Москве, и в других местах очень многие злобно восстали против «Окружного». К этой партии примкнул и личный враг Антония, скрепившего своею подписью «Послание» – Софроний, многократно изверженный епископ, а вскоре, по проискам Козина, в Москву явился и сам Белокриницкий митрополит Кирилл. 24 февраля 1863 года Кирилл издал грамоту, уничтожавшую «Окружное», которую подтвердил потом, по убеждению Кирилла, и Амвросий, живший в Цилли. Изданием этого акта началась открытая борьба двух партий – окружников и противоокружников. Сам Ксенос составил примечательное сочинение – «Омышление», в котором подробно рассмотрел и опровергнул грамоту Кирилла. Потом окружники снарядили посольство к Амвросию и Кириллу и убедили их уничтожать уничтожение «Послания» и, напротив, издать подтверждение его. Впрочем, Кирилл снова, и очень скоро, передался противоокружникам, потому что туда перетянул вес полученного им золота. Теперь Кирилл учинил роковой по исходу поступок: 24 июля 1864 года он поставил для противоокружников особого епископа, и именно на Московскую кафедру, – нового Антония, вместо старого, который низлагался. Иерархия распалась таким образом на двое.

Таким образом Окружное «исполнило свое дело»: оно создало целую эпоху в новейшей истории поповщины, а его автору принадлежит самое видное место в ней. Ксенос сначала с энергией боролся за свое детище, – при нем образовался тогда небольшой кружек, или союз – «синдесмос» из друзей Ксеноса – «филалифисов», как выражался Ксенос, давших обет «защищать Иисуса, гонимого неокружниками». За то после неудач тем неизбежнее должен был наступить упадок сил. Последние двенадцать лет своей жизни († 1882 г.) «убогий» провел в совершенном уединении. Личность его осталась неразгаданною: тот, который говорил, что «Церковь обретается в Кремлевских соборах», до конца жизни остался в расколе, и в тоже время, никогда не был на исповеди у членов окружнической иерархии, да и умер, говорят, ненапутствованный.

Летопись скорбных событий позднейшего времени, порожденных «Окружным», очень велика. Скажем лишь о важнейшем.

Дело окружников против их противников тормозится тем обстоятельством, которое порождает и внутренние беспорядки в их среде, – существованием псевдоокружников. Почти двадцать лет считался главою окружнической партии Антоний Шутов, человек, совсем не разделявший выраженных в «Окружном» мнений. Он всегда готов был отказаться от «Послания» и делал многократные попытки приобрести его ценою мир с противоокружниками. Его первое единоличное распоряжение – «Объявление» об уничтожении Окружного 1864 года и объяснение позднейшего времени – 1880 года, что «Окружное» должно быть «вменяемо, яко не бывшее», как было сказано в соборном определении 1865 года, подписанном и Антонием, показывают, что чем начал Антоний, тем желал и окончить. Такие попытки, естественно, всякий раз вызывали протест со стороны окружников по убеждению. До самой смерти Антония пользовался репутацией искреннего окружника Пафнутий казанский († 1890): против Антония он вел литературную борьбу, и вел весьма искусно. За то, как только не стало ненавистного ему фанатика-Антония, в деятельности Пафнутия произошла резкая пере мена, и честь непреклонного борца за Окружное перешла к другому лицу – Сильвестру, епископу Балтскому. В 1882 году на кафедру архиепископа Московского был возведен Савватий, в мире Степан Левшин, уроженец Тагильского завода, бывший епископ Тобольский. Как человек ограниченного ума, малосведущий и без всяких убеждений, Савватий с окружниками – окружник, с неокружниками – неокружник. При нем была попытка на примирение с последними (в 1884 г.). По поводу «прошения» от противоокружников некоторых обществ, – прошения «о примирении» их, противоокружников, с окружниками, на условии подтверждения последними прежних «актов» об «уничтожении» «Окружного», 1 декабря было издано Духовным Советом «Объяснение», что «акты» эти (упомянуты два: 1863 и 1865 г.г.) «никаким соборным определением опровержены не были», а посему «и ныне считаются действительными». Объяснение это, как данное уклончиво, не удовлетворило ни истинных окружников, ни противоокружников. На соборе 22 мая 1885 года противоокружники, посмеявшись «коловратности» мнимых окружников, подтвердили прежние определения принимать их не иначе, как третьим чином. В свою очередь и искренние окружники остались крайне недовольны действиями Совета. Сильвестр балтский написал на имя Савватия обширное, с разбором «Объяснения», послание, которое произвело сильное впечатление: истые окружники встретили послание с восторгом и под живым впечатлением печатно назвали акт 1 декабря «пребеззаконным». После этого и частные попытки – примирить окружников и противоокружников вели только к усилению раздора (1887 г.). В 1891 году окружники чрез происки в полиции добились изгнания из Москвы противоокружнического лжеепископа Иова.

Не менее, а еще более раздоров в среде противоокружников. В 1876 году умер Антоний II – родоначальник противоокружнической иерархии. Единственным епископом у противоокружников после него остался его ставленник – Иосиф нижегородский. Он поставил в епископа Кирилла на Балтскую епархию, и вскоре же с ним рассорился. Так как Кирилл по вражде к Иосифу, сильно желавшему сделаться Московским, поставил ко граду Москве особого епископа – Пафнутия (1884 г.) то Иосиф, отлученный соборно Кириллом, не признавая в свою очередь ни Кирилла, ни Пафнутия, поставил сам другого на Москву епископа – Иова (16 декабря 1884 г.). Иов, вопреки ожиданиям Иосифа, вошел в соглашение с Кириллом и Пафнутием: этот последний даже уступил Иову кафедру Московскую, а сам принял в управление епархию Саратовскую. Иосиф не признал эти распоряжения законными и произнес проклятие на Кирилла, Иова и Пафнутия. В свою очередь эти последние, после долгих стараний склонить Иосифа к примирению, на соборе своем 30 октября 1885 года подвергли его извержению из сана. Иосиф, разумеется, не подчинился их суду и, соединившись с Тарасием бессарабским († 1887 г.), подверг (в 1886 г.) отлучению всех участвовавших на октябрском (1885 г.) соборе. Таким образом противоокружническая иерархия распалась на две половины: противоокружники партии Кирилла считают ересью запись в метрики.

Как ни сильно все эти раздоры потрясают общиной приемлющих австрийское священство, все же в её организации, в общем, больше определенности и устойчивости, чем у беглопоповцев. Тогда как беглопоповцы испытывают недостаток попов, попов австрийского поставления можно встретить везде и всюду, и все они состоят под ведением своих архиереев. В настоящее время, кроме архиепископии Московской, числятся епархии: Казанская, Уральская, Пермско-Сибирская, Вятская, Нижегородская, Самарская, Саратовская, Кавказская, Донская, Измаильская, Балтская, Боровско-Смоленская, Калужско-Бессарабская и хорепископия села Великого, Нижегородской губернии. В некоторых епархиях на лицо состоят по два архиерея окружнический и противоокружнический. Более многолюдными можно считать епархию Московскую, с её знаменитой Гуслицей, и епархию Саратовскую. Митрополию австрийского толка составляет Рогожское кладбище. В течение тридцати последних лет, после предшествовавших им тяжелых годов, в которые угрожала опасность даже самому существованию кладбища, оно достигло цветущего состояния: воздвигнуто много огромных каменных зданий изящной архитектуры, вновь великолепно отделаны обе часовни, организован для кладбища целый штат попов и диаконов…

§ 38. «Славяно-беловодская» иерархия. – Зарождение её. – Её представитель

После австрийской в расколе