— Наше, — задумчиво поправил он.

— Да, прости, — и я снова уперлась лбом ему в грудь. — Наше семейное проклятие.

— Здесь место силы замка. Когда сюда спускаешься, то проскакиваешь этот коридор очень быстро, потому что место силы манит, и его зову сложно противиться. Никогда по сторонам и не смотришь, а чужие, пришлые и гости сюда обычно не допускаются. Понятно теперь, почему никто не обратил внимания на то, что в стене есть ниши, — все так же задумчиво и явно принимая решение, ответил Дар.

— Дар, их много. Очень много. И мне страшно. Но мы должны это сделать, — подняв на него глаза, попросила я принять правильное решение. — Если там, за этими стенами, тела, то их нужно упокоить.

И тут в подземелье спустились два младших брата Дара и отец Карлосон. А вот Астрид Фрейдис солдаты привели почти силой, крепко держа за локти.

И Брага, и Мейли Вотан Одинсон сразу подошли к нам и встали по бокам за спиной у Дара.

— Приступай! Начни вот с этой! Самой первой, что ближе всего к месту силы! — распорядился Дар.

— Выпустите меня! — вдруг завопила Астрид Фрейдис.

Выглядела она очень странно. Я, конечно, понимаю, что подземелье — не место для романтических прогулок, но на ее лице застыл ужас, глаза были абсолютно безумными, зрачки расширены, ее трясло и было видно, что находиться тут ей очень тяжело.

Но Дар покачал головой, и солдаты продолжили удерживать ее.

Я была уверена, что каменщик просто возьмет кувалду и со всей силы шандарахнет по кладке, но он осторожно постучал по стенке и ударил по одному из кирпичей. А потом стал, аккуратно выстукивая, разбирать стену. Все затаили дыхание. Мы готовы были увидеть все, что угодно. Лично я ожидала, что на замкового каменщика из ниши выпадет рука скелета или даже череп. Но ничего подобного не произошло. Вместо этого на нас из темноты древней ниши уставились глаза темной статуи.

— Что это? — с любопытством наклонилась я.

— Это бронзовое изображение одного из древних богов, — прокомментировал отец Карлсон, скривившись.

— Они запрещены? — поинтересовалась я.

— Нет. Но держать их на виду не приветствуется. Вот их и заложили, — ответил он мне.

— Разбирай! — отдал приказ Дар, и каменщик продолжил аккуратно вынимать камни.

Кирпичи складывали на носилки и убирали из коридора, чтобы они не мешались. После того, как ниша освободилась, я с интересом уставилась на древнюю статую. Чем-то она мне напомнила одно из немногих древних изображений скандинавских богов. Небольшие амулеты из бронзы, что сохранились в моем мире*.

— Это бронза, — вторя моим мыслям, заключил Дар.

А потом сделал жест рукой и направил ее на статую. Ее окутал синий туман, что похож на обман, и статуя, и ниша, в которой она стояла, очистилась. Я улыбнулась Дару и кивнула, показывая, что он поступает правильно.

— Следующую, — скомандовал Дар, и каменщик приступил к разбору следующей ниши.

К каждому камню и кирпичу он относился очень бережно и старался вытащить его из скрепляющего раствора. Видимо, планировал в дальнейшем их снова использовать. Но его никто не торопил.

И все повторилось. Из темноты на нас снова смотрела древняя бронзовая скульптура. На этот раз немного другая, но все же было понятно, что это изображение одного из древних богов.

Я расслабилась, перестала нервничать и теперь с удовольствием смотрела, как Брага выпускает магию, омывая и очищая древнее бронзовое божество. Только отец Карлсон глядел на все это очень неодобрительно и поджимал губы. Но видно было, что возражать он не собирается. Следующую статую омыл магией Мейли.

А вот когда каменщик начал разбирать следующую нишу, обнаружилась не бронзовая статуя, а огромная каменная плита. На ней были выбиты изображения, видимо, относящиеся к местной мифологии. Я с интересом их разглядывала: был тут и всадник на многоногом коне, и кузница с наковальней и инструментами кузнеца, и корабль с моряками. Дар пояснял для меня, кто или что здесь изображено. Некоторые сюжеты, например, женщину с двумя мечами, даже Дар затруднился определить после того, как синий туман магии ушел обратно в его пальцы и изображение на камне четко проявилось.

— Очень красиво, — сказала я, рассматривая огромный валун**.

— Это древнее примитивное язычество, — скривился отец Карлсон.

— Это история замка и этой земли! Пусть остается! — припечатал Дар, а я потерлась щекой о его плечо и благодарно сжала руку.

Дальше на нас из ниш попеременно выступали то бронзовые идолы, то каменные монументы с изображением древних богов, мифических сцен и таинственными рунными надписями, и все это явно довольно древнее.

Я перестала нервничать, и когда в очередной нише ни статуи, ни камня не оказалось, даже не успела испугаться. Ниша была пуста. Так, во всяком случае, казалось, пока сверху снимали кирпичи. И только когда дошли до самого пола, в коридоре установилась тишина.

На дне ниши лежал полуистлевший скелет. Понять, мужской он или женский, было невозможно. Но там же лежали несколько украшений. Кольцо и ожерелье. Недорогие, но без сомнения, принадлежавшие женщине.

Каменщик отступил, а из ниши повалила уже знакомая мне тьма.

Я прижалась к мужу, а все три брата Вотан Одинсон, повинуясь знаку Дара, направили родовую магию Туманоходов Речного Водоворота в нишу. Я увидела, как отец Карлсон присоединил свою магию и что-то быстро шептал.

Прах и скелет истлели и исчезли. На полу не осталось ничего. Даже драгоценностей. Те простенькие колечки и ожерелье на проволоке тоже пропали.

Стояла оглушающая тишина. И в ней особенно громко и истерично прозвучал грубый смех Астрид Фрейдис:

— Ну что, братишки? Добрались до семейного склепа? Что? Неужели не знаете, кто это был?

Дар рванул к ней и, схватив ее за плечи, грубо тряхнул:

— Говори!

— Вся семейка Вотан Одинсон — это сборище похотливых самцов, бегающих за каждой юбкой! Не пропускающих ни одну смазливую служанку! Но когда одна из этих несчастных западает в душу хозяину замка и начинает представлять угрозу для хозяйки и жены, та начинает действовать! — громко заговорила Астрид.

— Действовать? Как? — снова тряхнул ее Дар.

— Хозяйка замка просто замуровывает соперницу в одну из ниш! Всего и делов-то! — и она, запрокинув голову, истерично засмеялась.

Дар выпустил ее и отошел на шаг от этой безумной женщины, чей облик сейчас был совершенно сумасшедший. Она стянула с