Игл не в состоянии долго дуться, а потому в один из вечеров мы стали свидетелями интересного разговора.

– Гарольд, ты знаком с миледи Бонин? – громко спросил Игл, будто не замечая, какое произвел впечатление на Викарда и Лаэрта своим вопросом.

– Мы были представлены, но на этом наше знакомство ограничивается, – озадаченно посмотрел на друга Гарольд. – Что за интерес?

– Наверняка прекрасная Илира должна дружить с милашкой Бонин, – ушел от ответа Игл.

– Возможно. Они в последнее время много общаются, участвуя в отборе, – поняв, что вопросы друга не из праздного любопытства, Пакрин оживился и подошел к нему ближе.

– Уверен, – удовлетворенно кивнул головой Игл. – Ты бы мог написать сестре, чтобы она передала мою просьбу Бонин?

– Какую? – одновременно спросили Лаэрт и Викард, вызвав довольную улыбку на лице интригана.

– Вам об этом знать не обязательно, – шутовски раскланялся тот. – А Есеня касается непосредственно.

Оба наследника, претендующих на внимание госпожи Бонин, скрестили на меня тяжелые взгляды.

– Почему меня? – удивилась я, почувствовав неприятный холодок, пробежавшийся по коже.

– Время у нас для постановки ограничено, и кто-то должен научить тебя носить женское платье, – объяснил веселящийся интриган.

– Игл прав, – неожиданно поддержал Гарольд. – Волис получил свою роль, актеры второго плана учат реплики, и только Есень прохлаждается у Шторма.

От возмущения поперхнулась словами. Прохлаждаюсь?! То есть то, что я едва могу шевелить руками и ногами к концу дня, никого не волнует?

– Но почему Бонин? – недовольно буркнул Лаэрт.

– Конечно, можно попросить Натали или кого-нибудь из утешительниц, но нам необходим пример благородной миледи, – воодушевленно говорил Игл.

– Почему Бонин, а не скажем Илира? – поддержал друга Викард.

– Илира наверняка очаровывает принца, а симпатия милашки Бонин явно предназначается Есеню, – зеленоглазый баламут расплылся в широкой улыбке.

– Да с чего вы взяли?! – взорвалась негодованием, почувствовав себя неуютно между наследниками, сверлящими меня ревнивыми взглядами. – Мы виделись с ней всего один раз!

– Порой одного взгляда или вздоха хватает, чтобы потерять голову от любви, – с видом знатока сообщил Игл. – Гарольд, договорились?

– Сделаю, – с готовностью согласился тот.

– Парни, почему вы возмущаетесь? Обучение Есеня и репетиции можно посещать в любое время. Когда появится возможность общаться с миледи Бонин вне стен дворца и официальной обстановки? На мой взгляд, будет весело!

– Тебя только веселье интересует, – буркнул Лаэрт, но я успела уловить изменение в его настрое.

– Плакать что ли? – откровенно рассмеялся Игл. – Я всегда ищу возможности, а не вздыхаю тихо в подушку. Вирил, хорошо я придумал?

Голубые глаза блондина говорили лучше слов. Он испытывал огромную благодарность к балагуру, не щадившему его чувства.

– Есень, я переписал для тебя отдельно монологи, – после ужина подошел ко мне Игл. – Но сценарий полностью ты обязан прочесть. Остальные готовятся к постановке. Времени у нас мало.

– Это обязательно? – опасливо взяла в руки пачку листов.

– Можешь выйти перед королем и придворными на сцену и молчать. Позориться тебе никто не помешает, – Игл обидчиво скривил губы.

Он развернулся и отошел, оставив меня один на один с очередной проблемой. Читать я умела, хотя не столь бегло, как наследники. В общем, погрузилась в процесс. Вот тогда-то я и узнала, насколько влипла.

История была о девушке, которая, чтобы сблизиться со своим возлюбленным, переоделась в юношу. Дочитав до поворота сюжета, потрясенно посмотрела на наследника Берла. Он смотрел на меня, не отрываясь, а в зеленых глазах плескались смешинки.

– Это что? – заикаясь, спросила у него, тыкая указательным пальцем в листы.

– Комедия, – радостно объяснил Игл. – Инструкция по управлению мужчинами.

– Работает? – заинтересовался Викард.

– Проверим, – подмигнул зеленоглазый весельчак и махнул рукой, чтобы не отвлекалась.

Читала я до поздней ночи, когда наследники давно уснули. С каждой сценой убеждалась, Игл знает, что я девушка. Некоторые моменты очень походили на ситуации из нашей жизни.

– Есень, ты спать не собираешься? – неожиданный вопрос застал врасплох.

Вздрогнула, резко обернулась и рукой смахнула несколько листов на пол.

– Что тут? – зевнув, спросил Лаэрт и, присев, собрал труд Игла.

Он пробежался взглядом по строчкам и посмотрел на меня.

– Помочь? Непривычно без тебя засыпать.

– Не надо! Я почти закончил! – всполошилась, смутившись.

– Давай вместе, – пододвинув ближе стул, устроился в непосредственной близости Эджин. – Я читаю за героя, ты за девушку. Начали.

Эджин читал спокойно, а я волновалась не на шутку. Переживания героини оказались схожи с моими, и, если она была уверена в том, что любит своего милорда, то я … Я не могла признаться себе, даже чужими словами. Просто не имела право!

– Мда-а Игл постарался, – закончив чтение, протянул Лаэрт. – Как ему в голову пришла идея с переодеванием.

– Действительно, – согласилась я, опасаясь смотреть ему в глаза.

План по привлечению госпожи Бонин Игл принялся воплощать с раненого утра. Едва успела вернуться из душа, как он решительно принялся будить Гарольда, требуя написать сестре.

– Есень, тебе письмо, – помахал перед моим лицом надушенным конвертом Игл после ужина.

Я надеялась присесть в любимый угол за шкафом, чтобы прикрыть глаза и немного отдохнуть, как снова стала центром внимания.

– Мне? – вяло удивилась я.

– От милашки Бонин, – пропел с довольным видом наследник Берл. – Она приглашает тебя в гости.

– Ты все-таки ей написал, – недовольно проворчал Лаэрт.

Я понимала его возмущение. Сегодня опять пришлось выложиться полностью, и вдруг неунывающий весельчак снова решил потешиться за наш счет.

– Разумеется. Скоро приступим к репетициям. Пока все учат роли, а в ближайшие выходные начнем, – оповестил Игл. – Я составил график посещений, согласовал его с хранителями порядка и правил и утвердил у Шторма. Есеню разрешат покидать академию для обучения у милашки Бонин.

– Ты говорил, мы тоже сможем с ней встречаться, – напомнил Викард.

– Разумеется! Я выправил разрешение для всех нас. Я молодец? – разведя руки, он поворачивался ко всем, требуя внимания и одобрения. – Есень, ты что-нибудь выучил?

– Я прочитал, – неохотно отозвалась в ответ.

– Какая несознательность, – покачал головой Игл. – Придется взяться за тебя основательно.

Никто за меня не вступился. Хоть я и возмущалась, что