— И больше никогда не сможет, — твердо ответила Ли. — Так что успокойся…

Раздался зуммер у ворот, и Ли автоматически вздрогнула, уткнувшись лицом мне в шею.

— Все хорошо, — успокоил я. — Это просто домофон. Кто-то у ворот.

Обняв ее за спину, я встал и пошел в холл, неся ее на себе, как плющ.

— Да? — сказал я, нажимая кнопку.

— Мистер Картер, — раздался знакомый женский голос, и Ли напряглась у меня на руках. — Извините за беспокойство в такой поздний час, но не могли бы вы впустить меня? Мне нужно обсудить с вами кое-что важное. Это касается Джимми Беннетта.

— Проходите, — ответил я Келси, не сводя глаз с Ли.

— Как думаешь, что случилось? — прошептала она. — Кайл, а вдруг это что-то плохое…

— Плохого быть не может, — сказал я, занося ее на кухню.

Подсадив Ли на столешницу, я положил руки ей на бедра.

— Просто расслабься. Скоро узнаем.

Раздался звонок в дверь, и мы тревожно посмотрели друг на друга.

— Мы правда хотим это знать? — нервно спросила Ли.

— Да, — уверил я ее, целуя кончик носа. — Отпусти меня, принцесса. Мне нужно открыть дверь.

— А, да, — покраснела Ли, расплетая ноги. — Прости.

Господи, она сидела с раздвинутыми ногами и грызла губу…

Покачав головой, я поправил выпирающий бугор в джинсах и открыл дверь.

— Это…?

— Хорошие новости? — закончила за меня Келси, кивая. — Очень хорошие. Потрясающие новости.

— Я не понимаю, — сказала Ли, ставя две кружки кофе на обеденный стол. — Его же арестовали всего несколько недель назад.

— У вашего отца послужной список длиной с руку, — ответила Келси, делая глоток. — И у вашего отца есть друзья на самом верху, — добавила она, бросив взгляд на меня.

— Я знаю своего отца, — возразила Ли. — Он никогда бы не признал вину.

— Джимми понял, что для него это конец дороги, — мягко сказала Келси. — Это хорошие новости, Ли. Ты понимаешь, что это значит?

— Никакого суда… — выдохнула Ли.

— Это уже оформлено? — спросил я, притягивая Ли к себе на колени. — Это окончательно или очередной бред?

— Все уже произошло, — улыбнулась Келси. — Сегодня утром было экстренное заседание. Он признал вину. По всем пунктам. Так что да, мистер Картер. Все решено.

— И вам стоит поблагодарить своего отца, — добавила она. — Нам бы он пригодился в деле Грейсона.

— О, Кайл… — всхлипнула Ли, обвивая мою шею. — Это правда конец. Он правда исчез.

— Тебе нужно вернуться в больницу? — спросила Ли, когда Келси ушла, и мы лежали в нашей постели. — Я знаю, что мне нельзя знать, но я могла бы поехать с тобой… подождать в машине…

— Нет, — прошептал я, крепче обнимая ее и целуя в волосы. — Просто полежи со мной немного.

Закрыв глаза, я зевнул и устроился поудобнее.

— Я так давно не спал, Ли. Я очень устал.

— Спи, Кайл, — прошептала она. — Хотя бы немного. Все наши беды могут подождать до утра.

ГЛАВА 16

Кайл

— С ней все в порядке? — потребовал я, едва увидев Синди, сидящую на полу у двери палаты Линды. Я буквально вывалился из постели и помчался в больницу, прослушав ее истеричное голосовое сообщение. — Синди, — прошипел я. — Что случилось?

— Прости, что позвонила тебе посреди ночи, — рыдала она, голос дрожал от эмоций. — Но уже почти… пора. Тебе нужно попрощаться, Кайл.

Почти пора…

Тебе нужно попрощаться, Кайл…

— Ты уверена? — прохрипел я.

Синди печально кивнула.

— Врач уже был, — всхлипнула она. — О-он сказал, ч-что она борется. — Закрыв лицо руками, она разрыдалась. — Ты должен сказать ей, что все х-хорошо, Кайл, — умоляла Синди. — Скажи ей, что можно уходить. Мы все ей это говорили… но она держится. — Она зарыдала еще сильнее. — Ты должен дать ей покой. Именно от тебя ей нужно это услышать.

Судорожно выдохнув, я открыл дверь палаты Линды и заставил себя войти, медленно подходя к ее кровати.

Пэтти хотела встать, но я покачал головой и вместо этого опустился на колени. Так было безопаснее. Мое тело было ближе к полу, потому что я почти наверняка знал: что-то внутри меня балансирует опасно близко к краю. И когда она… когда придет время — оно сломается.

— Это я, Линда, — прошептал я, беря ее холодную, покрытую венами руку в свою. — Я здесь, как и обещал.

Хрипящий, булькающий звук в ее груди — то, что будет преследовать меня вечно.

— К…

— Тсс, — мягко сказал я, прижимаясь губами к ее руке и переплетая наши пальцы, пока слезы катились по моему лицу. — Просто расслабься, — прошептал я. — Ты в безопасности. Я здесь. Я чертовски сильно тебя люблю.

Прикоснувшись щекой к ее руке, я наконец сказал то, что должен был сказать ей много лет назад.

— Ты была больше, чем… — голос сорвался, и мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем я смог продолжить. — Ты была для меня больше, чем просто матерью, — всхлипнул я. — Ты была лучше… и я так… я так благодарен тебе.

Ее горло захрипело — черт возьми, захрипело.

— С…

— Тебе нечего бояться, — пообещал я, снова и снова целуя ее руку. — Это твое новое приключение. Все хорошо… — Я крепко зажмурился и заставил себя произнести слова, которые должны были освободить ее. — Все будет хорошо. Со всеми… Со мной — тоже все будет хорошо.

— Х…

Я забрался на кровать рядом с ней, прижал ее к себе и держал, шептал, как сильно люблю ее, пока ее тело коротко дернулось, дыхание захрипело, и жизнь покинула ее.

— Кайл, — услышал я чей-то голос. — Она ушла.

— Просто… дайте мне минуту, — прошептал я, сжимая в объятиях единственную мать, которую я когда-либо знал, пытаясь смириться с тем, что это — конец.

Все было кончено.

Ее больше не было.

ЛИ

Я заправляла нашу кровать, когда дверь спальни распахнулась, с грохотом