палку прямиком монстру между глаз, пробив панцирь насквозь и пригвоздив чудище ко дну.

На берегу раздались звучные хлопки. Стаблис стоял перед шатром, заполненным гостями, и аплодировал, глядя на Мориса. Его широкополая соломенная шляпа отбрасывала на лицо густую тень, а светлые брюки развевались на ветру. Пиджак он успел снять и остался в одной белой рубашке с закатанными рукавами.

– Браво, мадар Фабьер! – воскликнул он. – Поймать моего любимца – задача не из лёгких. А ты, оказывается, ещё занятнее, чем я думал. Приятно знать, что ты способен меня удивить.

– Благодарствую, ваша светлость. – Морис изобразил неловкий поклон. Он выдернул палку из тела краба и поволок добычу к моему столу.

Герцог посмотрел на меня и сказал:

– С нетерпением жду твоего блюда, Олия. Приготовить брача не каждому под силу.

Я похолодела. Брач действительно внешне напоминал краба, но имел и разительные отличия. Прежде всего, он был гигантских размеров, плюс крайне агрессивным, а ещё на редкость ядовитым. Единственное, что могло спасти положение, так это правильно подобранные специи. В горной местности королевства Фабулар росла одна травка, очень редкая. Если ее смешивали с мясом брача, то яд превращался в особый сок с оригинальным вкусом. Такое блюдо считалось настоящим деликатесом. Позволить его себе мог только король, поскольку и брач, и нужная трава стоили целое состояние.

В справочнике брач выглядел несколько иначе, чем тот, которого раздобыл Морис. А вдруг это снова особый подвид, ядовитее некуда? Кажется, на этот раз именно наша команда – главный кандидат на вылет.

Глава 26

Морис потащил брача к столу. Пот струился по его чуть смуглой коже, литые мышцы перекатывались при каждом движении. Я наблюдала за ним, забыв, что время ограничено. Наконец он справился с задачей и свалил монстра у моих ног.

– Вот наше будущее блюдо, – с довольной улыбкой произнес он, утирая пот с лица.

У меня язык не повернулся сказать о том, что брач – не лучший выбор для приготовления.

– Спасибо тебе большое, – ответила я и протянула ему кувшин с водой.

Морис перевел дыхание и принялся жадно пить, проливая излишки на себя. Я дождалась, когда он закончит, и спросила:

– Как его разделать? Вряд ли я смогу разбить панцирь так же легко, как ты его проткнул палкой.

– Не волнуйся, я помогу, – заверил он и направился к столу с приборами и посудой. Там Морис нашел деревянный молоток и стальной инструмент больше всего напоминавший долото. Пара точных ударов по центру панциря, и передо мной открылось нежное мясо белого цвета с голубоватым отливом.

Меня охватило отчаяние. На иллюстрации в справочнике мясо брача имело другой окрас. Там оно было светло-розовым, без единого намека на синеву. Что же теперь делать?

– Что случилось? – Морис с тревогой смотрел на меня, явно не понимая, почему я с трудом сдерживала слезы.

– Это необычный вид брача, – выдавила я. – Мясо не такое. Я не знаю, как его готовить.

Морис помрачнел и стиснул зубы. Он заглянул мне в глаза и твердым голосом сказал:

– Олия, тебе придется применить магию, чтобы получить достойное блюдо. Иначе мы рискуем вылететь.

– Но я не могу… – принялась мямлить я. – Я с трудом ее контролирую, да и понятия не имею, как применять дар для готовки.

Морис положил теплые ладони мне на плечи и четко проговорил:

– Ты справишься. Я в тебя верю.

В груди потеплело, и я слабо улыбнулась, приободренная его словами.

– Я попробую.

– Вот и умница. Действуй.

Я сосредоточилась на приведенном в справочнике способе обработки мяса и поспешила к столу с дополнительными ингредиентами. В голове зрел план по приготовлению будущего блюда.

Набрав в корзину сливочное масло, чеснок, лимон, сливки, соль и крупу наподобие риса, я принялась искать ту самую редкую травку среди зелени. Но к моему ужасу ничего подобного здесь не оказалось. Неужели герцог намеренно ее не положил, чтобы отравить гостей мясом брача?

На ум пришло сияющее счастьем лицо Эвы в парке. Нет, не может быть. Человек, способный сочувствовать горю других, не станет действовать подлостью.

Я снова перебрала всю зелень, что лежала на блюде и наткнулась на странные листочки, по форме напоминавшие мяту, но источающие кисловатый запах вместо свежести ментола. А что, если для голубого мяса брача нужна иная травка? Попробую приготовить с этой неизвестной зеленью. Вдруг сработает? В любом случае особого выбора у меня нет.

Вернувшись к столу, я попросила стоявшего рядом Мориса:

– Ты не мог бы отломить одну половину панциря и сделать из нее что-то наподобие чаши?

Он успел привести себя в порядок и теперь стоял в застегнутой рубашке навыпуск, бриджах и сапогах. Его зеленые глаза округлились.

– Что ты задумала?

Трубачи вышли под циферблат и трижды протрубили, возвещая об истечении половины отведенного времени.

– Некогда объяснять, – заторопилась я. – Сделай, а потом сам увидишь, что получится.

Морис кивнул и направился с долотом и молотком к развороченной туше брача.

Пока напарник занимался созданием будущей посуды для подачи блюда, я уделила внимание обработке мяса. Отделила наиболее крупные куски, порубила их, смешала с измельченными листьями кисловатого растения и остолбенела. Мясо вдруг приобрело ядрено синий окрас, чем вогнало меня в ступор. Так и должно быть? Или я сделала только хуже?

Мимо пронесся Натан и чуть не сбил меня с ног.

– Чего встала на дороге! – прошипел он, сжимая в руках корзинку с фруктами. – Дай пройти!

Я потеснилась, хоть и стояла у своего стола, а вовсе не в проходе. Но что взять с гения? Он все равно уже умчался к своему рабочему месту. Я вернулась к размышлениям о том, что же могло произойти с мясом. Но как только я взглянула на него, тут же поняла, что кто-то снова сделал мне гадость, и на этот раз она удалась. Поверх синеющих мясных волокон возвышалась горка перца. Но хуже всего было то, что он стремительно впитывался в мясо и окрашивал его в черный цвет.

– О боже! – вскрикнула я и принялась смывать последствия диверсии в ведре с водой.

Конечно, я выполоскала большую часть перца, но то, что успело раствориться в мясе, въелось намертво. Я чертыхнулась и обвела участников турнира разъяренным взглядом. Все трудились над своими творениями, и до моих проблем никому не было дела.

Энзо