Кайрен мягко ответил:

— Только если врешь. Иногда даже меньше, чем жить в нашей семье.

Аврелия посмотрела на него.

— Лорд Кайрен.

— Все. Камень. Стена. Молчу.

Нина открыла вторую книгу.

На первой странице было имя: Селена Арквуд-Эштар.

“Илария велела писать без украшений, потому что красивые слова легче использовать против нас. Пишу прямо. Когда муж начал слушать Совет больше, чем Сердце, мне назначили настойки для спокойствия. Я перестала слышать пламя через три месяца. Через год меня назвали бесплодной. Через два — предложили принять в дом вторую женщину ради рода”.

Тая прошептала:

— Как у вас…

Нина смотрела на строки.

Нет.

Не как у нее.

Как у них всех.

Снова и снова.

Менялись имена, платья, мужчины, любовницы, маги, оправдания. Схема оставалась.

Удобную жену хвалили. Неудобную лечили. Если не помогало — объявляли слабой. Потом заменяли.

Она перелистнула несколько страниц.

“Если новая сестра найдет эти книги, пусть знает: комната открывается не всяким ключом. Ключ хозяйки дают только той, кому дом согласен доверить стены. Но если ключ украден, Сердце иногда ждет, пока жена сама потребует то, что ей должны”.

Нина невольно сжала ключ.

Кайрен тихо сказал:

— Матушка знала?

Нина подняла взгляд.

Он смотрел не на нее, а на книги. Лицо впервые было без обычной защиты юмором.

— О комнате? — спросила она.

— О схеме.

Нэрис ответил вместо нее:

— Леди Октавия росла в доме, где такие вещи называли порядком.

Кайрен медленно повернулся к нему.

— Это не ответ.

— Это самый страшный ответ, лорд Кайрен.

Молчание стало тяжелым.

Нина закрыла книгу.

— Нам нужна полная опись жен, которых называли слабыми, бесплодными, больными или лишними.

Нэрис кивнул.

— В архиве есть родовые списки.

— Не верим спискам.

— Тогда сверяем списки с книгами, портретами, хозяйственными расходами, погребальными записями, лекарскими назначениями и письмами прислуги.

Аврелия подняла бровь.

— Это большая работа.

— У нас семь дней.

— Именно поэтому это большая работа.

Нина посмотрела на книги.

— Тогда начнем с тех, чьи имена выскоблены.

Ридан, который до этого молчал, вдруг сказал:

— Здесь кто-то был недавно.

Все повернулись к нему.

Он стоял у дальней стены, рядом с узкой дверцей, почти скрытой тканью. На полу возле нее пыль была смята. Не сильно, но достаточно для капитана.

— Дверь куда? — спросила Аврелия.

Кайрен нахмурился.

— Не знал, что она есть.

Нэрис подошел ближе.

— Служебный ход. Старые хозяйские комнаты соединялись с малым архивом и прачечной галереей.

— Прачечной? — переспросила Нина.

— Да. Женские покои часто имели отдельные хозяйственные ходы.

— Удобно, если надо носить лекарства и письма незаметно.

Ридан открыл дверцу.

За ней был темный узкий проход. Пахло каменной пылью и холодным дымом.

На полу лежал обрывок ткани.

Серебристой.

Тая тихо сказала:

— Такое платье было вчера на леди Лиоре.

Кайрен присел, поднял ткань кончиком кинжала.

— Или у кого-то, кто хочет, чтобы мы так подумали.

Нина посмотрела на обрывок.

Слишком заметно.

Слишком легко.

— Ловушка, — сказала она.

Аврелия кивнула.

— Возможно.

— Нет, точно. Лиора умная. Не стала бы оставлять кусок платья там, где мы найдем его через час после прихода.

— Тогда кто?

Нина провела взглядом по комнате, сундукам, книгам, зеркалу.

— Кто-то, кому нужно, чтобы мы побежали за Лиорой и не заметили, что именно брали из сундука.

Нэрис резко обернулся к третьему сундуку.

Он начал проверять книги.

— Одной не хватает.

— Какой?

Старик смотрел на пустое место между двумя тетрадями.

— По порядку имен должна быть книга леди Марианны Эштар. Той самой, которую в списках называют бездетной и умершей от лихорадки через четыре года после свадьбы.

— Почему она важна?

Нэрис поднял глаза.

— Ее муж первым после Иларии женился вторично при живой первой жене.

Нина почувствовала, как в комнате стало холоднее.

— То есть первый законный пример замены хранительницы.

— Да.

Аврелия сразу сказала Ридану:

— Проход перекрыть. Никого не впускать и не выпускать из крыла без проверки. Лорд Кайрен, вы знаете выход из этого хода?

— Если он ведет к прачечной галерее, то да.

— Проведете капитана.

Кайрен кивнул без шуток.

— Иду.

Нина шагнула к проходу.

Ридан сразу сказал:

— Нет, миледи.

— Я еще ничего не сказала.

— Вы собирались.

— У вас неприятно развивается наблюдательность.

— Работа такая.

Аврелия поддержала:

— Вы остаетесь с книгами.

— Леди Морн…

— Нет. И это не забота. Это тактика. Если проход ловушка, им нужно увести вас от найденного. Вы останетесь там, где сейчас важнее.

Нина сжала губы.

Ненавидела, когда правы не она.

— Хорошо. Но Ридан берет королевского стражника, а Кайрен не идет первым.

— Почему? — спросил Кайрен.

— Потому что вы слишком нравитесь автору этого беспорядка как будущий труп с удобной семейной драмой.

Кайрен моргнул.

— Как мрачно.

— Зато полезно.

Ридан кивнул:

— Принято.

Мужчины ушли