яростный взгляд метнулся к виноватому Патрису, стоявшему рядом со мной. — Мы поговорим позже.

Не говоря ни слова, Патрис тихо выскользнул из комнаты.

— Все продаются, сынок, — возразил техасец, глаза его горели живым интересом.

— Его намерения, да? — заметил другой мужчина, поглаживая подбородок. — Сколько мне будет стоить сломать ее?

Возмущенная тем, что она больше не в центре внимания, шлюха эротично застонала, лежа на столе в позе орла, и мастурбировала на весь мир и его мать.

— Да, что ты предпочитаешь, сынок? — спросил техасец, к большому огорчению шлюхи, закуривая сигару. — Назначай цену, и она твоя. — его глаза скользнули по моему телу, и дрожь отвращения прошла по мне.

— Таких денег в мире нет, — был спокойный ответ Триггера.

Слава.

Гребанному.

Богу.

— Эштон. — его яростный взгляд метнулся ко мне, и я поняла, что у меня проблемы. — Какого хрена, по-твоему, ты делаешь?

На этот раз у меня не было ответа. Я едва ли могла сказать ему, что у меня было ужасное предчувствие и я последовала за своим чутьем в логово волков.

Глупый маленький ягненок…

— Эштон, да? — один из мужчин улыбнулся мне. — Красивое имя для красивой пи...

— Хватит! — с силой ударив кулаком по столу и заставив шлюху вздрогнуть, Триггер поднялся на ноги и направился ко мне.

Дрожь страха прокатилась по мне.

Ты в беде, Эштон.

Ты мертвое мясо.

— Прошу прощения, джентльмены, — процедил он. Схватив меня за руку с большей силой, чем было необходимо, Триггер потащил меня к двери. Я могла сказать по тому, как он обращался со мной, что сегодня вечером меня ждет грубый трах. — Ей нужно преподать урок о том, каково ее место в нашем мире.

«Лжец», — подумала я про себя и подавила желание закатить глаза, — «Попробуй еще раз на меня так наехать, и я вдарю тебе ножом куда-нибудь в жизненно важное место».

— Зачем спешить, сынок? Где еще лучше преподать ей урок послушания, чем здесь? — крикнул Фабио, и моя кровь застыла. — Или еще лучше, пусть она посмотрит, как ты берешь шлюху. Это поставит ее на место. — он мрачно усмехнулся. — Эштон — редкость, — сказал он в качестве объяснения заинтригованно выглядящим мужчинам за столом. — Она странно предана моему бастарду, несмотря на его публичное бесчестье ее невинности.

Мужчины рассмеялись, и Триггер рядом со мной напрягся.

— Давай, сынок, — усмехнулся Фабио. — Приведи ее ко мне. Она может посидеть у меня на коленях и посмотреть шоу.

Триггер напрягся, и рука, которой он сжимал мою руку, задрожала.

— Я так не думаю.

— Я не помню, чтобы давал тебе выбор, — холодно ответил Фабио.

Карие глаза Триггера метнулись ко мне, и я едва заметно покачала головой.

«Не делай этого, mi rey», — мысленно предупредила я его, ты в ловушке, и их больше.

После напряженной переглядки Триггер издал такой звериный рык, какой бывает только у раненого льва, неспособного защитить свою львицу.

Бормоча череду ругательств на родном языке, Триггер отпустил мою руку и направился обратно к столу, руки потянулись к пряжке ремня.

Быстро расстегнув ширинку, он спустил брюки с бедер.

Когда он потянулся к шлюхе, во мне вспыхнули паника и отчаяние.

О, ни хрена подобного!

Я не могла на это смотреть.

Я умру.

— Нет... — односложная мольба вырвалась из моего горла, из моего сердца, прежде чем я успела остановить себя. Пожалуйста, не надо…

Триггер напрягся, но не повернулся ко мне лицом.

— Иди сюда, маленький ягненок, — поддразнил Фабио снисходительным тоном, похлопывая по колену. — Иди и посмотри, как твой rey овладевает другой королевой.

Мои ноги задвигались прежде, чем мозг успел сообразить, но я пошла не к Фабио.

Руки потянулись к подолу моего платья-миди, и я стянула его через голову, позволяя ткани упасть.

Голая, перед полной комнатой мужчин, я направилась прямо к своему волку.

Ты сумасшедшая, Эштон.

Это безумие.

Ты сошла с гребаного ума.

Не останавливаясь, пока не добралась до Трига, я грубо потянула его за руку, заставляя его отвернуться от шлюхи, прежде чем он зайдет слишком далеко и не сломает меня окончательно.

Когда он повернулся и увидел меня, его глаза вспыхнули гневным жаром.

— Corderito.

Более покорная и послушная, чем когда-либо прежде, я взгромоздила свою голую задницу на стол. Затем, не говоря ни слова, я раздвинула ноги и обнажилась перед каждым мужчиной в комнате.

Ноздри Триггера раздулись.

Его глаза вспыхнули гневом.

Но он не стал бороться со мной.

Вместо этого он сократил расстояние между нами, сжал своими большими руками мои бедра и притянул меня ближе.

— Cordero malo — прошептал он мне в губы, когда толстая головка его члена уперлась в мой вход.

— Lobo malo, — выдохнула я, сердце бешено колотилось в груди, прижимаясь губами к его губам как раз в тот момент, когда он глубоко вошел в меня.

В тот момент, когда он оказался во мне, его большой член снова и снова врезался в меня, аудитория вокруг нас, казалось, исчезла.

— Завораживает, — сказал один из мужчин в изумлении. — Она не сопротивляется ему.

— Напротив, — заметил другой. — Она отдается ему добровольно.

— Называй свою цену, Фабио, — протянул техасец, явно возбужденный нашим бешеным трахом. — Я заплачу любую сумму за нее.

Их слова, казалось, только подстегнули Триггера, который трахал меня сильнее и грубее. За исключением того места, где его боксеры и брюки покоились на изгибе его твердой задницы, он был все еще полностью одет, его совершенное тело полностью скрыто от глаз.

Падая на локти, я закричала, не в силах скрыть своего возбуждения или удовольствия, когда Триггер поднял свой трах на новую высоту.

С открытым ртом и раскрытая, я смотрела в изумлении на могучего мужчину между моих ног. Его жестокое проникновение в мое тело казалось одновременно слишком сильным и недостаточным в один вдох. Я ничего не могла поделать, кроме как вцепиться в стол и молиться, чтобы он не разломал меня пополам.

«Что-то не так», — уверяло меня мое чутье.

«Заткнись на хер и наслаждайся», — усмехнулось мое тело, когда я приблизилась к своей кульминации.

Краем глаза я заметила, что шлюха теперь стояла на четвереньках, а Фабио яростно входил в нее.

Мужчины смотрели не на Фабио и