устремления подопечного. – Нас не устраивают оба варианта. От Бонин король получит деньги на армию, от Волис поддержку и влияние, а значит, те же деньги, но из разных источников. Необходимо подобрать третий вариант для принца, чтобы перессорить надменных милордов. Займись этим!

– Слушаюсь, – коротко кивнул Стоик.

– Посей между семьями претенденток вражду. Узнай о личных предпочтениях самих девушек и их родителей. Вспомни свой любовный опыт и воспользуйся им. Чем больше будет скандалов, опороченных репутаций, тем лучше. Времени на подготовку к войне не останется. Все будут заняты интригами.

– Понимаю, – протянул телохранитель, внимательно рассматривая лицо «благодетеля».

– Я прибуду с посольством ко двору перед днем объявления об окончательном выборе невесты. Удобный повод напомнить о выплате дани. Потребую девушек, получивших отказ принца.

Стоик невольно сжал кулаки, выдавая возмущение, но быстро взял себя в руки. Он на себе испытал, что значит пойти в счет уплаты дани. Быть проданным и занимать положение раба не лучшая участь для потомков аристократического рода. Для людей низшего сословия жизнь в Симле оказывалась гораздо тяжелее. Они отдавались в соседнее государство и становились бесправными, полностью подчиняясь прихотям хозяев.

– Ты чем-то недоволен? – высокомерно спросил Хваин.

– Нет, господин, – сухо отозвался Стоик.

– А должен бы, – уголок рта криво усмехнулся. – Наверняка привык жить в роскоши. Начало войны положит конец безбедной жизни.

– Я служу своему господину.

Они встретились взглядами. Темный и тяжелый Стоика против холодного и надменного Хваина. Хозяин и подопечный, учитель и ученик. Их связывали долгие годы, прожитые бок о бок. Они знали и понимали малейшее движение души и могли практически читать мысли. Разные, они дополняли способностями друг друга. Жестокий, коварный и опытный интриган нуждался в молодом и талантливом помощнике.

– Иди, – взмахом руки отпустил Хваин.

Стоик поднялся, взял в руки меч и направился к выходу.

– После победы Симлы в войне я отдам тебе Саран, – неожиданные слова заставили замереть на месте.

Стоик медленно развернулся и пристально посмотрел на своего хозяина.

– Можешь жениться.

– Вы сказали, она перестала обо мне думать.

– Кто ее будет спрашивать? – равнодушно пожал плечами Хваин. – Мне понадобится человек для управления захваченным государством. Ты подходишь. Саран станет тебе наградой за работу. С такой женой и моей поддержкой блестящая карьера обеспечена. Устраивает?

– Да, – голос его предал.

Он гулко сглотнул и дернул воротник. Неожиданно ему стало душно, словно жестокий хозяин вновь накинул на шею удавку.

Саран. Знает ли она о планах своего отца? Действительно ли смогла забыть об их любви и найти достойного мужчину?

У Стоика вновь потемнело в глазах, едва представил, какую боль придется пережить его любимой, когда ее вновь разлучат с тем, кому она отдала свое сердце. И помочь ничем не мог. Даже живи он, как и прежде, в Симле или находясь вдали, у Стоика никогда не будет возможности решать свою судьбу. Однажды он был продан, отдан в полное распоряжение своего хозяина, и с тех пор ни чувства, ни жизнь больше ему не принадлежат. Он даже умереть не может без позволения.

Требовалось найти кандидатку, которая устроила бы принца Тэо, короля и милорда Хваина. Бонин и Волис необходимо скомпрометировать, иначе они останутся главными претендентками. Необходимо за оставшееся время до утра разузнать подробности их жизни. Официальные данные ничем не помогут, а слухи и сплетни между слугами очень пригодились бы.

Первым он решил посетить дом Бонин. Богатая наследница владела огромным капиталом, который позволит содержать королевскую армию. Надо решить в первую очередь денежный вопрос. После он займется Волис, чья семья имеет существенное влияние.

Особняк семейства Бонин насчитывал три этажа и утопал в снегу. Мужские следы быстро заметал падающий снег. Сегодня погода оказалась на его стороне. Темная одежда выделялась на фоне белоснежного покрова, но высокая широкоплечая фигура скрывалась за снежной пеленой.

Когда до дома оставалось несколько шагов, фигура мужчины постепенно растворилась в неплотный туман, потеряв очертания. Он на несколько мгновений завис перед глухой стеной, а потом втянулся внутрь.

Глава 18

Есень

– Эджин, проснись! – разбудил меня голос Игла. – Тебе из дома письмо.

Рядом со мной пробурчали под нос ругательство, и наследник Лаэрт неохотно поднялся на ноги. Едва он дошел до двери, как раздался торопливый стук.

– Наследнику Викарду послание от милорда, – почтительно проговорил незнакомый голос.

– Эй, Вирил! Поднимайся, – позвал Лаэрт.

И снова стук в дверь.

– Господину Пакрину послание от милорда Пакрина.

– Что за нашествие? – возмутился Игл и запустил подушкой во вновь вошедшего.

Я, схватившись одной рукой за голову и, постанывая от тупой боли, отползла к стеночке и села. Хмель гудел и не давал ясно соображать, зато смотреть получалось. Трое пришедших мужчин были одеты в форму слуг и терпеливо ожидали ответа от наследников. Первым прочитал послание Лаэрт и выжидательно уставился на друзей. Гарольд и Вирил пробежались по строчкам и переглянулись.

– Ну? Что за общий сбор? – потребовал ответа наследник Игл.

– Отец сообщает, что сегодня необходимо отправиться во дворец, – отозвался Лаэрт.

– За каким чертогом именно сегодня? – ухватившись рукой за голову, поднялся на ноги зеленоглазый виновник общего похмелья.

– Будет представление претенденток – невест принца Тэо, – повертев в руках лист, сделал вывод Гарольд.

– Мы-то здесь причем? – возмутился Игл и поискал на прибранном столе, что бы попить.

Я разделяла с ним возмущение. Горло пересохло, голова болела, а проблемы выбора невесты принца мне казались абсолютно лишними.

– Идем, – принял за всех решение наследник Викард.

– Да. Надо, – согласился с ним Гарольд.

– Эй! Я с вами! – пошатываясь, направился к дверям Игл. – Ни за что не пропущу веселье. Наверняка во дворец прибудут не только невесты, но и их родственники. Подергать самолюбие Ирата ни с чем несравнимое удовольствие.

– Есень, идешь со мной, – приказал наследник Лаэрт.

Молчаливо поднялась на ноги, опасаясь стоном выдать свое самочувствие. Ночь прошла под руководством зеленоглазого балагура, а потому сейчас расплачивалась за доверчивость.

– Зачем? – посмотрев на меня, спросил Игл.

– Есень останется в моем доме, – спокойно ответил Лаэрт.

– Даже не думай! Во дворец Ират прибудет не только с сестрой, но и со своими подхалимами, – опасно замотал головой Игл. – Есень обязательно должен находиться рядом с тобой.

–