Все мои внутренние НЕЛЬЗЯ разлетаются в клочья под нашими губами и ее сбивчивым дыханием. Я слышу каждый ее прерывистый выдох. Я столько хочу с ней сделать…

Мне не потушить пожар в груди. Адреналин и что-то другое, давно забытое, бушует в крови. Я сдвигаю ладонь, не отказываю себе в удовольствии забраться ей под халат, натыкаюсь на плотную ткань спортивных брюк. Как бы мне хотелось коснуться ее горячей кожи, с ума сойти можно! Аня вздрагивает, словно к ней уже вернулось осознание, а ко мне — нет... Она больше не подается мне навстречу, а упирается ладонями в грудь, но я уже одержим. Резко стягиваю с плеч белоснежный халат, хватаю ее затылок и вновь притягиваю к себе, вырывая еще один поцелуй.

Губами спускаюсь ниже, крепко прижимаюсь, языком прочерчиваю линию ключиц, настойчиво спускаюсь ниже...

Я не позволю ей отстраниться сейчас: растворяюсь в ней. Внутри все дребезжит, того и гляди, треснет, раскрошится и разлетится к чертовой матери.

Внезапно точечная боль простреливает губу, и я не могу не отреагировать.

— Ай, — резко оставляя ее рот, произношу я с легкой удивленной улыбкой, исследую поврежденную губу. Надавливать неприятно. — Ммм… Кусаешься?

Удовольствие затапливает. Я чувствую себя все тем же щеглом, которому она диагностировала растяжение колена. Сердце уже всмятку, но все равно поет. Поет впервые за семь лет, и идиотская улыбка не сходит с лица.

— Ты совсем с катушек слетел?! — возмущается нехило. — Отпусти немедленно!

— А я не могу больше соблюдать твои правила и делать вид, что мне все равно.

Тут что-то неожиданно щелкает. Не у нас, а где-то за дверью. Аня замирает, напрягаясь тут же!

Я уж думаю, может, показалось, но насмешливый нарочито медленный ледяной голос Леры уверенно стирает редкую улыбку с моего лица.

— Так это все-таки правда, — в ее интонации затаилась ядовитая смесь шока и злорадства и слышится ехидная улыбка. — Мне, значит, врал, что тут ничего серьезного, а сам бросаешься на кости, как оголодавший пес?

Глава 14

АННА

Застигнуть меня врасплох оказалось очень легко.

Я резко отрываюсь от Назара, подскакивая с него так стремительно, что на секунду слышу звон в ушах. Или это от возмущения?

Рывком одергиваю халат, по привычке засовываю ладони в карманы, потом тут же нервно вытаскиваю и складываю руки на груди. Дыхание сбито, губы горят от поцелуев, а под ребрами колотится такая ярость, что я сейчас смету все на своем пути. И только мысль, что Назар и эта женщина, определенно, связаны, заставляет меня сдержать пыл: еще не дай бог кто-то из них подумает, что я тут за мистера бомбардира собралась глотку сопернице грызть!

Ну Черкассов! Как у него это получается?! Стоит ему замаячить на горизонте, и все! Абсолютно все летит к чертям собачьим!

Изнутри меня колотит от бешенства, но я как можно спокойнее смотрю на гостью, внимательным взглядом пробегаясь по ее узкому лицу. Пара секунд позволяют оценить степень трагедии. Это точно его пассия!

Скулы острые, кожа неестественно бледная, матовая, что придает даме сходство с фарфоровой куклой. Светло-карие глаза сканируют меня снизу доверху, цепко вылавливая детали. В них нет должного потрясения, а даже наоборот! Горит азарт, как у охотничьей собаки, нашедшей свежий след.

Брови приподняты в презрительном удивлении. И даже вздернутый нос придает оттенок надменности. Тонкие губы подчеркнуты розовым блеском, а ядовитую ухмылочку хочется стереть колким словом.

Последняя произнесенная фраза, распиливает застывший в кабинете воздух. Пес, значит, на кости… Ну ладно!

— Может, его плохо кормят?

Плечом ощущаю легкое давление. Моментально скидываю с себя ладонь Назара, прожигая его убийственным взглядом, а этот же… вместо того, чтобы виновато опустить глаза, еще и наклоняется к моему уху! Сволочь!

— Я тебе объясню попозже, не злись, — ловлю уверенный полушепот, предназначенный только для меня.

— Ну ты и… — качая головой, проглатываю последние слова.

— Да это вряд ли. Простите, что помешала, дверь была приоткрыта, — протягивает она с намеком, демонстрируя особую осведомленность. — Думала, тут экстренный случай, а тут… хех, — издает неприятный смешок, — действительно экстренный. Да, Назар?

Взгляд ее жадно скользит по полу, собирая разбросанные улики.

Неприятный сиропно-язвительный голос незнакомки добивает то, что не успел разрушить наш с Назаром поцелуй. Поцелуй, чтоб его!!!

Меня пробирает оскорбительная обжигающая волна вторжения. Это просто… просто возмутительно! Оскорбления на моей же территории! Прямо в моем кабинете!

Черкассов шагает вперед, заслоняя меня от этой дамы. Удивил. Я думала, он сейчас рьяно оправдываться перед ней начнет.

— Ты ничего не перепутала? — голос Назара предупредительно твердеет. — Сюда посторонним нельзя.

— А я не посторонняя, у меня и удостоверение имеется, — торжествует гостья.

— Сюда нельзя никому, — я обхожу Назара парой шагов, не обращая внимание на вытянутую вперед сильную руку, — даже самому…

Не успеваю закончить, как она перебивает:

— А я его невеста, — ошарашивает барышня, попадая точно в цель. — И приехала за ним. А вы тут развлекаетесь…

Как у меня глаза из орбит не выскочили, я не знаю, но известие меня немного пристыдило. Задушить этого ублюдка мало!

— Выйди отсюда, — приказывает он ей внезапно, ей-богу… как кнутом ударил. Даже у меня по спине пробежал холодок. — Быстро!

Незнакомка, опешив от резкой грубости мужского тона, даже отшатывается назад.

— Вообще-то, я и правда за тобой приехала!

— Я сказал. Выйди. Отсюда. И лучше сама.

— А не то что? Вышвырнешь меня за шкирку? Ну ты и сволочь, Черкассов! А потом будешь блеять, что тебя тут ничего не держит.

Мои ноздри раздуваются сами собой. Все-таки хорошо, что судьба развела нас с ним еще тогда. Но этой барышне я даже не сочувствую. Они друг друга стоят.

— Или вы вдвоем выходите, или я сейчас охрану позову, — стараюсь держать голос ровным. — Давайте быстрее! Вон дверь.

— Ой, как страшно! — издевается эта ненормальная.

— Я потом помогу все убрать, — обещает Назар, обернувшись.

— Сами уберитесь лучше, — запахиваю халат поплотнее и пытаюсь игнорировать дрожь по телу. — Отсюда.

Он поджимает губы.

В лицо Назару смотреть страшно. В его позе отчетливо ощущается сдержанная угроза.

Каждое его слово, обращенное к незнакомке, как удар молотком по гвоздю:

— Вперед. На выход.

Хватает ее за предплечье и выставляет прочь. Сам шагает за ней. Дверь за их спинами закрывается.

НАЗАР

Вцепившись в локоть Леры, я разъяренно тащу ее к служебному выходу, который находится как раз в конце коридора.

— Не надо изображать из себя оскорбленную невинность! Я так и знала, что ты меня обманываешь!

— Замолчи… — цежу сквозь стиснутые зубы. Толкаю дверь. Она плохо подается —