Пришлось сдаться и тихонько дрейфовать к неизбежности.

В самый день рождения выпало много суеты. Надо было с утра сбегать на урок, потом вернуться домой, схватить именинника, пойти в магазин, чтоб он сам выбрал желаемое, потому как характер у наследника еще тот, не тронь, и оно не будет испускать долгоиграющие вонизмы. И еще куча неотложных дел.

Зина перезвонила утром с дежурной тирадой – пожеланием успехов и здоровья. Потом заявила:

– Торт тебя ждет. Приходи, а то я в церковь опаздываю.

– Обязательно. Я на урок лечу. Потом забегу.

Потом забежать не удалось. Зина перезвонила второй раз с нескрываемым раздражением:

– У тебя совесть есть? Мне долго ждать?

– Я вечером забегу. Честное слово. Сейчас никак. Тысячу извинений.

– А для кого я купила торт? Сижу тут, как дура на чайнике, и злюсь.

– Я обязательно забегу. Мы тоже купили. Вот только…

Зина повесила трубку.

Вечером мы шли в медиатеку, и я планировала потом кровь из носу забежать к Зине, взять торт и идти на территорию кормильца праздновать.

На полпути зазвонил мобильный.

– Ты всегда на меня плевала. В самое сердце. Можешь не приходить. Я выкидываю торт в мусорку. Из-за тебя у меня с утра давление! Ни стыда ни совести.

– Бегу! Не выкидывайте.

Через пять минут мы взлетели на ее шестой этаж, хотя сын ныл и рвался в медиатеку играть в свой кретинский «роблокс».

Мы ввалились к Зине запыхавшиеся и взмыленные.

Торт в пластмассовой упаковке стоял на столе. Зина осуждающе смотрела на нас с видом ангела, изгоняющего из рая.

– Я жду тебя с утра! Не хотела торт, так надо было сказать четко и ясно. Забирай его и уматывай. Небось, своему малахольному пойдешь скармливать.

Мы поблагодарили, забрали кремовое сооружение и выперлись на улицу. Идти с ним в медиатеку было не с руки, на входе нас, мягко говоря, не поняли. Но это были мелочи.

К 9 вечера доплелись до кормильцевых хором с тортом. Сели узким кругом праздновать. В 11 пришли домой спать, оставив торт у папаши в холодильнике.

Первый звонок утром – от Зины.

– Признайся, ты выбросила мой торт в мусорку! Я уже все знаю. У меня собачья интуиция…

– Клянусь, съели вчера по два куска. Я пост нарушила.

– Не ври, я по голосу чувствую, он в мусорке. И не надо мне про пост. Какая ты верующая…

– Клянусь сыном, съели половину. Остальное в холодильнике. Пойду сфоткаю и покажу.

– Тебе лишь бы мобильник из рук не выпускать и фотографировать всякую ерунду. Нет, ты все же признайся. Я уже выпила лекарство.

– Аааааа…

– Ну вот, что и требовалось доказать! В другой раз торт не куплю! Из принципа. Лучше собакам лишний килограмм мяса купить. Они хотя бы не врут…

В трубке раздались рассерженные гудки.

Про хомяка

Сегодня был бурный день. В 10 утра понеслась отдавать гражданский долг – на выборы. Притащила сумищи с продуктами. Потом побежала на уроки. Примчалась домой, погулять с отпрыском. В процессе вдыхания не совсем чистого воздуха мозг посетила бредовая идея, которую я приняла за озарение свыше. А что, думаю, если пойти сейчас, пока у меня окно между уроками, и купить хомяка? Сына порадую, и себя заодно. Зверюшка маленькая, позитива много, проблем с гулькин нос.

Ну и мы поехали на Руставели в ближайший зоомагазин претворять мечту в реальность. А то, как индейцы говорят, если мечты время от времени не осуществлять, то и заболеть недолго. Выбрали маленькую беленькую хомячиху двух месяцев от роду. Отвалили за нее 8 лари и поехали с коробочкой домой. Довольные и счастливые, в предвкушении моря позитива.

А вместо этого с порога получили холодный душ от любимой бабушки: «Куда принесла эту крысу, не подумав о моей аллергии? Уберите ее, куда хотите!» Пришлось устроить срочный блицопрос соседей, не примет ли кто маленькую очаровашку Пусю. Увы, никто не взял.

И мы с сыном побежали с тазиком и хомяком в соседний корпус к моей вечной обличительнице Зине, другу флоры и фауны. На бегу пришлось срочно отменять вечерний урок, так как явиться туда с тазиком и мышко-хомяком не соответствовало учительскому статусу.

– Это что? – встретил нас залп с порога. – Я не приму!

Пересказываю злоключения с хомяком и мамой.

– Ты чем думала, когда его покупала? – Зина переходит в атаку. – Твоя мать газ завести не хочет – она мышь пустит? Только и знаешь, что свои дерьмовые рассказы писать, а логическое мышление на нуле и ниже. Ты ж авантюристка по натуре, на ура по жизни идешь, захотела – замуж вышла, захотела – животное притащила! А где стружки и аквариум? Что за бумажки ты сюда натолкала, жмотина? Для мышки стружки обязательны.

– Это хомяк, а не мышка.

– Учи ученого! Это я тебе как врач говорю. Я на них опыты делала.

– У мышки хвост, а у хомяка нет хвоста.

– Значит, был и отвалился. Сейчас катаклизмы в природе идут. Вон по ОРТ показывали, дельфины на сушу выбросились. Планета в опасности, а тебе плевать!

– Но мне продали в магазине как хомяка!

– Они там все аферисты. Это который магазин, на Меликишвили, сидит продавец армянин, да? Он тебе крокодила продаст вместо хомяка. Ну что ты сидишь? Звони подругам, чтоб хоть на ночь взяли переночевать мышку!

Я стала набирать номера. Потом написала крик о помощи в группу «Барахолка» – под непрерывное сопровождение:

– Без этого идиотского фейсбука просто жить не можете! И что они тебе сделают на ночь глядя… А все ты виновата, цанцарка[23]. И не называй его хомяком, не вводи людей в заблуждение, это мышь, ясно?

Откликнулась наша спасительница Юля, которую я знала по «Барахолке», исключительно виртуально, и, схватив тазик, мы побежали искать ее дом. В спину нам неслось:

– Позвони, скажи, как приняли бедную животину. У меня аж сердце разболелось на нервной почве!

Через пятнадцать минут мы сидели у Юли, обхаживали Пусю, перенесшую столько стрессов за час, и болтали о том о сем. Потом отправили детей с Пусей в соседнюю комнату, а сами сели закусить. Пользуясь моментом свободы (Павлуша и Миша возились с хомячихой в ее новых апартаментах), мы до позднего вечера потягивали вино, грызли орешки и обсуждали проблемы Украины и корни оранжевой революции, о которой Юля имела более четкое представление, чем я.

Вот к каким последствиям может привести одна шальная мысль, которая ни с того ни с сего вдруг стукнет человеку в его прагматические мозги.

Неприятие экспериментов

Утром гуляем с Зиной в парке.