стажёрами. Здесь же находился помпезный открытый лекторий, предназначенный для очень именитых гостей. В нём когда-то читал лекции и доктор Лихтор Свон, по слухам, всякий раз собирая полную аудиторию.

Административная часть университета располагалась внизу — пять широких ярусов по десять этажей, на каждом из которых давным-давно образовался свой студенческий городок. Немало самых разнообразных качества и цены кафе, баров, игровых клубов перемешались со спортивными залами, представительствами факультетов, какими-то непонятными молодёжными объединениями и местечковыми барахолками в хаотичную сеть, зацикленную на самой себе. На ярусах этого района с лёгкостью можно было заблудиться, но скучать не пришлось бы ни минуты.

Хоб выбрался из такси на площади и сразу отправился к спуску — искать на поверхности ему точно было нечего. Полупустой лифт с шелестящим свистом доставил детектива к нужному этажу — как раз туда, откуда добраться до квартиры Кира можно было по подземной линии. Стоило приблизиться к станции, на глаза тотчас попалось местечко для завтрака — потёртая вывеска обещала лучший кофе сектора и скидки на всё меню, кроме напитков, в утренние часы.

Толкнув несколько помятую дверь, детектив вошёл в помещение, старательно оформленное владельцем-энтузиастом в южноамериканском стиле. Светлые стены с пластиковыми элементами под дерево, искусственная зелень в крупных горшках на полу, плетённая мебель с кричаще-яркой обивкой — заведение выглядело уютным и наверняка пользовалось популярностью.

Звонок коротко пискнул, выдернув из полудрёмы девушку за барной стойкой, — она подскочила от неожиданности и довольно затравленно уставилась на форменный костюм и значок Хоба. Единственная посетительница — молодая студентка, забившаяся в уголок, вздрогнула и, взглянув с рассеянным недоумением, тут же склонилась над планшетом. Она неслышно что-то бормотала одними губами, нервно выстукивая пальцами по столу, и детектив, коротко кивнув официантке, нарочно сел в другом конце небольшого зала, чтобы не мешать подготовке к занятиям.

Психослепок подключился к сети заведения, и встроенный в столешницу экран вывел меню. Хоб, оценив разнообразие блюд, решил, что явно не ошибся с выбором кафе, сделал заказ и уставился в фальш-окно. Проекция демонстрировала смутно знакомый вид — широкую площадь с фонтаном, здания с массивными колонами, густую зелень кустов и деревьев. Мужчины и женщины праздно шатались, поглядывая на свои отражения в витринах, прятались от солнца в рябящей от ветра тени или сидели на парапетах прямиком у воды. Казалось, протяни руку открыть окно, и в уши ударят шум толпы, птичьи крики, стрёкот насекомых — странная шутка разума, воскресившего почти забытое воспоминание. Хоб, коротко хмыкнув, отвернулся, посмотрел сквозь дверное стекло на резко освещённый, узкий коридор, щедро изукрашенный разнообразными студенческими граффити — от невнятных надписей до вполне симпатичных рисунков и смелых социальных высказываний. Здесь, недалеко от поверхности, молодые люди выражали мысли достаточно деликатно, но стоило спуститься ниже, как их философия обретала иные краски.

— Нас уже допрашивали по поводу той драки и сказали, что всё улажено, но если нужно ещё что-то…

Высокий голос официантки, приправленный избыточной вежливостью, вырвал Хоба из раздумий. Девушка довольно нервно поставила перед ним чашку кофе и тарелку, а после замерла, глядя исподлобья с испуганной покорностью.

— Я просто зашёл поесть, — с лёгким раздражением заверил детектив.

Официантка вымучено улыбнулась и, пожелав приятного дня, вернулась за стойку. От Хоба не укрылся её напряжённый взгляд на закрытый в дневные часы барный шкаф — основной источник всего дохода заведения и, конечно, её зарплаты. Лицензия на продажу висела на видном месте, настолько близко к поверхности ничего запрещённого или даже крепкого не водилось, но студенты обычно брали количеством, а после драки опять пошли разговоры о запрете торговли алкоголем в университетском районе. Детектив, неопределённо хмыкнув, приступил к завтраку — ему, к счастью, никогда не приходилось заниматься подобными делами и разгребать их последствия.

Крошечное кафе несомненно заслуживало внимания. Вкусная еда и приличный кофе под аккомпанемент ненавязчивой музыки — что ещё нужно для хорошего начала дня? Хоб допил последний глоток из яркой полосатой чашки, отправил официантке приличные чаевые в дополнение к чеку и поспешил к выходу. Прощальные взгляд и улыбка девушки смогли бы, пожалуй, обогреть неплохую часть Тлалока, и детектив шёл к поезду неприлично весёлым для безопасника при исполнении.

Жильё Кира располагалось в нескольких станциях, поблизости от факультета теоретической физики. Элитный сектор яруса почти у поверхности, закрытая территория, собственная служба безопасность — редкие студенты могли попасть сюда даже в гости. Система отсканировала допуск моментально, и Хоб беспрепятственно прошёл в непривычно аккуратные для подземной части колонии коридоры.

В дневные часы людей вокруг не было — университетский район, в отличие от многих других, жил по расписанию поверхности. Пустое пространство с неплотной чередой однообразных дверей давило белой яркостью — световые панели здесь оказались выкрученными на максимум, что несколько удивляло бессмысленной тратой энергии. Впрочем, вскоре любые вопросы по этому поводу отпали полностью.

Двое крепких парней появилось из-за поворота одновременно: шли спокойно и занимали почти весь узкий коридор. Матовые маски на шлемах скрывали лица, форменные графитовые спецкостюмы вместе с синхронными движениями и пистолетами-пулемётами, которые оба держали наготове, добавляли сходства с антропоморфными роботами. Хобу хватило одного взгляда на них, чтобы остановиться и, не дожидаясь приказа, расшарить идентификатор личности, данные значка и имеющиеся доступы.

Солдаты чуть замедлились, считывая предоставленную информацию, но не задержались, и в полном молчании прошли по одному мимо отступившего к стене детектива. Ему показалось, что последний коротко, едва заметно кивнул, но это мало походило на правду, и Хоб списал всё на игру света. Задумчиво хмыкнув, он аккуратно покосился назад через плечо и тут же отправил Расту единственный уместный в данной ситуации вопрос:

«Какого хрена ОСы прочёсывают верхние ярусы?»

Быстрого ответа не последовало, а это означало одно из двух — либо помощник сам не в курсе происходящего, во что верилось слабо, либо, наоборот, уже влез туда по уши и теперь вычленяет значимую информацию для доклада. Хотя встреча со спецподразделением колонии настораживала сама по себе, дёргаться без отчёта было бессмысленно, потому Хоб отправился дальше, невольно прислушиваясь к глухим звукам подземки — шелесту вентиляции с далёким гулом поездов и лифтов. Других людей, ни военных, ни гражданских, по дороге не отыскалось. Коридоры оставались пустыми и тихими, а к тому моменту, когда детектив добрался до нужной квартиры, система приглушила световые панели — патруль покинул сектор, и ярус вернулся к привычному существованию.

У двери Хоб немного помедлил, словно нехотя активировал доступ и переступил порог смутно, почти неуловимо знакомого места, которое в то же время видел впервые в жизни. При