слышно, что он боялся ее. Он боялся, что она приедет и кинется к нему в объятия, он считал, что все это время она думала только о нем. Как бы не так! Она думала лишь о том копе, что посадил ее на десять лет.

В доме, адрес которого ей скинул Чак, было все, что нужно. Она вдохнула аромат жилых, не тюремных стен. По правде сказать, здесь было даже больше, чем нужно. Особняк был слишком шикарен для нее одной. Пока она добиралась сюда, узнала знакомые улицы лишь по дорожным знакам и по парочке старых домов. Все изменилось с тех пор, абсолютно все. Эта жизнь просто выбросила ее, этот ублюдок испортил ей все планы, но теперь настанет ее черед. Интересно, он уже в курсе, что она на свободе?

Она вышла из душа и, закурив сигарету, взяла телефон.

– Ты не прислал мне пистолет, – буркнула она в трубку.

– Пистолет? – удивился Чак. – Я прислал тебе сотню тысяч! Может, ты купишь сама?

– Я не хочу рисковать.

– Если не хочешь, зачем тебе тогда пистолет?

– Не задавай лишних вопросов, Чаки.

– Хорошо, я пришлю тебе корзину цветов.

Она скорчила недовольную рожу.

– Не шипи, – послышалось в трубке. – Пистолет будет там.

Бросив свой новомодный телефон, она села за ноутбук.

В этом доме было все, кроме оружия, и ничего из этого ей не принадлежало. Чак заверил, что купит ей новый дом и обеспечит новую жизнь, но для начала нужно было расквитаться за старое.

Имя этого идиота, поймавшего ее в аэропорту, вертелось у нее в голове каждый день, что она провела в тюрьме.

Она вбила его в поисковике.

Фрэнсис Бейли, сержант полиции, – на нее смотрело до тошноты знакомое лицо.

Значит, он все еще жив. Неужели никто его не прикончил? Он будто бы ждал ее.

Она еще долго рылась по базам, выясняя, где живет Фрэнсис. Жил он, как оказалось, все там же. Идиот даже не поберег себя. А она ведь обещала прикончить его, когда он запихивал ее в машину. Он тогда только ухмыльнулся в ответ.

– Ну что, сержант Бейли, – ухмыльнулась она. – Смеется тот, кто смеется последним?

Она записала номер его дома, когда в дверь позвонили.

– Доставка цветов! – раздался громкий басистый голос.

Кто-то из охраны Чака, поняла она и отложила ноутбук.

«С освобождением, дорогая», – гласила открытка, привязанная к одной из роз.

Она сорвала ее и, скомкав, бросила на пол. Потом вытряхнула все цветы, под которыми лежал он – «Глок–19», с магазином на пятнадцать патронов. Взяв его в руки, как ребенка, она поднесла его к лицу и жадно вдохнула металлический запах.

Теперь все пойдет так, как надо, как она давно и хотела.

Давно она не сидела в машине по несколько долгих часов. Этот новенький «Мерседес» ей подогнал Чак, но и на этих кожаных сиденьях у нее болела спина. Пялиться в этот бинокль ей порядком уже надоело. Нанимать детектива было совсем не с руки. Да и кто согласится следить за полицейским? Все приходилось делать самой, но зато получилось все разузнать.

Она узнала его точный график и время, когда Бейли обычно приходит домой. Сейчас было как раз то самое время. Она стояла недалеко от его дома, выжидая подходящий момент. У нее был отличный план: он приедет на своей машине, припаркует ее около дома, а она подкрадется к ней ночью и перережет тормозные шланги.

Все так и будет, все так и должно было быть, если бы не одно «но»…

Совсем другая машина завернула в сторону его дома и остановилась напротив, кто-то открыл пассажирскую дверь.

– Ну, бывай! – крикнул из автомобиля кто-то. – Завтра тебя забрать?

– Не надо, возьму такси.

Это был он – чертов Бейли!

Водитель простоял еще немного и уехал той же дорогой.

Как она просила ее отпустить, пока он волок ее до дверей аэропорта, пока вез на машине в участок… Она клялась и божилась, что уйдет из криминала, предлагала ему немалые деньги, но он не согласился ни на что, так и отдал ее своим, подписав приговор.

Ненависть скрипела на зубах, злоба не давала дышать, пистолет был на всякий случай, и, кажется, этот случай настал. Она дождется, пока он заснет, и проникнет в этот чертов дом.

Глава 8

Фрэнсис

Льюис был мертв, и Фрэнсис отдал бы многое, чтобы это ему лишь показалось. Льюис лежал на полу с огнестрельной раной в груди. Рядом лежал пистолет. Результатов ждать еще не скоро. У них там завал – так сказал ему Рон.

Тело осматривали эксперты, фотографировала Надин, с женой говорил психолог. А Фрэнсис никак не мог вспомнить, сколько времени прошло с тех пор, как он видел его в последний раз.

Квартира Льюиса находилась недалеко от полиции. Лишь в двух кварталах от них. Сколько он простоял в той толпе? Полчаса? Потом был участок, разговор с капитаном, новости, звонок о смерти…

Звонок о смерти.

Он ненавидел такие звонки.

Фрэнсис стоял на лестнице, еле держась за перила. Мимо него пронесли тело, накрытое с головой. Носилки спускали медленно, те, кто его нес, были с ним тоже знакомы. Медлительность в этом деле как дань, последнее, что можно сделать для человека, – быть осторожнее с его телом. Носилки спускались по лестнице, поймав пару вздохов соседей.

– А кто это? – раздалось на площадке. – Как жаль. – Открылась и тут же захлопнулась чья-то дверь.

Фрэнсис не мог сдвинуться с места, так и стоял, шатаясь, вспоминая его лицо, нервное, красное, но все же живое.

Ведь это был он? Или ему показалось?

– Показалось, – бормотал Фрэнсис, растирая пульсирующие виски. Боль опоясала голову. Воздуха не хватало.

Фрэнсис расстегнул ворот рубашки, но это не помогало.

Наверное, Льюис все же успел вернуться домой. Тут его и убили. Но кто? Жена вернулась со смены и обнаружила тело на полу. Сколько он так пролежал? Хотя как сколько? Он же видел его час назад. Мысли путались в голове, натыкаясь одна на другую, сбивая привычный ритм…

– Или мне показалось, – пробормотал Фрэнсис.

«Массовое сумасшествие в городе, так тщательно скрываемое властями, уже не кажется выдумкой», – вспомнил он слова репортерши.

– Массовое сумасшествие, – повторил тихо Фрэнсис. – И он стал частью его.

– Ты как, парень? – кто-то похлопал его по плечу.

– А, это ты, – он обернулся.

Это был Рон. Он все еще не ушел.

– Мне очень жаль, вы были друзьями.

Не были никогда, но Фрэнсис почему-то кивнул.

– Нужно узнать время смерти, и еще этот пистолет – эксперт