— Он не она, — огрызнулся Дерек, разворачивая собаку в руках. — Ты что, никогда не видела пару…

— Умерь тон, — предупредил я. — В комнате моя дочь.

— Мы можем его оставить, Кайл? — умоляла Ли, подпрыгивая передо мной, как кудрявый чертик из коробки. Она выглядела счастливее, чем я видел ее за последние недели. — Пожалуйста.

— Ни за что, Ли. — Я покачал головой. — Ни за какие деньги.

Я прекрасно знал, что выгуливать его буду я, и вставать ночью — тоже я.

— Ни за что.

Сняв Хоуп со стульчика, Ли направилась ко мне, и я поспешно отступил.

— Нет-нет-нет, — предупредил я. — Даже не думай идти вдвоем на меня.

— Посмотри ей в глаза, Кайл, — надавила она. — Скажи своему ребенку, что ей нельзя щенка.

— Это не сработает, — простонал я, закрывая глаза рукой. — Убери эти глаза от меня.

— Па-па-па, — пробормотала Хоуп. — Гав.

— Черт возьми, — простонал я, чувствуя, как сердце сжимается.

— Пожалуйста, Кайл, — умоляла Ли, и клянусь, она умела делать свои глаза размером с блюдца. — Пожалуйста, я все буду делать сама. Тебе не придется и пальцем шевелить.

— Ли, мы не можем его оставить, — вяло возразил я, уже зная, что мне конец.

— Кайл, — простонала она. — Пожалуйста. Я сделаю все.

Приговаривая что-то Кевину, который уже деловито расхаживал по моей чертовой кухне, Ли усадила Хоуп на пол и выпрямилась. Руки в бока, взгляд — прямо в меня.

— Ты бизнесмен, — сказала она серьезным тоном. — Давай обсудим это как взрослые.

— Я тебя слушаю, — сказал я, с трудом сдерживая смех.

— Я хочу собаку, Кайл, — заявила Ли. Подойдя ближе, она положила левую руку мне на грудь и улыбнулась. — Назови свои условия.

— Нет, Поппи,