Ану и Энлиль для благоденствия людей». Далее Хаммураби называет себя «богом царей», «вечным царственным отпрыском», «солнцем Вавилона, озарившим светом страну Шумера и Аккада», «любимцем Иштар»[14]. Мало этого, тогда же будто бы был составлен и гимн в честь древней богини-матери, шумерской Мами или Маме, семитской Белит, считавшейся матерью людей, в котором говорилось, что первым Мами зачала и родила царя, а вторым — Заригу, бога-хранителя царского дворца. Так теория божественности царской власти в эпоху Древневавилонского царства получила свое окончательное и категорическое утверждение.

Говоря о великих богах, мы имеем в виду ту небольшую группу богов, численностью около полутора десятка, которая еще в III тысячелетии получила признание и культ на всей территории южного Двуречья. Сюда прежде всего относится уже упомянутая триада — Ану, Энлиль и Эа, триада богов небесных светил — Син (луны), Шамаш (солнца) и Иштар, которая была отождествлена с планетой Венерой также в III тысячелетии; затем такие боги, как бог подземного мира Нергаль, бог растительности Тамуз (шумерский Думузи), бог войны и охоты Нинурта, бог-громовик Адад и некоторые другие. Многочисленная плеяда остальных божеств в III тысячелетии состоит по преимуществу из местных божеств. Но и все великие боги первоначально имели местный характер. В IV тысячелетии и ранее, когда южное Двуречье в политическом отношении было еще раздроблено, широким почитанием пользовались только Ану, Энлиль, Эа, Думузи. Не было даже единого солнечного бога; было два специальных — Баббар и Уту. Кроме того, богами солнца считались Нинурта и Нергаль. Тогда основное положение религии заключалось в том, что в каждом центре, «городе», имеется свой бог, который называется или царем (lugal) или чаще господином (nin) города. Подобно человеческому царю или патеси, этот бог обычно имеет супругу, которая называется «госпожой» (nina). В древнейшую эпоху эта местная божественная пара часто не имела даже собственных имен, как об этом свидетельствует, например, имя Нингирсу, имя главного бога Лагаша, которое в III тысячелетии стало собственным именем, но означает «господин» (nlin) Тирсу. Именем Тирсу называлась одна из тех общин, из которых сложился патесиат Лагаша; бог этой общины впоследствии, очевидно, стал главным богом лагашского патесиата. Соответственно с этим супруга Нингирсу Бау очень часто называется также просто именем Нина — госпожа. Первоначальный местный характер последующих великих богов «ясно выступает также из целого ряда специфических черт религиозной традиции. Так, Ану — это бот Урука; сын Ану — Гильгамеш, первый царь Урука, ставший также богом, построил там первый храм Ану. Связь Энлиля с Ниппуром определяется наименованием Энлиля господином Ниппура с традицией, согласно которой храм Энлиля в Ниппуре Экур был первым храмом, построенным после сотворения мира. Эа таким же образом имеет исконную связь с Эриду, Син — с Уром, Иштар — с Уруком или Дильбатом, Нергаль — с Кутой и т. д. Особенно следует отметить, что Думузи (Тамуз) был первоначально богом Кинунира, одной из общин лагашского патесиата; кроме Кинунира, в качестве места культа Тамуза традиция указывает еще другой небольшой пункт Дур-Кур-курри. К этому интересному моменту мы вернемся еще раз при обзоре народной общинной религии.

Что касается до функций великих богов, то основной функцией всякого местного бога в III тысячелетии считалось управление страной, осуществляемое якобы через местного патеси или царя. Местный бог считался верховным владельцем и покровителем своей области, «отцом» местного царя или патеси в качестве родоначальника, а иногда и в качестве непосредственного отца. К этой функции очень часто присоединяется функция бога войны, иногда также функция бога — распорядителя судеб, бога мудрости и правосудия и функция бога земледелия. Начиная со второй половины III тысячелетия в связи с ростом и укреплением политической централизации местные функции великих богов постепенно отходят на второй план и на первый план выступают другие их функции, связанные либо с первоначальным натуралистическим характером богов — по связи с солнцем, луной, землей, морем, растительностью, либо с функциями социально-политического характера — правосудием, войной, наукой и т. д.

При современном состоянии разработки вавилонской религиозной традиции очень трудно определить, когда и в силу каких условий определенные функции закрепились за теми или иными богами. Ясно только одно, что в данном случае огромную роль сыграли жреческие коллегии крупнейших богов. В их распоряжении были и материальные и политические средства, при помощи которых они могли, так сказать, создавать репутацию своим богам в общевавилонском масштабе, в чем им немало содействовали и вавилонские цари. Таким путем Шамаш, например, оттеснил на задний план всех прочих божеств солнца, а его храм в Сиппаре, вероятно, не без содействия вавилонских царей, сделался местом заключения договоров и разбора судебных дел «перед Шамашем». В связи с этим Шамаш стал по преимуществу богом правосудия, и Хаммураби, так сказать, окончательно утвердил Шамаша в этом звании, изобразив его на стэле своих законов передающим их царю. Таким же образом Небо, или Набу, бог первоначально — незначительного города Борсиппы, превратился в бога — покровителя путешественников и торговли. Это произошло параллельно с превращением Борсиппы, от которой начинался караванный путь в Аравию, в главную отправную станцию для торговых экспедиций, направлявшихся в Аравию, и в главный базар для торговли с соседними кочевыми племенами. Набу был объявлен сыном Мардука, получившим от богов на хранение скрижали судьбы. Он наблюдает за кругом неба и земли, может продлить дни жизни, все знает и все слышит. Поэтому его считают самым надежным покровителем караванов, отправлявшихся в Аравию частью с торговыми, частью с грабительскими целями.

Давно признано, что в древневавилонской экономике большую роль играло товарное производство, которое существовало уже при рабовладельческом строе и обслуживало его. Вышеприведенные данные о торговых путях и торговых связях Двуречья с другими странами уже в эпоху Хаммураби и такие факты, что торговому праву отводится значительное место в законах Хаммураби и что торговля вавилонских царей и жрецов и их комиссионеров — дамкаров — находилась якобы под покровительством особого бога, свидетельствуют, что товарное производство в Вавилонии уже при Хаммураби достигло значительного развития. Однако исследование этого производства и основанной на нем торговли, внешней и внутренней, пока ограничивалось перечислением товаров, ввозившихся в Вавилонию (драгоценных и других металлов, драгоценных камней и других товаров) и вывозившихся из Вавилонии товаров (хлеб в зерне, масло растительное, финики, шерсть, шерстяные ткани), а также констатированием факта, что, по выражению вавилонян, торговцев в Вавилонии было «больше, чем звезд на небе». Задача теперь состоит в том, чтобы изучить вопрос о товарном производстве в древнем Двуречье, дабы выяснить его специальные черты и