именами, Чайя. Не бегство, а тактическое отступление», — поддержал веселье своей божественной помощницы.

«Как скажешь, — былое настроение вернулось к Чайе мгновенно, а весёлые нотки из её голоса тут же улетучились. — Одной попытки нам будет достаточно.»

Заявление богини было настолько уверенным, что я утратил все сомнения. Призвав щит из лунной стали, покинул Теневое пространство, оказавшись аккурат напротив иномирца с необычным Даром.

— А вот и ты, — на чистейшем русском бросил мой противник и вскинул свою руку.

Времени на разговоры не было, а потому в это же мгновение я оказался закрыт огромным башенным щитом из лунной стали. Раздался оглушительный треск, а в ушах зазвучал неприятный писк, который был порядком тише, нежели в воспоминании моего Двойника. Однако душа иномирца всё ещё ощущалась моим Даром.

«Я не попал», — констатировал очевидный факт.

Счёт пошёл на мгновения. Но самое главное, что я мыслил, следовательно, существовал и ещё не помер от внезапного разрыва моего тела. Щит в моих руках также остался цел, чего нельзя было сказать о нескольких деревьях в стороне от меня. Видать, звук, отразившись, сменил свою частоту и поразил собой несколько массивных сосен.

Необходимо было что-то предпринимать, прежде чем иномирец отойдёт от шока и атакует вновь, подобрав при этом частоту, благодаря которой моя защита станет абсолютно бесполезной.

К тому же проблема заключается в том, что волна распределяется не в одном заданном направлении, а в определенном секторе от иномирца. Вдобавок она ещё и невидима человеческому глазу. Я, конечно, смогу уклоняться лишь на одном чутье, но толку? Рано или поздно ошибусь и, считай, стану покойником.

В голове начал всплывать образ княгини Беловой. Ей подвластен свет. А свет быстрее звука. Похоже, придётся привлекать её там, где мои техники бессильны.

Я уже хотел было использовать то самое тактическое отступление, которое Чайя назвала бегством, как понял, что душу иномирца я уже не чувствую. Аккуратно опустив щит из лунной стали, я выглянул из-за него и увидел обезглавленное тело своего противника, которое застыло в стоячем положении. Рядом с ним спокойно стояла Чайя, обтирающая духовный клинок о край рубахи иномирца. Лишь после того, как она закончила, тело рухнуло наземь, окропив окружающее пространство тёмно-багровой кровью.

— Я бог, а не человек, Саша, — ухмыльнулась Чайя и, склонив голову на бок, добавила: — Наши тела устроены по-разному. Я мало, что поняла, из твоих слов насчёт звука. Но мне хватило того факта, что на различные субстанции звук влияет по-разному. А против моего клинка ни у кого нет шансов, даже у звука.

— Логично, — быстро согласился я, после чего ещё раз взглянул на обезглавленное тело иномирца. — Можно в принципе и так было решить вопрос.

Глава 29

— Что значит «не успели»⁈ Вы не могли не успеть! У вас просто не было желания вступать в бой с противником, слабаки! — ревел Зуб на какого-то мужика в военной форме с погонами полковника на плечах. Тот аж голову вжал в плечи, явно не ожидая такой взбучки от, казалось бы, офицера, давно ушедшего в отставку. — Значит так, забираешь своих немощных, и все вы дружной гурьбой катитесь на хер отсюда! Не можете продвигаться — будете охранять уже возвращённые территории. Мой вам совет: отнеситесь к этому заданию со всей серьёзностью, — голос Зубинина не намекал на какие-либо препирательства со стороны полковника. — Хуже опытного врага лишь никакущий союзник. Я всё сказал.

Офицер бросил взгляд исподлобья на одного из генералов, крутящихся вокруг командира моей гвардии, на что тот мгновенно покраснел, став похожим на помидор, и коротким кивком головы позвал, судя по всему, своего подчинённого на разговор тет-а-тет. Не удивлюсь, если генерал придёт замолвить словечко за своего офицера, однако уверен, что Зубинин будет непреклонен.

— Развлекаешься? — спросил я, выйдя из Тени неподалёку от Зуба.

Антон Васильевич пусть и не вздрогнул, однако проговорил:

— Никогда не привыкну, что ты так делаешь, Саша, — глухо заявил мужчина, после чего широко улыбнулся и добавил: — Армейцев нужно держать в ежовых рукавицах. К сожалению, кроме кнута они ничего другого не понимают, поэтому никаких пряников в работе с регулярной армией.

— Ты в этом разбираешься получше моего, Зуб, — согласился я с командиром гвардии. — Краткий расклад? Где нужна моя помощь?

— Если кратко, — сделал паузу Зубинин, чтобы резко выдохнуть: — то везде.

— Поясни, — невольно нахмурился, потому как считал воинов объединённой армии весьма и весьма умелыми.

— Мы встали, — коротко обозначил Зуб, чтобы сразу развернуть свой ответ более подробно: — Иномирцев гораздо больше нашего. Теперь среди них частенько попадаются Одарённые, способные завернуть нашу гвардию в бараний рог. Приходится сдерживать наступление, чтобы не нести потерь. Они есть, но не так много, как могло бы быть. Боюсь, не было бы наших девчонок и лисиц, нас бы уже ополовинили двухсотыми и трёхсотыми.

— Тогда почему эти здесь? — кивнул я головой на сборище генералов, трущихся неподалёку. — Каждый из них является высокоранговым Одарённым, способным внести существенный вклад в нашу победу.

— Предпочитают загребать жар чужими руками, отдавая команды нижестоящим подчинённым, — горько усмехнулся Зуб, после чего слегка склонился ко мне и более низким тоном добавил: — Видишь ли, Саша, генералы — народ своенравный. Многие из них являются людьми благородными. Им не нравится, что команды раздаёт левый человек, который не состоит на службе в имперской армии. И если полковникам хватает слова императора, то генералам — нет. А мой Дар, к сожалению, не располагает к тому, чтобы вносить свою точку зрения непослушным господам с помощью силы.

— Вот, значит, как, — я оглядел горстку высокопоставленных офицеров армии Российской империи убийственным взглядом, после чего громко заявил: — Так как император отбыл в столицу по неотложным делам, управление военной кампанией я беру на себя. Возражения?

— Имеются. А как же князь Долгоруков? — возмутился один из генералов. — В конце концов воины регулярной армии превосходят своим количеством Родовых гвардейцев. Потому и править балом должен министр обороны. При отсутствии Его Императорского Величества, разумеется.

— В отличие от вас, господа офицеры, министр обороны предпочёл сражаться с врагом, а не отсиживаться за спинами товарищей. Его Сиятельство Сергей Андреевич Долгоруков получил серьезные ранения во время сражения с членами Ордена Безликих. И пусть последний полностью перестал существовать, министр, к сожалению, в данный момент времени